Эпиграмма на одну старую даму, которая
имѣла странныя представленія о лунѣ.
(Epigram on an old lady who had some curious
notions respecting the soul).
Въ Ноттингэмѣ, близъ Свэнъ-Грина, дама старая живетъ;
Ничего противнѣй въ мірѣ мнѣ никто не назоветъ;
Эта дама твердо вѣритъ, что, когда умретъ она --
(Что, надѣюсь, будетъ скоро), пріютитъ ее -- луна!
[Написана въ 1758 г., напечатана впервые въ 1830 г.] Перевод: Н. Холодковскій.
Эпитафія Джону Адамсу, носильщику изъ
Сотвелля, умершему отъ пьянства.
(Epitaph on lohn Adams, of Southwell, а carrier,
who died. on drunkennes).
Джонъ Адамсъ здѣсь лежитъ, Сотвелльскаго прихода
Носильщикъ; онъ носилъ ко рту стаканчикъ свой
Такъ часто, что потомъ несли его домой;
Ничья бы пробъ такихъ не вынесла природа!
Такъ много жидкости онъ въ жизни похлебалъ,
Что вынести не могъ; на выносъ самъ попалъ!
["сентябрь 1801". Напечатана въ 1830 г.] Перевод: Н. Холодковскій.
СТРОФЫ М -- РУ ГОДГСОНУ.
(Писано на Лиссабонсксмъ пакетботѣ).
(Lines to Mr Hodgson).
Браво, Годгсонъ! Отплываетъ
Нашъ корабль чрезъ полчаса.
Вѣтръ попутный раздуваетъ
Надъ снастями паруса,
Чу! надъ вышкою сигнальной
Прогремѣлъ салютъ прощальный.
Запахъ дегтя, женскій крикъ --
Говорятъ, что близокъ мигъ.
Шарятъ стражи,
Средь поклажи --
Все вверхъ дномъ. У сундука
Сняли крышку...
Спрятать мышку
Не оставятъ уголка...
Для таможенныхъ работа
До отхода пакетбота.
Къ весламъ всѣ! Гребите дружно.
Нагруженъ уже баркасъ.
Долго ждать намъ недосужно.
Якорь поднятъ. Въ добрый часъ.
-- Осторожнѣй: это вина...
-- Я больна... Назадъ къ землѣ!..
-- Это -- бѣдствій половина,
Вся бѣда -- на кораблѣ.
Въ суматохѣ
Крики, охи
Женъ, мужей, лакеевъ, баръ
Въ кучу сбиты,
Всѣ набиты
Вмѣстѣ въ лодку, какъ товаръ.
И у всѣхъ -- своя забота
По пути до пакетбота.
Вотъ и онъ! Черезъ минуту
Капитанъ, любезный Киддъ,
Провожаетъ насъ въ каюту.
Тотъ ворчитъ, того тошнитъ..
Боже! какъ мала каюта!
Въ ней -- лишь три квадратныхъ фута.
Помѣститься въ ней могла-бъ
Лишь одна царица Мабъ.
-- Сэръ, за что же?...
Здѣсь вельможи --
Цѣлыхъ двадцать помѣщались.
-- Правый Боже!
Отчего же
Здѣсь они и не остались?
Я бъ оставилъ безъ хлопотъ
Лиссабонскій пакетботъ.
Флетчеръ, Бобъ и Меррей! Въ лежку!
Уподобились бревну...
Эй, вставайте понемножку,
Иль канатомъ васъ хлестну!
Въ люкъ скатясь, неблагородно
Гобгоузъ адски насъ клянетъ,
То съѣстнымъ -- поочередно --
То его стихами рветъ.
-- Это станцы
Въ честь Браганцы...
Ой!..-- Куплетъ?... Нѣтъ, кипятку!..
Нѣтъ ли чашки?
Боли тяжки
И въ печенкѣ и въ боку...
Коль живыми быть охота --
Избѣгайте пакетбота, --
Мы плывемъ къ турецкимъ странамъ
И, Богъ вѣсть, когда назадъ.
Волны съ дикимъ ураганомъ
Намъ крушеніемъ грозятъ.
Но вся жизнь -- во многомъ шутка,
Говоритъ философъ намъ.
И чтобъ не было намъ жутко --
Смѣйтесь, какъ смѣюсь я самъ:
Дома, въ морѣ,
Въ счастьи, въ горѣ,
Надъ великимъ и пустымъ!
Если пьется --
Всякъ смѣется.
Къ чорту жизнь со всѣмъ инымъ!
Есть вино, коль пить охота, --
И въ каютѣ пакетбота!
["Фальмутъ Родсъ, 30 іюня 1809". Напечатаны въ 1830 г.] Перевод: О. Чюмина.
ДАЙВСУ.
(Отрывокъ).
(То Dives. А fragment).
Несчастный Дайвсъ! Ты сталъ, по волѣ рока,
Природѣ вопреки, добычею порока.
Въ немилость нынче ты и у Фортуны впалъ,
Излившей на тебя проклятія фіалъ.
Предъ блескомъ и умомъ твоимъ склонялся каждый.
Какою свѣтлою была заря твоя!
Но несказаннаго грѣха нечистой жаждой
Томился ты, и вечеръ бытія
Влачить въ презрѣніи -- нѣтъ горестнѣе доли --
И въ одиночествѣ полнѣйшемъ противъ воли.
[написано въ 1809 г., напечатано въ 1833 г. "Дайвсомъ" (лат. dives богачъ) здѣсь названъ Вильямъ Бекфордъ, авторъ восточной сказки "Ватекъ"] Перевод: О. Чюмина.
ПРОЩАЛЬНАЯ ПРОСЬБА КЪ ДЖ. КГ., ЭСКВАЙРУ.
(Farewell pеtition to J. C. H. Esq.).
О ты, Кэмъ Гобгоузъ для профановъ стала,
Для остряковъ же -- византійскій Бэнъ!
Двойнымъ симъ титломъ -- съ главнаго фасада
И съ корешка -- твой томъ запечатлѣнъ!
Себя и томъ ты морю предоставилъ,
А Грецію мнѣ съ Флетчеромъ оставилъ;
Запомни жъ грустной музы рѣчь: она
За Флетчера и за меня -- одна.
Во-первыхъ, въ "замокъ" этого бѣдняги
Доставь письмо, которое я дамъ;
И, если спроситъ Пенелопа тамъ,
Гдѣ и когда, въ какія передряги
Попалъ .ея Вильямъ, -- не пожалѣй
Ни выспреннихъ, ни жалостныхъ рѣчей,
Чтобъ расписать все, что ея герою
Пришлось увидѣть, вынести, взять съ бою.
Цыплята жестки, эля отродясь
Здѣсь нѣтъ; въ горахъ -- все камни, въ долахъ -- грязь;
Приправа -- все чеснокъ къ любому блюду;
Страшитъ чесотка, вши грозятъ повсюду;
Въ пальто тутъ мерзнешь, шляпа -- такъ ветха;
Непрочная кровать -- совсѣмъ плоха!
И отъ страны къ странѣ, отъ цѣли -- къ цѣли
Несносный голодъ, изгнанный отъ Сэлли,
Брюзжащаго супруга шлетъ и шлетъ!
Пусть вѣрное ребро его пойметъ,
Насколько это все ему не сладко!
Пиши ей складно, говори ей гладко!
Исполнивъ это, кое-что и мнѣ
По дружбѣ сдѣлай ты въ родной странѣ.
Но дай обдумать, прежде, чѣмъ назначу
Тебѣ мою противную задачу.
Во-первыхъ -- сборникъ! Въ Сотвелль томикъ свой
По почтѣ къ мистриссъ Пиготъ поскорѣе
Пошли: въ продажѣ пусть успѣхъ большой
Имѣетъ онъ; пусть будутъ подобрѣе
Всѣ критики къ нему; твоимъ строкамъ
Пусть улыбнется даже Лонгмэнъ самъ!
Привѣтствуй также Мэтьюса! Смиренно
Стопы его почтенныя обмой
И передай поклонъ сердечный мой
Методы мужу! Мнѣ онъ неизмѣнно
Руководитель, и мудрецъ, и другъ;
Любить меня не можетъ онъ, исправить
Не хочетъ онъ страстей моихъ недугъ;
Но ты скажи, что я хочу заставить
Себя -- на "нашъ старинный вѣрный путь
Горація" серьезно повернуть
И быть (тутъ прозой риѳмы недостатокъ
Пополнишь ты) отъ головы до пятокъ
Ничуть не хуже лучшихъ тѣхъ людей,
Что въ лучшій вѣкъ живали въ жизни сей.
На этомъ кончу, продолжать не стану:
Пѣвца я пѣснью мучить перестану.
О ты, не выпускающій изъ рукъ
Пера! Ты, за грѣхи свои извѣстный,
Какъ "авторъ смѣсей", исполнитель честный
Издательскихъ велѣній, вѣрный другъ
Для Герста, Орма, Лонгмэна и Риса!
Ты въ ихъ конторы прямо обратися!
Увы, тебѣ патроны не велятъ
Въ двѣнадцатую долю взять форматъ,
Хоть къ путевымъ онъ письмамъ такъ подходитъ:
Онъ не тяжелъ, въ карманъ удобно входитъ!
Возьмись опять за новый родъ письма:
Рядъ анекдотовъ, крошечка ума;
И пусть мамаши строгія, читая,
Смягчатся; пусть отцы тебѣ простятъ,
Сынки же, въ вѣрномъ долгѣ подрастая
И процвѣтая, пусть себѣ строчатъ!
["Константинополь, 7 іюня 1810". Напечатано въ 1887 г.] Перевод: Н. Холодковскій.
МОЯ ЭПИТАФІЯ.
(My epitaph).
Природа, юность, Зевсъ смягченный --
Хранили свѣточъ, мной зажженный,
Но Романелли, полный силъ,
Его на зло имъ загасилъ.
["октябрь 1810". Напечатана въ 1830 г.] Перевод: О. Чюмина.
ВЗАМѢНЪ ЭПИТАФІИ.
(Substitute for an epitaph).
Читатель, плачь иль нѣтъ -- здѣсь Чайльдъ Гарольдъ лежитъ,
Но эпитафіи быть также надлежитъ,
Въ Вестминстерѣ смотри: ихъ много -- превосходныхъ,
Равно ему, какъ и тебѣ пригодныхъ.
"Аѳины, 1810 г.". Напечатано въ 1832. Перевод: О. Чюмина.
ЭПИТАФІЯ ДЖОЗЕФУ БЛЭККЕТУ,
ПОЭТУ И САПОЖНИКУ.
(Epitaph for Ioeeph Blacket, late poat and shoemaker)
О, странникъ, здѣсь -- хотя несхожи --
Слились духъ книжный съ духомъ кожи,
И уцѣлѣвъ съ его кончиной,
Его останки -- за витриной.
Пѣвца работа -- безъ изъяна:
Есть переплеты изъ сафьяна.
Касайся легкою стопою
Земли, гдѣ прахъ поэта стынетъ,
Тебѣ искусною рукою
Поэтъ подметокъ не подкинетъ.
Но въ смерти счастливъ онъ, конечно,
И стихъ его, и обувь -- вѣчно.
Онъ за работу славилъ небо,
И до конца былъ другомъ Феба.
О немъ сказать рѣшится кто же,
Что знатокомъ онъ былъ лишь въ кожѣ?
Хоть съ ваксой дѣло онъ имѣлъ --
Но кто чернить его посмѣлъ?
"Мальта, 16 мая 1811". Напечатана въ 1832 г. Перевод: О. Чюмина.
НА НОВЫЙ ОПЕРНЫЙ ФАРСЪ ИЛИ
ФАРСОВУЮ ОПЕРУ МУРА
(On Moore's last operatic farce or farcical opera)
Съ талантомъ рѣдки сочиненья
И Муръ даетъ намъ рядъ каррикатуръ,
Со славою его пошло на умаленье:
Что Муръ есть "малый" -- не было сомнѣнья,
Узнали мы, что онъ -- и "малый Муръ".
14 сентября 1811. Напечатано 1830. Перевод: О. Чюмина.
Р. С. ДАЛЛАСУ.
(R. С. Dallas).
Да, мудрость свѣтится въ лицѣ его и взглядѣ,
Самой богинѣ мудрости Палладѣ
Такъ полюбился-бъ онъ, что и она какъ разъ
Любимицѣ совѣ бы измѣнила
И птицей родственной ее бы замѣнила,
По имени: P. C. Далласъ.
[напеч. въ 1825 г.] Перевод: О. Чюмина.
ОДА авторамъ билля,
направленнаго противъ разрушителей станковъ.
(An ode to the framers of the Frame Bill).
Лордъ Эльдонъ, прекрасно; лордъ Райдеръ, чудесно!
Британія съ вами какъ разъ процвѣтетъ.
И Гоксбёри съ Горроби правятъ совмѣстно.
Лѣкарство поможетъ, но раньше -- убьетъ.
Ткачи-негодяи готовятъ возстанье:
О помощи просятъ. Предъ каждымъ крыльцомъ
Повѣсить у фабрикъ ихъ всѣхъ въ назиданье!
Ошибку исправить и -- дѣло съ концомъ.
Въ нуждѣ негодяи, сидятъ безъ полушки,
А песъ, голодая, на кражу пойдетъ.
Ихъ вздернувъ за то, что сломали катушки --
Правительство деньги и хлѣбъ сбережетъ.
Ребенка скорѣе создать, чѣмъ машину,
Чулки -- драгоцѣннѣе жизни людской,
И висѣлицъ рядъ оживляетъ картину,
Свободы расцвѣтъ , знаменуя собой.
Идутъ волонтеры, идутъ гренадеры,
Полковъ двадцать два -- на мятежныхъ ткачей,
Полиціей всѣ принимаются мѣры,
Двумя мировыми, толпой палачей.
Изъ лордовъ не всякій отстаивалъ пули,
О судьяхъ взывали. Потраченный трудъ!
Согласья они не нашли въ Ливерпулѣ,
Ткачамъ осужденіе вынесъ не судъ.
Не странно-ль, что если является въ гости
Къ намъ голодъ, и слышится вопль бѣдняка --
За ломку машины ломаются кости,
И цѣнятся жизни дешевле чулка?
А если такъ было -- то многіе спросятъ:
Сперва не безумцамъ ли шею свернуть,
Которые людямъ, что помощи просятъ --
Лишь петлю на шеѣ спѣшатъ затянуть?
[напеч. въ "Morning Chronicle" 2 марта 1811 г.] Перевод: О. Чюмина.
КЪ М-ССЪ ДЖОРДЖЪ ЛЭМЪ.
(То the Hon. М-rs George Lamb).
Та пѣснь, что пѣла ты -- священна,
Какъ память устъ, мнѣ дорогихъ.
Дивлюсь, что столь же вдохновенно
Звучитъ она въ устахъ другихъ.
Но взоръ и голосъ столь прелестный
Равно обѣимъ вамъ даны,
Что мнится: изъ страны небесной
Мнѣ оба вмигъ возвращены.
И невозвратное видѣнье
Тобою такъ воплощено,
Что о погибшемъ сновидѣньѣ
Жалѣть почти не дастъ оно.
(1812) Напеч. въ 1893 г. Перевод: О. Чюмина.
LA REVANCHE.
Надеждъ я не питаю болѣ,
Страшиться нечего тебѣ,
И если вырвется крикъ боли --