СВЕТЛЕЙШИЙ КНЯЗЬ ВОЛКОНСКИЙ

в конверте, адресованном "Его благородию Владимиру Ильичу

Ульянову (Ленину)", прислал на бумаге, украшенной княжеским

гербом, письмо такого содержания:

"Владимир Ильич, Прочитав "декрет об уничтожении сословий" и т. д., я открыл Гёте и вот

что прочел:

Im Nebelgeriesel, im tiefen Schnee,

Im wilckn Wald, in Winternacht,

Ich horte der Wolfe Hungergeheul,

Ich horte der Eulen Geschrei:

Wille worn worn worn!

Wille wo wo wo!

и т. д.

Примите уверение в должных к Вам чувствах.

Светлейший князь Петр Петрович

Волконский".

Беру на себя смелость дать слабый перевод утешившей бывшее "сиятельство"

строфы Гёте, продолжив ее соответственным образом:

В туманной мгле, в сугробах снежных,

Ночной порой, среди глухих лесов,

Я слышу вой волков голодных и мятежных,

Я слышу крики сов:

У, вы! У, вы!

У — вы!

В тревоге горестной, прислушиваясь к вою,

Светлейший князь поник светлейшей головою:

Ужели скатится корона с головы?

— Увы!

Светлейшей голове быть без короны княжьей, —

Нет силы у князей бороться с силой вражьей:

Кость черная дает всей кости голубой

Последний, страшный бой!

— Ой! — Ой! — Ой!

Волконский, кланяйся всем прадедам и дедам!

Конец приходит дармоедам.

Забудь свой княжеский покой,

Пошевели рукой,

Возьмись-ка за работу

До устали — до поту,

Отведай жизни трудовой,

А там уж вой:

— Ой! — Ой! — Ой!