Комедія въ одномъ дѣйствіи, въ стихахъ, передѣланная съ французскаго А. Баженовымъ,

Играна въ первый разъ на Александринскомъ Театрѣ, въ бенефисъ г-жи Владимировой, 9 октября 1858 г.

ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА:

ШАНЪ-БАПТИСТЪ ( Мольеръ ), 15-ти лѣтъ -- г-жа Владимирова.

ПОКЕЛЕНЬ, отецъ его, придворный обойщикъ мебели и продавецъ стараго платья -- г. Григорьевъ.

ЖУРДЕНЬ, богатый купеческій сынъ; корчитъ аристократа -- г. Мартыновъ

Дѣдушка Крессе, дѣдъ Мольера по матери -- г. Алексѣевъ.

ГОТЬЕ ГАРГИЛЬ, комическій актеръ Бургондской отели -- Г. Самойловъ.

НАНЕТТА ЛАФОРЕ, служанка Покеленя, 22-хъ лѣтъ -- г-жа Левкѣева.

ЛОЙАЛЬ, оцѣнщикъ

Обойщики.

Дѣйствіе происходитъ въ Парижѣ, 15-го января 1637-го года

ПЕЧАТАТЬ ПОЗВОЛЯЕТСЯ,

съ тѣмъ, чтобы по отпечатаніи представлено было въ Цензурный Комитетъ узаконеное число экземпляровъ. С. Петербургъ, 14 мая 1859 года.

Цензоръ А. Ярославцовъ.

Театръ представляетъ внутренность лавки Покеленя. Въ серединѣ дверь, отворенная ни улицу. налѣво конторка; направо часы. Мебель, матеріи, инструменты и на стѣнѣ различное платье. Двери направо и налѣво.

ЯВЛЕНІЕ I.

При поднятіи занавѣса НАНЕТТА смотритъ на улицу черезъ среднюю дверь.

НАНЕТТА ( подходя къ авансценѣ), А Жанъ-Баптисга нѣтъ! Все дѣдушка балуетъ!

Нажить мнѣ съ нимъ бѣду,-- мое ужь серце чуетъ!

Увелъ съ собой дитя! Вѣдь экій баловникъ!

Чуть Покелень съ двора и началъ мой старикъ? (передразниваетъ Крессе )

"Сегодня. Жанъ-Баптистъ, твое, мой другъ, рожденье,--

"Тебѣ пятнадцать лѣтъ!-- Прими же поздравленье

"Отъ дѣдушки! А чтобъ тебя повеселить,

"Хочу съ тобою я въ комедію сходить;

"И радость вотъ тебѣ для праздника готова!

"Нанетта! ты объ насъ отцу его ни слова,

"Какъ онъ воротится, не говори, -- смотри.

"Онъ мебель въ Лувръ повезъ, часа пробудетъ три,

"А можетъ быть еще и дольше не вернется;

"Авось ему объ насъ узнать и не придется!

"Мы съ внукомъ до него еще домой придемъ.

"Пойдемъ же, Жанъ-Баптистъ!" И вотъ ушли вдвоемъ.

Счастливый путь!-- А я со страхомъ поджидаю,

И къ окнамъ и къ дверямъ разъ двадцать подбѣгаю;

Боюсь, что Покелень вдругъ прежде ихъ придетъ...

Тогда Баптистъ себѣ покою не найдетъ,

За это онъ его, бѣдняжку, загоняетъ.

Баптиста Покелень работать заставляетъ

Надъ мебелію своей и вечеромъ и днемъ;

Не любитъ онъ его и думаетъ о немъ

Онъ такъ же много, какъ и о персидскомъ шахѣ.--

Однако, кажется, въ напрасномъ только страхѣ

Держу я здѣсь себя совсѣмъ изъ ничего. (Часы бьютъ четыре ).

Четыре бьетъ часа!-- а нѣту никого,

И дѣдушка Крессе съ Баптистомъ не приходитъ*

Ахъ, кто-то, кажется, въ ворота наши входитъ.

ЯВЛЕНІЕ II.

НАНЕТТА и ГОТЬЕ ГАРГИЛЬ.

НАНЕТТА ( до входа г. Гаргиля ). Не Покелень-ли ужь?! Ну, вотъ бѣда моя!

ГОТЬЕ ( входя и вѣжливо кланяясь). Слуга покорный вашъ.

НАНЕТТА. Къ услугамъ вашимъ я.

ГОТЬЕ (рисуясь). Я васъ перепугалъ?

НАНЕТТА. Ахъ нѣтъ, сударь, нимало.

ГОТЬЕ ( всторону). Прелакомый кусокъ.

НАНЕТТА (всторону). Кто этотъ подлипало?

ГОТЬЕ. Не здѣсь-ли Покелень, красоточка, живетъ?

НАНЕТТА. Здѣсь, сударь.

ГОТЬЕ. Старое онъ платье продаетъ?

НАНЕТТА (всматриваясь въ него). Такъ точно-съ. ( Всторону)

Я его видала будто гдѣ-то.

ГОТЬЕ. Придворный мебельщикъ?

НАНЕТТА (продолжая всматриваться). Да-съ. ( Всторону)

Странно, право, это: лицо знакомое,-- не ошибаюсь я,

ГОТЬЕ. Что вы такъ смотрите, красавица моя?

Смѣшное что-нибудь нашли во мнѣ навѣрно,

Иль очень у меня вотъ это мѣсто скверно? (показываетъ на лицо).

НАНЕТТА (смѣется). Ахъ нѣтъ, помилуйте-съ.

ГОТЬЕ (всторону). Должно быть я хорошъ!

НАНЕТТА (смѣется). На васъ Готье-Гаргиль ужасно какъ похожъ,

Великій комикъ нашъ, который восхищаетъ

Собою весь Парижъ, смѣшитъ и забавляетъ

И малыхъ и большихъ игрой своей, лицомъ.

Преуморительный! Какъ вспомню лишь объ немъ,

Такъ просто не могу отъ смѣха удержаться;

Готова, кажется, день цѣлый просмѣяться.

Смѣшнѣй его, ей-ей, не знаю ничего;--

А вы ужасно какъ похожи на него.

ГОТЬЕ (всторону). Вотъ мнѣ и комплиментъ!-- Мила и откровенна!

(Вслухъ). Я съ вами, душечка, согласенъ совершенно.

Готье Гаргиль чудакъ, Готье Гаргиль смѣшонъ

И на меня похожъ отчасти точно онъ.

НАНЕТТА. Но только онъ еще гораздо будетъ хуже:

Его лицо краснѣй, глаза гораздо уже,--

Отъ смѣха, думаю, а можетъ оттого

Такимъ онъ кажется, что я всегда его

Въ театрѣ только лишь со сцены и видала,

А такъ нигдѣ, какъ есть, ни разу не встрѣчала*

На сценѣ-жь онъ всегда намазанъ, набѣленъ,

Носъ красный, вообще -- ужасно какъ смѣшонъ;

Гримасы дѣлаетъ, смѣшныя корчитъ рожи...

Вы, право, на него ужасно какъ похожи!

Позвольте-ка узнать, ужь не съ родни-ль онъ вамъ?

ГОТЬЕ ( улыбается ). Да, есть немножечко. Готье Таргиль я самъ.

НАНЕТТА ( изумленная ). Неужто вы?

ГОТЬЕ Да, я.

НАНЕТТА. Какая же я дура!

ГОТЬЕ. Не правда-ль, у меня престранная фигура?

НАНЕТТА (сконфузясь). Вотъ глупость довела меня ужь до чего!

ГОТЬЕ. Да въ этомъ ровно нѣтъ дурнаго ничего.

Веселость ваша мнѣ понравилась ужасно.

НАНЕТТА. Смѣялась вамъ въ глаза!..

ГОТЬЕ. Ну что же?-- и прекрасно!

Не всё же плакать намъ, и вовсе не грѣшно

Смѣяться намъ надъ тѣмъ, что кажется смѣшно.

По-моему совсѣмъ тутъ нечѣмъ оскорбляться.

Ктому-же, душечка, я долженъ вамъ признаться,

Что надоѣло мнѣ почетъ отъ всѣхъ встрѣчать:

Мнѣ это не къ лицу, мнѣ это не подъ-стать.

И что такое я?-- За что мнѣ отличаться

Отъ всѣхъ другихъ людей? Чѣмъ стану величаться?

Не тѣмъ ли ужь, что мнѣ способность-то дана?

Но вспомнить надобно, что въ наши времена

Талантъ -- не диво ужь; свѣтъ зрѣетъ съ каждымъ вѣкомъ.

Я прежде быть хочу хорошимъ человѣкомъ

И только лишь о томъ Создателя молю.

А было между тѣмъ угодно королю

Мнѣ милость оказать. Меня онъ принимаетъ

Къ себѣ, въ присутствіи своемъ всегда сажаетъ,

Со мною ласково о сценѣ говоритъ

И драгоцѣнные подарки мнѣ даритъ.

НАНЕТТА. Неужли самъ король?

ГОТЬЕ. Да, душечка; а перы,

Послы, гофмейстеры, статсъ-дамы, каммергеры,

Всѣ, какъ приросшіе къ своимъ мѣстамъ, стоятъ

И что-то обо мнѣ тихонько говорятъ.

Да, быть въ такой чести отчасти, право, славно.

Я очень счастливь сталъ!-- И вотъ еще недавно

Преосвященный нашъ почтенный кардиналъ

Черезъ епископа къ себѣ меня призвалъ;

Преподалъ тотчасъ мнѣ свое благословенье

И явно выказалъ мнѣ все расположенье,

Позволивъ руку мнѣ свою поцѣловать.--

А общую любовь ко мнѣ должны вы знать.

Рукоплесканьями меня всегда встрѣчаютъ,

Въ одинъ спектакль подъ-часъ разъ двадцать вызываютъ.

Всѣ говорятъ о мнѣ съ особой похвалой...

Да, нечего сказать,-- завиденъ жребій мой!

Артисту слава -- все и я теперь не скрою,

Что мнѣньемъ публики, публичной похвалою

Всегда я дорожилъ и буду дорожить.

Всю жизнь старался я вниманье заслужить --

И наконецъ достигъ! Я жизнь благословляю

И часто истину святую повторяю:

Не хлѣбомъ лишь однимъ сытъ будетъ человѣкъ.

Я съ наслажденіемъ свой доживаю вѣкъ;

Увѣнчанъ долгій трудъ блистательнымъ успѣхомъ.

НАНЕТТА. А я васъ встрѣтила такимъ дурацкимъ смѣхомъ!

Ужасной дурочкой вамъ показалась я.

ТІросіите сударь, ужь пожалуйста меня!

Ей-ей же не могла отъ смѣха удержаться.

Вотъ и тенер" боюсь все засмѣяться

И для того смотрѣть въ лицо вамъ не хочу,

А то, того гдяди, опять захохочу.

ГОТЬЕ. Я буду очень радъ. Тутъ нечего стыдиться.

Нельзя же цѣлый вѣкъ печалиться, сердиться.

Смѣяться никогда -- повѣрьте мнѣ!-- не грѣхъ;

Намъ въ утѣшеніе ниспосланъ съ неба смѣхъ

И люди счастливы, когда они смѣются.

ЛАНЕТТА. Однако дураки по смѣху узнаются.

ГОТЬЕ. Но вѣрить этому рѣшительно грѣшно;

Такое правило нелѣпо и смѣшно;

Вы это видите, я думаю, и сами.

Оно составлено такими мудрецами,

Которые еще не выпили до дна

Всю чашу жизни; въ немъ неопытность видна.--

Но время нашему болтанью прекратиться.

Позвольте къ вамъ теперь съ вопросомъ обратиться!

Что, мальчикъ, душечка, у Покеленя есть?

НАНЕТТА. Да, какъ-же-съ; у него ихъ, сударь, цѣлыхъ шесть,

Да семь работниковъ; большая мастерская!

ГОТЬЕ. Я вижу вы шутить охотница большая!

Я васъ хочу спросить, сынъ есть-ли у него?

НАНЕТТА. А, да-съ, есть, Жанъ-Баптистъ.

ГОТЬЕ (вынимаетъ записку). Такъ это отъ него.

НАНЕТТА. Онъ къ вамъ писалъ письмо?

ГОТЬЕ. Писалъ -- и персонально.

Написано умно, желаніе похвально.

НАНЕТТА. О чемъ же пишетъ онъ?-- позвольте мнѣ узнать.

ГОТЬЕ. Онъ хочетъ, душечка, въ комедіи играть.

НАНЕТТА. Играть въ комедіи?!

ГОТЬЕ. Оно немножко смѣло,

Но въ сущности-то все-жь прекраснѣйшее дѣло.

А въ этомъ мальчикѣ, я знаю, будетъ прокъ.

Хотѣлось мнѣ ему-бъ дать маленькій урокъ

И ближе подвести его къ вратамъ искусства.

Я вижу по письму, въ немъ слишкомъ много чувства,

Лишь только бы ему дать правильный исходъ.

"Въ началѣ дѣло все, конецъ -- начала плодъ",

Нерѣдко говорилъ какой-то умный папа.

НАНЕТТА (подаетъ ему шляпу и трость.)

Вотъ, господинъ Гаргиль, вамъ палочка и шляпа.

ГОТЬЕ. Зачѣмъ же мнѣ они?

НАНЕТТА. Извольте уходить!

Я даже васъ сама готова проводить.

ГОТЬЕ. Вы гоните меня?.. но но какому праву?

НАНЕТТА. Вернется Покелень, начнетъ свою расправу,--

Тутъ всѣмъ порядочно достанется: и вамъ,

И дѣдушкѣ Крессе, и Жану, да и вамъ-

Ужь лучше отъ грѣха скорѣе уходні;е!

Какая славная погода,-- посмотрите!

Прохладенъ воздухъ какъ, какъ ясно на дворѣ!..

ГОТЬЕ. Скажите, какъ васъ звать?

НАНЕТТА. Нанетта Лафоре.

ГОТЬЕ. Послушайте меня, Нанетта! Вы, я знаю,

Увѣрены, что я добра лишь всѣмъ желаю

И вовсе не хочу Баптисту повредить

Тѣмъ, что въ театръ его намѣренъ помѣстить.

Худаго въ этомъ нѣтъ; онъ этого желаетъ.

НАНЕТТА. Но на него отецъ надежду полагаетъ,

Онъ хочетъ по своимъ слѣдамъ его пустить

И началъ ремеслу обойному учить.

Не пуститъ Жана онъ въ театръ,-- не дожидайтесь,

А лучше по добру въ-свояси отправляйтесь.

ГОТЬЕ. Отвѣтьте, душечка, еще на пару словъ:

Собой-то Жанъ-Баптистъ, скажите мнѣ, каковъ?

НАНЕТТА. Красавецъ первый онъ здѣсь въ цѣломъ околоткѣ;

Пятнадцать лѣтъ ему, еще на подбородкѣ

Короче волоса, чѣмъ на моихъ рукахъ;

Румянецъ свѣженькій играетъ на щекахъ,

Глаза прекрасные, блестящіе такіе;

А ужь способности огромныя какія!..

Да я вамъ не могу всего и разсказать

ГОТЬЕ. Мнѣ очень бы его хотѣлось увидать*

НАНЕТТА. Ну, нынче увидать его вамъ не придется: --

Онъ со двора ушелъ и долго не вернется.

ГОТЬЕ. Я подожду его.

НАНЕТТА. Ахъ, нѣтъ, избави Богъ!

Вернется Покелень,-- не унесете ногъ.

Пожалуйста скорѣй идите, не зѣвайте!

Дверь кстати отперта... вотъ шляпа вамъ; прощайте!

ГОТЬЕ. Извольте, душечка, готовъ я убѣжать;

Но только дайте мнѣ себя поцѣловать

Хоть на прощанье-то. Вы очень ужь сердиты!

НАНЕТТА. Нѣтъ, цѣловаться -- грѣхъ,-- да вы же и не бриты,

А я небритыхъ всѣхъ боюсь ужасно какъ.

Ступайте-ка скорѣй!

ГОТЬЕ. Безо всего?

НАНЕТТА. Да, такъ.

Пожалуйста вы здѣсь не очень прохлаждайтесь!

Вамъ моціонъ здоровъ, -- подите, прогуляйтесь! (подходитъ

къ окну )

День славный же такой!-- Ахъ, кажется, идетъ

Хозяинъ мой. Бѣда, какъ васъ онъ здѣсь найдетъ!

Ужасно вспылчивъ онъ, еще вамъ разъ замѣчу.

Ступайте поскорѣй!

ГОТЬЕ. Куда?-- къ нему на-встрѣчу?

НАНЕТТА. Я черезъ кухню васъ пожалуй проведу;

Идите же за мной!

ГОТЬЕ. Иду, иду, иду.

Не говорите лишь ему о мнѣ ни слова.

Немного погодя, зайду сюда я снова (уходитъ въ дверь направо).

ЯВЛЕНІЕ III.

НАНЕТТА, ПОКЕЛЕНЬ, МАЛЬЧИКИ -- ОБОЙЩИКИ ( у дверей остановился возъ.)

НАНЕТТА. А ихъ еще все нѣтъ; теперь моя бѣда!

ПОКЕЛЕНЬ ( сердито мальчикамъ.) Поставить все наверхъ, а кресло дать сюда!

Да ну-же, чортъ возьми, проворнѣе, скорѣе!

Ослы! Что можетъ быть на свѣтѣ васъ глупѣе?

НАНЕТТА. Вы мебель, кажется, назадъ всю привезли?

ПОКЕЛЕНЬ ( запальчиво ). Молчи, негодница! Не приставай, не зли!

Ты любишь не въ свои дѣла всегда соваться.

( Мальчикамъ.) Ну, можете теперь, болваны, убираться!

И за работу всѣ примитесь же сейчасъ.

Избаловались вы! я прогоню всѣхъ васъ;

Ѣдите даромъ хлѣбъ... мерзавцы, негодяи!

Ну, убирайтесь вонъ, несносные лѣнтяи! ( мальчики уходятъ ).

Постойте, олухи!-- я всѣхъ васъ проучу.

( Нанеттѣ ) Ну, ты, болтунья, что?

НАНЕТТА. Я?-- ничего-съ, молчу. (Молчаніе. Покеленъ смотритъ на кресло.)

ПОКЕЛЕНЬ ( сердито). Взгляни-ка, креслецо отдѣлано какъ чисто!--

Работа моего негоднаго Баптиста.

Онъ это на-смѣхъ мнѣ изгадилъ такъ его.

По милости его я ровно безъ всего.

Вѣдь мебель-то мою въ дворцѣ забраковали;

Ни стула одного рѣшительно не взяли...

Теперь ее хоть брось!

НАНЕТТА. Неужли всю какъ есть?

ПОКЕЛЕНЬ. Ну да, и новую велѣли мнѣ привезть,

И все вѣдь въ тотъ же счетъ.

НАНЕТТА. Ну, это вамъ накладно.

ПОКЕЛЕНЬ. На Жанъ-Баптиста мнѣ ужасно какъ досадно!..

Сказать по правдѣ, я и дома увидалъ,

Что кресло это -- дрянь, но такъ ужь промолчалъ,

Надѣясь, что въ дворцѣ по слишкомъ разбираютъ,

Что мебель всю возьмутъ и деньги отсчитаютъ.

И точно экономъ хотѣлъ ужь принимать;

Но для того, чтобы всю мебель сосчитать,

Велѣлъ ее принесть въ большую галлерею.

Прощался мысленно я съ мебелью своею

И мнѣ бы слать ее навѣрно удалось.

Но, на бѣду мою, вдругъ проходить пришлось

Черезъ галлерею ту въ сосѣднюю съ ней залу,

Зачѣмъ-то къ королю сѣдому кардиналу.

Сталъ мебель онъ смотрѣть и кресло увидалъ,

Что дѣлалъ Жанъ-Баптистъ. "Эге!-- онъ мнѣ сказалъ --

"Да кресло это вы работали ногами,

"Иль можетъ быть въ потьмахъ, съ закрытыми глазами.

"А вы, какъ вижу я, ужаснѣйшій хитрецъ!