В Германии на днях в семье одной
Порой ночной,
Законспирировавшись крайне,
Отец – с ним сын его родной –
Московской радиоволной
Дух ободряли свой и наслаждались втайне.
Но не дремали тож фашистские чины:
Любители советской были
В проступке столь ужасном были
Фашистами уличены,
Уличены, к суду привлечены
И в каземат заключены.
Там, в недрах каменного гроба,
Мертвящей тишиной они казнятся оба.
К ним, как фашисты в том уверены вполне
(Была проверочная проба!),
Не проложить никак пути в глухой стене
Советской радиоволне.
Волне отрезан путь!
Одначе
Я думаю иначе:
Чрез чье-то сердце, чью-то грудь,
Горячей радости порывом не случайным
К преступникам необычайным
Советская волна найдет кратчайший путь,
Путь к их сердцам найдет и укрепит их песней,
Которой в мире нет чудесней,
В которой все слова – геройские слова
О том, как, встречные свои ряды построив,
Вся пролетарская Москва
Приветствует своих арктических героев!
Да, песня наша такова:
Всех вымыслов слова ее простые краше!
В «челюскинцах» мы чтим геройство их и – наше,
Геройство братьев, жен, отцов и матерей,
Геройство всех богатырей,
Чья исполинская работа
Над укреплением оплота
Трудящихся всех стран дала уже плоды,
Объединивши всех соратников в ряды,
Где все бойцы сильны их общим
кровным свойством –
всепобеждающим геройством !