Трагедия, в 4-д., в 12 картинах, в стихах.
Перевод с бурятского автора.
Действующие лица:
Эрехэн - верховная шаманка, красивая девушка 25 лет, владеет большой магической силой. Шаманка Эрехэн из рода хуасай - историческая личность. Когда делегация хори-бурят под предводительством Бадана Туракина отправилась в Москву в 1702-1703 гг., Эрехэн стала им в пути советчицей, оберегала их от опасностей и болезней. Прославилась тем, что после благополучного завершения дела, на обратном пути, из-за тягостей путешествия ослепнув на оба глаза, ценой самопожертвования спасла спутников от голодной смерти, помогла им добраться до родины. Говорят, что в те времена хори-буряты почитали и дорожили ее именем.
Бадан - глава рода галзут. Властный, самоуверенный мужчина старше 40 лет, с каменным выражением лица, говорит басом. Бадан Туракин -- историческая личность, зайсан (родоначальник) галзутского рода, старшего из 11 хоринских родов. Возглавил делегацию хори-бурят, отправившихся в 1702-1703 гг. в Москву к царю Петру I с челобитной о притеснениях со стороны русских.
Главы десяти родов: харганайского, хуасайского, бодонгутского, хубдутского, худайского, гушатского, баганайского, шарайтского, саганского, хальбанского. Статные, красивые, темпераментные мужчины старше 50 лет.
Нагарай - прославившийся в народе верховный шаман из рода саган. Седовласый старик старше 60 лет, с бледным лицом, длинной белой бородой.
3агал - отец Эрехэн. Старик 60 лет, приятной наружности, любит вино.
Бишыхан - мать Эрехэн. Старушка 60 лет, приятной наружности.
Нагал - возлюбленный Эрехэн. Красивый молодой мужчина, недавно отрастивший усы.
Ошодой - бубенщик Нагарая.
Петр - русский царь Петр I. Ему более 30 лет. В военной форме того времени: в зеленом суконном мундире, в сапогах с высокими голенищами, в треуголке, через плечо перекинута синяя орденская лента со звездой.
Переводчик (толмач) - русский, старше 40 лет, владеет бурятским языком, взят путниками с родины.
Аманаты - 10-20 девушек, юноша
Родственники аманатов - 10-20 человек: отцы, матери, сестры, братья с заплаканными, опечаленными лицами. Одному из них более 40 лет, отличается суровым выражением лица.
Беглецы - убежавшие от травли и притеснений русских, плохо одетые, измученные, изможденные старики, старухи, женщины, дети.
Первый юноша - ослабевший, упавший духом.
Второй юноша - воинственный, смелый.
Встречающие - 10-20 мужчин. Почетные представители от каждого рода, старейшины, 2 красивых юноши, 2 красивые молодые девушки. Покажется призрак Эрехэн в полном шаманском одеянии и с бубном.
Русские казаки - мужчины 25-30 лет, сурового жесткого нрава, с неприветливым выражением лица, в военной форме своего времени.
Бурятская одежда того времени: короткие, длинные некрытые дэгэлы (шубы) из дымленых звериных, овечьих, козьих шкур, летние терлики (халаты), сшитые из замши. У простолюдинов грубые кожаные ремни, у состоятельных богачей кожаные пояса с серебряными бляхами и подвесками для ножа и огнива. Все путники (кроме Эрехэн) вооружены ножами, саблями, луками с колчанами. У Эрехэн девичий дэгэл из дымленой овчины. Во время камлания опирается на шаманский посох. Нагарай в быту носит обычную бурятскую мужскую одежду, во время камлания облачается в полное шаманское одеяние. Путники на приеме у царя одеты в новые дэгэлы из дымленой овчины, воротники, верхние борта, полы которых оторочены черной мерлушкой. Эрехэн в дэгэле из коричневой замши, воротник, верхний борт, подол дэгэла оторочены собольим мехом. Одежда, оружие, вещи у русских соответствуют времени действия; четверо русских казаков вооружены; двое -- ружьями, двое -- секирами. 9 бурятских бунчуков: 5 знамен с бахромой из белых волос, 4 - с бахромой из черных волос жеребцов. Деревянные чаши, половники, миски, блюда. Шаманские идолы, низкие столики перед идолами, лампадки, принадлежности шаманского культа. Обстановка бурятской юрты патриархальная: вместо вместительных сундуков со шкафами, столов на высоких ножках -- большие кожаные мешки для хранения одежды, низенькие столики.
Место действия -- местности современных Хоринского, Селенгинского районов, город Москва, Канский уезд Енисейской области.
Время действия -- осень 1702 г., зима, весна 1703 г.
План.
Действие первое.
Картина 1-я.
Взятие в аманаты.
Картина 2-я.
Освобождение аманатки.
Картина 3-я.
Беглецы.
Картина 4-я
Собрание в лесу.
Действие второе.
Картина 5-я.
Камлание Нагарая.
Картина 6-я.
Согласие Эрехэн.
Картина 7-я.
Прощание Эрехэн и Нагала.
Картина 8-я.
Отъезд путников.
Действие третье
Картина 9-я.
На приеме у царя.
Картина 10-я.
Отъезд из Москвы.
Картина 11.
Самопожертвование Эрехэн.
Действие четвертое (картина 12).
Прибытие путников на родину (без 2 путников и Эрехэн). Встречающие, Загал, Бишыхан. Появление призрака Эрехэн.
События происходили в то время, когда народ 11 хоринских родов платил в царскую казну ясак - ценные меха соболей, выдр. Когда же они не могли отдать этот ясак, властители окраинной земли Российского государства забирали бурятских детей в аманаты и заставляли их батрачить. Русские переселенцы вытесняли бурят с их лучших земель, забирали скот и имущество, подвергали бурятский народ грабежам и притеснениям. Чтобы поведать об этом бедственном положении, в 1702 г., предположительно осенью, были отряжены в Москву верхом на лошадях представители каждого из 11 хоринских родов под началом Бадана Туракина из рода галзут. В пути им приходилось остерегаться нападений с самых разных сторон. Говорят, что, отправившись в такой неимоверно трудный и далекий путь, они погнали с собой косяки кобылиц в качестве тягловой силы и провианта. Кроме того, взяли шаманку Эрехэн из рода хуасай, чтобы она уберегла их от всяких напастей, врагов и неприятелей. Сказывают, что, прибыв в Москву, 22 февраля 1703 г. они были приняты Петром I. По древнему обычаю поклонились царю в ноги, преподнесли по бурятской традиции шкурки соболей, выдр и все самое лучшее из своего добра и поведали ему о бедах народа, просили защиты от обид и разорения, прав на свои породные земли и добро. В ответ на эту челобитную 25 марта того же года был пожалован высочайший указ на имя правителей Иркутска и Нерчинска. Согласно этому указу, хори-бурятам предоставили право вести кочевую жизнь в любом желаемом ими месте к югу от озера Байкал, по правой стороне реки Селенги к востоку вплоть до границ Монголии. Было указано вернуть хоринцам захваченные русскими казаками и крестьянами земли и прекратить всякие обиды и разорения бурят со стороны русских. Также царь повелел жестоко наказать виновных в притеснениях и мучениях бурят. Говорят, что шаманка Эрехэн своей мудростью и познаниями во многом поспособствовала выполнению этой миссии. Бурятская делегация, получив царский указ, выехала из Москвы и направилась на родину предположительно в начале апреля того же года. На исходе неимоверно длинного и тяжелого обратного пути у них кончилась провизия, люди сильно голодали, и когда встала угроза голодной смерти, они были готовы съесть друг друга. Тогда ослепшая из-за невыносимых тягостей пути шаманка Эрехэн пожертвовала собою для того, чтобы выжили ее спутники, дошли до родины и донесли радостную весть страдающему народу. В то время буряты еще не были ни буддистами, ни христианами, поклонялись шаманам, оставались невежественны и безграмотны. Кое-где в бурятских местностях начали появляться тибетские ламы и православные священники. Об этом написано с опорой на устные предания и немногие древние русские и бурятские летописи.
Действие 1.
Картина 1.
Взятие в аманаты.
Возле юрты толпятся аманаты (заложники) со связанными руками.
Родственники аманатов, пришедшие проводить их, плача и причитая, засовывают им за
пазухи еду, приторачивают к кушакам свертки. Четыре казака собираются конвоировать аманатов.
Первый казак.
Ну, пора идти!
Казаки встают под ружье. Аманаты собираются в путь. Родственники аманатов не отходят от них. Конвоиры, подгоняя прикладами ружей, разводят их в разные стороны.
Один из родителей.
Нойонам царским
Не заплатили мы сполна ясак.
Бедняжек наших как залог
В жестокий плен
Отдать заставила нужда.
Ну что ж, в недобрый час детишек наших
Без горьких слез и причитаний,
Проводим в путь и скажем
Напутствия слова.
(Обращается к небу).
Отец всемогущий, Хан-Небо!
Матерь всесильная, Хатан-Земля!
(Указывает на аманатов).
Заклинаю вас:
Сирот наших бедных,
От родных отлученных,
Скройте от воронов черных,
Спрячьте от коршунов хищных.
Милость свою проявите,
Заботой их окружите!
Аманаты и их родители перестают плакать, падают на колени, молятся и встают.
Мы вас родили и вскормили,
Всем сердцем трепетно любили,
Пока не наступило время
Вам взять поводья в руки и наступить на стремя.
Взрастили мы из вас
Прекрасных жен, достойнейших мужей.
Теперь же ваш черед
Воздать заслугам отцов и матерей.
Пусть будет твердой ваша воля,
А сердце крепкое как кремень,
Такое выпало вам бремя --
Держать ответ за род, за племя.
Воздастся сторицей вам доля --
Подарит счастье вам судьба.
Пока же в стороне далекой
Пусть будет благосклонна к вам она.
Все.
Болтогой (то же что и "аминь")!
Один из родителей.
А тем же, кто здесь остается,
Покоя и мира желаем!
Все.
Болтогой!
Один из родителей.
После этих мучений, забот
Пусть все счастье свое обретут!
Все.
Болтогой!
Один из родителей.
После долгих лет ожидания
Пусть буряты радость свою обретут!
Все
(воздев руки)
Болтогой!
Казаки.
Ну, скорей!
(Размахивая секирами, ружьями, толкают, бьют аманатов).
Женщины с плачем провожают их.
Занавес.
Картина 2.
Освобождение аманатки.
Аманаты бредут по лесной тропе. Следом идут конвоиры. Аманаты садятся отдохнуть. Казаки закуривают стоя.
Аманатка
(устало прислоняется к юноше, вытягивает ноги, с печалью в голосе)
Истерты ноги,
И онемели руки, не чую их.
Иссякли силы, нет больше мочи
Терпеть от извергов обиды.
Ужель судьбой мне суждено
Носить безропотно ярмо?
Ведь я не тварь, а человек,
И сделаю свой выбор отныне и вовек!
Не стану я смиренно поклоняться,
В пыли валяться, пресмыкаясь,
Уж лучше мне в тайге остаться
И смерть неволе предпочесть.
Старушка мать, старик отец,
Предвидя мне такой конец,
Смешав заботливой рукой,
Зашили мне в одежду яд.
Любимый мой, прощай,
Настал мой смертный час.
Теперь ты должен мне помочь
Навеки обрести покой.
Юноша-аманат старается достать зубами яд.
Оставила я дома мать, отца,
Сестрицу милую и братца.
Им пожелать хочу я мира,
Покоя, доброго здоровья.
Занавес.
Картина 3.
Беглецы.
В лесу у костра сидят изнуренные от голода старики, дети. Делятся скудной едой. К ним подходит юноша.
Один из беглецов.
Ну, сказывай,
Что видел ты и что узнал?
1-ый юноша.
Первый юноша
Увидел я,
Что земли наши
От края и до края
Чужие захватили.
От переселенцев нет добра,
Обидам нашим нет числа,
И скверне предана земля --
Врагом распахана она.
В плену томятся люди,
Захвачены в степи стада,
В дыму пожарищ юрты,
Залиты в очагах огни.
Отныне будем мы сироты,
Без родины и без земли.
Отныне будем мы скитальцы
Без крова, без еды.
2-ой юноша
(появившись)
А ну, послушайте меня,
Нам рано руки опускать!
Все прислушиваются.
Мужи почтенные, старейшины,
В обмен на соплеменников своих,
Плененных за долги,
Злато, серебро свезли.
Чтобы вырвать детей своих
Из черных вражеских когтей,
Меха собольи увезли.
Быть может, милостью небес,
Быть может, с помощью земли
Народ покой свой обретет.
Но если иноземец не отстанет,
И если чужеземец не отступит,
Народ безмолвствовать не будет.
Есть смельчаки в народе,
Лучники меткие из хори-бурят,
С крепкими луками,
С колчанами, полными стрел,
С решимостью во взгляде,
Подобно молнии, сверкающем,
С лицами, в степи обветренными,
И с зубами острыми, крепко сжатыми, -
Бычьей шеей обладающие,
Силою огромной и крепкой.
На скакунах быстроногих
Клич боевой издавая,
Все вместе столпившись,
Множеством тысяч вскипая,
Громадною тьмою нависнут.
И буряты все с ними поднимутся,
Злобным врагам отпор мы дадим,
Ненавистных врагов одолеем,
Неприятеля победим!
(Ударяет себя в грудь).
Беглецы.
Да будет так!
Поднимается радостный шум.
Занавес.
Картина 4.
Собрание в лесу.
Лесная поляна. Бадан руководит собранием народа одиннадцати хоринских родов. Все
вооружены луками и стрелами. Представители родов стоят рядом со своими родоначальниками и держат в руках боевые луки. В центре стоит Бадан, по левую руку от него находятся шар алдаевцы, по правую - нагадаевцы. Женщины отсутствуют.
Бадан.
Потомки славного рода
Хоридоя Мэргэна-отца!
Десяти бурятских родов
Старейшины и вожаки!
Друзья, побратимы мои,
И народ многочисленный мой!
Царские нойоны оказались
Безжалостны и беспощадны,
Глухи к нашим мольбам
И слепы к нашим дарам.
Не отдали наших бедняжек,
Не вернули наших детишек.
Родину нашу
Чужаки заполонили,
Земли наши
Враги захватили.
Скот и добро отобрали.
В стряпух превратили наших красавиц,
В рабов превратили воинов наших.
Разрушили юрты,
Разгромили дома.
Оставшись без дома
И стойбищ родных,
Пришлось нам в горы уйти,
В таежные дебри податься.
Небо-отец, где же милость твоя?
Матерь-земля, где же забота твоя?
Народ мой, друзья-побратимы,
Где же нам выход найти?
Ясные мысли подайте,
Правдивое слово, истину скажите!
В стряпух превратили наших красавиц,
В рабов превратили воинов наших.
Разрушили юрты,
Разгромили дома.
Оставшись без дома
И стойбищ родных,
Пришлось нам в горы уйти,
В таежные дебри податься.
Небо-отец, где же милость твоя?
Матерь-земля, где же забота твоя?
Народ мой, друзья-побратимы,
Где же нам выход найти?
Ясные мысли подайте,
Правдивое слово, истину скажите!
Глава рода харгана
(растроганно)
От имени рода харгана
Ответное слово скажу,
Обиду свою проглотив.
По родовому старшинству
Ты являешься старшим над нами.
Тебя же и просим смиренно
Всеобщее дело решить
И праведный путь указать.
Совет твой будет указом для нас.
Глава рода хуасай.
От имени рода хуасай,
Окинув взором далекое,
Обдумав будущее, говорю.
Поедем к царю,
Испросим милость его,
Поедем к хозяину,
Испросим благоволения его.
Глава рода хубдут
От имени рода хубдут...
Бадан.
Подожди, черед говорить бодонгутам.
Хорошо, когда старший и младший
Каждый знает место свое.
Глава рода бодонгут.
От имени рода бодонгут
С волнением в душе,
С трепетом в сердце,
Правдивое слово скажу.
Зачем нам идти в далекие земли,