В прежних письмах ты не это говорила, что боишься болезни вообще; а в последнем письме прямо сказала, что боишься болезни рака в груди. И всякая болезнь тяжела, кольми паче болезнь рака; но делать нечего, покориться этому следует. Бог лучше нас знает, кому какая пригодна болезнь для очищения страстей и согрешений. Не напрасно святой Ефрем пишет: "Боли болезнь болезненне, да мимотечеши суетных болезней болезни".
Сама знаешь, что болезнь эта большей частью происходит от тревожного состояния души, но по немощи и давней привычке не можешь удержаться от таких мыслей. Сама явно видишь, что враг под благовидными предлогами искушает тебя такими помышлениями, но под теми же предлогами не можешь не увлекаться этими мыслями, и по характеру твоему, и по особенному взгляду на вещи.
Заметив и познав это искушение вражие, чаще молись Господу Богу, чтобы устроил о тебе полезное и спасительное, по воле Своей святой, и простил бы тебе невольные ошибки, если действительно это ошибки. Ты не выше Ефрема Сирина, который зазрел Василия Великого, что он был пышно одет, идя на служение в церковь, но скоро был обличен и вразумлен. Молись и ты с верой и смирением Господу Богу, чтобы Он, за молитвами сих угодников Своих, и тебя вразумил и успокоил. И, кроме того, убеждай и вразумляй себя тем, что некоторые и дурно истратили свой капитал, но не жалеют об оном так, как ты сожалеешь и возмущаешься; тогда как твой капитал совсем не так истрачен.
Иное дело о подвижнической жизни думать и рассуждать, и иное -- самой жизнью это испытывать. Один наш сосед, барин, в прошлую Святую Четыредесятницу захотел себя наказать за слабую прежнюю жизнь строгим постом. Приказал для себя толочь семя, и ел эту толчонку с квасом и черным хлебом, и такой непостепенной и необычной суровостью так испортил свой желудок, что доктора в продолжении целого лета не могли его исправить.
Ты всегда помышляла о том, чтобы жить тебе в тесненькой келье и во многом лишении; но на самом деле ты не могла бы так жить, потому что и в большом твоем доме едва нашелся уголок для помещения больной старушки. По немощи нашей, телесной и душевной, полезнее нам смиряться и покоряться тому, как дело идет по обстоятельствам, нас окружающим.