«Глиняные» люди»

Да, работать на старых спичечных фабриках, принадлежавших капиталистам — хозяевам и хозяйчикам, было весьма сомнительным удовольствием. Что было еще сравнительно недавно у нас?

До 1837 г., т. е. еще меньше ста лет назад, в России спичек не выделывали и для добывания огня пользовались по-старинке кремнем и огнивом. Только в 1837 г. у нас была выстроена первая фабрика фосфорных спичек в теперешнем Ленинграде (тогда Петербурге). В 1888 г. в России насчитывалось уже около 250 спичечных фабрик, но фабрик большею частью мелких, кустарных, в которых царила ужасающая эксплоатация труда. Около половины занятых на этих фабриках рабочих составляли женщины и подростки, причем женщина при двенадцатичасовом рабочем дне получала 10 руб. в месяц, а подросток 9 руб.

Об условиях труда на этих фабриках, имевших место всего лет 30 назад, писал в 1900 г. проф. Ф. Эрисман следующее:

«Развивающиеся в спичечном производстве вредные пары большею частью беспрепятственно распространяются по всей фабрике… Самое устройство мастерских почти повсюду весьма первобытное и не удовлетворяющее самым скромным требованиям гигиены… Вентиляция мастерских весьма неудовлетворительна: специальных приспособлений для удаления вредных испарений на русских спичечных заводах не имеется… Приспособления для мытья рук и лица отсутствуют; бани или вовсе не имеется или она не топится для рабочих; о содержании мастерских в опрятности заботятся плохо. Рабочие спичечных фабрик страдают общим расстройством питания со всеми его последствиями; они часто болеют бронхитом, воспалением легких, туберкулезом, многие из них поражают худобой и бледностью верхних покровов. В спичечных районах их называют «глиняными» людьми. Самым характерным признаком фосфорного отравления у этих рабочих является поражение челюстей, известное под названием «фосфорного некроза»… Пагубное влияние фосфорных паров на спичечных заводах усугубляется еще некоторыми неблагоприятными в санитарном отношении сторонами общего режима на этих заводах. Сюда относятся 1) непомерная продолжительность рабочего дня, доходящая местами до 14–15 час., 2) преимущественное использование рабочих и работниц в очень молодом возрасте»…

И дальше Эрисман перечисляет еще целый ряд подобных же явлений, обусловленных беспощадной эксплоатацией рабочих со стороны алчных до прибылей капиталистов-предпринимателей. Во имя интересов этих хищников царское правительство не осмеливалось запрещать производство фосфорных спичек и лишь в 1892 г. оно обложило их двойным акцизом по сравнению с безопасными спичками.

Но и производство последних в царское время было тоже далеко не безопасно для здоровья рабочих, так как тогда еще при выделке этих спичек применялись некоторые ядовитые вещества (например пикриновокислый калий), а господа-хозяева весьма туго шли на проведение в жизнь необходимых мероприятий по охране труда и на сокращение выматывающего все силы рабочих длинного рабочего дня. Особенно тяжелые условия труда, особенно жестокая эксплоатация рабочих были на маленьких фабричках.

Однако, несмотря на выжимание всех соков из рабочих во имя выколачивания наиболее высокой прибавочной стоимости, капиталистическая конкуренция все же душила мелких хозяйчиков, и к 1913 г. количество спичечных фабрик вследствие концентрации производства сократилось примерно до ста. Эти фабрики выработали в 1913 г. 3753 тыс. ящиков (по тысяче коробок в каждом), причем на всех фабриках было занято около 20 тыс. рабочих.

В то же время начал развиваться и вывоз русских спичек за границу, начавшийся в 1893 г. Рынками сбыта были преимущественно страны Востока: Персия, Афганистан, Турция, Китай. Само собой разумеется, что и к спичечному производству царской России протянул свои цепкие лапы иностранный капитал. Так например, предприятия акционерного общества Лапшин, объединявшие до 75 % всего производства спичек, «контролировались» французским капиталом.

Фабрик меньше, а выработка больше

Тяжелым, кошмарным, но давно минувшим сном представляются нам времена господства в нашей стране хозяйчиков — маленьких и больших. Спичечной промышленностью CCCР, как и всеми другими отраслями производства, распоряжается теперь новый хозяин — победивший пролетариат в братском союзе с трудящимися деревни, в большинстве своем уже колхозниками, успешно строящий новое социалистическое общество, в котором нет места эксплоатации человека человеком. И новый хозяин по-новому, действительно по-хозяйски, строит свою спичечную промышленность.

Производство спичек у нас быстро растет и уже в 1930 г. оно в 2 1 / 3 раза превысило довоенное. Вместе с ростом производства происходит и концентрация его. В 1931 г. наша спичечная промышленность имела в споем составе только 26 предприятий с меньшим против 1913 г. количеством рабочих. Но в то время как среднегодовая выработка одного предприятия в 1913 г. составляла немногим более 40 тыс. ящиков, в 1931 г. она поднялась примерно до 400 тыс. ящиков, т. е. возросла в 10 раз. В 1907 г. среднегодовая выработка рабочего составляла 175 ящиков, а в 1931 г. — 450. Это отставание численности рабочей силы при общем росте производства объясняется вытеснением ручного труда на спичечных фабриках в результате механизации и автоматизации производственных процессов. По производству спичек мы занимаем теперь первое место в мире, вырабатывая ежегодно свыше 10 млн. ящиков.

По спичечным этикеткам вам знакомы конечно названия фабрик: «Волна революции», «Ревпуть», «Сибирь», «Байкал», «Везувий», «Власть труда», «Победа», «Пламя», «Маяк». На всех этих фабриках произведены коренные реконструктивные работы, значительно улучшившие условия труда на них и повысившие их выработку. Реконструкция идет по пути лучшего машинного оборудования, увязки всех производственных процессов в едином непрерывном потоке, механизации внутризаводского транспорта, процессов пропитки соломки, загрузки и выгрузки парильных камер и т. д.

Такие фабрики, как «Красная звезда», «Гигант», Им. 1 мая, Им. X октября и ряд других, производство на которых полностью механизировано, выстроены нами заново. И теперь совсем не редкость встретить в газетах такую например телеграмму:

ПУЩЕНА НОВАЯ СПИЧЕЧНАЯ ФАБРИКА.

★ Хабаровск. 3 октября 1933 г. (по телеграфу от нашего корреспондента). 2 октября в Благовещенске вступила в строй спичечная фабрика «Искра». Производительность ее 400 тыс. ящиков спичек в год. Стоимость строительства 2 млн. руб. Фабрика целиком механизирована. Все ее оборудование советского производства.

У нас и у них

Знаете ли вы, как велико расстояние от земли до солнца? Оно составляет около 150 млн. км! Вообразите, что от земли до солнца проложена железная дорога. Вы садитесь в поезд, который идет до солнца без остановок и будет делать по 100 км в час. Как вы думаете, доедете ли вы до солнца?

Нет, не доедете! Не доедут и ваши дети и внуки, если бы они родились в поезде — такой поезд будет идти до солнца больше 170 лет! Сев на очень быстро летящий к солнцу аэроплан младенцем, вы попали бы туда дряхлым стариком. Даже если бы вам удалось оседлать современный дальнобойный артиллерийский снаряд, который летел бы все время с той же огромной скоростью, с которой он вылетает из дула орудия, то и в этом случае вы добрались бы до солнца лишь через 7 с лишним лет. Вот какое это огромное расстояние…

Рис. 30. Рост потребления спичек в СССР (в коробках на душу в год)

— Все это очень интересно, — скажете вы, — но к чему говорить об огромном солнце в книжке, посвященной маленькой спичке?

А вот к чему. Представьте себе, что вырабатываемые во всем мире только за 2 года спички уложены длинной ниточкой в ряд, вплотную одна к другой. Длина этой ниточки окажется тогда в полтора раза больше, чем расстояние от земли до солнца! Мировая выработка за год составляет около 50 млн. ящиков и примерно 20 % ее приходится на долю нашего СССР.

В связи с развитием промышленности, ростом городов, газофикацией и пр. потребление спичек с каждым годом все возрастает (рис. 30). Вместе с этим растет и вывоз советских спичек за границу.

После революции вплоть до 1922 г. экспорта спичек из СССР не производилось. Но уже в 1922/23 г. на первой Бакинской ярмарке было продано и вывезено в Персию около 30 тыс. ящиков. Вслед за этим наши спички начали завоевывать турецкий, греческий, а потом западноевропейские и даже американские рынки. В 1927/28 г. наш экспорт уже в 2 1/2 раза превысил довоенный, и мы заняли одно из первых мест на мировом спичечном рынке.

Само собой разумеется, что успешная конкуренция советских спичек пришлась совсем не по вкусу капиталистическим спичечным монополистам, и они повели отчаянную борьбу против советского экспорта, не брезгуя при этом никакими средствами. Как вам понравится например такое письмо, адресованное германской фирмой одному из своих представителей:

ГЕРМАНИЯ А. РОЛЛЕР ТОРГОВОЕ О-ВО ПО ПРОДАЖЕ СПИЧЕЧНЫХ МАШИН Берлин 1929 г. М. Г. Как вы знаете, русские сбывают в Германии и других странах спички за бесценок. Поставив русским большое количество спичечных машин и предоставив им продолжительные кредиты, мы в настоящее время подвергаемся недоброжелательным пересудам со стороны промышленности тех стран, которым русская конкуренция приносит вред. Мы узнали, что вы также продаете русские спички; когда узнают, что вы представляете и нашу фирму, этот факт будет способствовать разжиганию злобы против нас. Поэтому мы должны просить вас прекратить продажу русских спичек и обязать не производить подобной продажи и в будущем. Если вы не согласитесь с нашим предложением, нам придется 30 сентября отказаться от продления нашего контракта с вами.

Но бойкот предприятий, торгующих нашими спичками, — это только один из многочисленных методов борьбы взбесившихся капиталистов и, пожалуй, один из сравнительно «невинных». Изобретательные монополисты выкидывали штуки и почище этого.

Вот например в Персии появляются в продаже советские спички, которые оказываются никуда негодными, так как они вовсе не зажигаются. Эти спички были предварительно скуплены нашими конкурентами и выдержаны продолжительное время в сырых помещениях.

В Германии закрывается несколько спичечных фабрик, и рабочим, очутившимся вдруг перед ужасами безработицы, говорят, что это происходит из-за «недобросовестной» конкуренции советских спичек.

В печати поднимается кампания за бойкот советские спичек, так как они служат якобы «средством большевистской пропаганды и борьбы против святой религии».

В Бельгии на специально созванных церковных собраниях домохозяек-прихожанок попы проводят решения о воздержании от покупки русских спичек.

В Боливии подстрекают туземное население чуть не к бунту, долженствующему выражать протест против ввоза спичек из СССР.

Наряду с этим помещается ряд статей о плохом, якобы, качестве наших спичек, о нашей торговой «несолидности» и т. д.

Особенно отличался в этой антисоветской кампании концерн[3] Крейгера, основным ядром которого был Шведский спичечный трест и во главе которого стоял Ивар Крейгер. На долю этого концерна падало 3 / 4 мирового производства (без СССР) и 80 % мирового экспорта спичек. Но кроме того Крейгер, вкладывая большие капиталы в спекуляцию недвижимостями, в правительственные займы, в ряд различных отраслей промышленности, занимался очень темными жульническими операциями. И этот жулик стал почти легендарной личностью в загнивающем капиталистическом мире. С величайшим искусством он извлекал сверхприбыли из народной нищеты, обирал доверчивую публику, бросавшуюся покупать его «самые надежные акции и облигации», получал субсидии от шведского правительства, монополизировал в ряде стран производство и продажу спичек.

Крейгер пытался навязать кабальные условия сделок и СССР, но неудачно — советская спичка не давалась ему в руки и пробивала чувствительные бреши в его монополиях. Тогда Крейгер всеми силами и средствами стал бороться против СССР. Он окружил Союз кольцом спичечных монополий чуть не во всех граничащих с нами странах, финансировал антисоветские кампании, поддерживал белоэмигрантские банды в Китае, агитировал всеми способами против наших спичек. Но костлявая рука небывалого еще в истории капитализма экономического кризиса схватила за горло и Крейгера. Окончательно запутавшись в своих темных махинациях, он в марте 1932 г. покончил самоубийством, а концерн его начал расползаться по швам.

Почему же, несмотря на эту бешеную борьбу капиталистов, наша спичка является все-таки для них опасным конкурентом на мировом рынке?

Ответ на этот вопрос мы легко найдем, если рассмотрим состояние спичечной промышленности у них и у нас?

У них предприятия, работавшие исключительно на экспорт, должны сокращать свое производство, так как страны, не имевшие раньше собственной спичечной промышленности, начали теперь развивать ее (Румыния, Венгрия, Китай, Британская Индия и др.).

У них еще до начала свирепствующего теперь мирового экономического кризиса спичечные фабрики работали с неполной нагрузкой, причем не использовалась примерно половина их мощности.

У них наряду с новыми, полностью механизированными фабриками работает значительное количество кустарных предприятий, которым удается существовать под охраной высоких пошлин и других специальных мероприятий.

У них технический прогресс спичечного производства имеет результатом не снижение цен на спички, а лишь увеличение прибылей капиталистов-монополистов и повышешение доходов буржуазного государства от спичечного налога. Мало того сам этот технический прогресс намеренно тормозится путем «контроля» спичечных трестов над машиностроительными заводами, вырабатывающими спичечное оборудование; этот «контроль» ведет к сокращению производства спичечных машин за счет загрузки заводов другими заказами.

У нас нет кризиса, и наше спичечное производство непрерывно развивается.

У нас мощность спичечных фабрик используется полностью, и их оборудование не стоит зря и не изнашивается бесполезно.

У нас от кустарщины давно отошли, и мы шагаем семимильными шагами по пути механизации и автоматизации спичечной промышленности.

У нас есть в большом количестве прекрасное и в то же время дешевое сырье для спичечной промышленности — осина, которую мы экспортируем даже за границу.

У нас организовано собственное производство бертолетовой соли на Березниковском химкомбинате, развивается добыча серы и сернистой сурьмы, поставлено собственное производство спичечных машин, так что и на этом участке мы решительно освобождаемся от иностранной зависимости.

У нас производство для экспорта сосредоточено на нескольких фабриках, по своему техническому вооружению занимающих одно из первых мест в Европе, благодаря чему себестоимость производства является на них низкой.

У нас — и это самое главное — нет капиталистов-монополистов, в погоне за сверхприбылями непомерно взвинчивающих цены на списки.

Вот почему наша спичечная промышленность находится в исключительно благоприятном положении по сравнению с капиталистической и вот почему экспортная советская спичка имеет все преимущества перед своей сестрой, родившейся на капиталистических фабриках. Главным же из этих преимуществ является ее дешевизна, а следовательно доступность для самых широких масс трудящихся.

Мы проследили историю развития и выделки маленькой спички. Для того чтобы мы могли воспользоваться этой спичкой, нужна затрата труда очень многих людей: лесорубов, горняков, химиков, спичечников, транспортников и т. д. Мы видели, что этот труд может быть легким и радостным только в социалистическом обществе, а продукт этого труда — дешевым и доступным широким массам трудящихся только тогда, когда его производство обходится без участия хищников-капиталистов. И маленькая коробочка спичек, на которой написано «made in USSR» («сделано в CCCP»), вызывает бешеную ненависть иностранных капиталистов не только потому, что она благодаря своей дешевизне угрожает их сверхприбылям, но и потому, что она является грозным напоминанием о близком наступлении и их очереди передать свои фабрики и заводы в руки трудящихся.