Всякий промысл, требующий известной степени обучения и ремесленного знания, мы называем промыслом "кустарным", и слово это производим от немецкого "Kunst", что косвенно намекает и на усвоение нами от немцев многих ремесел. Наши лексикографы называют кустарным промыслом собственно только ткачество, а самое слово относят к местному (?) наречию; мы же слову "кустарный" придаем более широкое и общее значение и "кустарником" называем каждого ремесленника, работающего в одиночку, или с подмастерьем, или в артели, исключая из этой категории одних фабричных и заводских ремесленников на том основании, что изделия тех и других, хотя бы были, так сказать, однохарактерны, все-таки нетрудно и малоопытным глазом отличить изделие фабричное или заводское от ручного, которое, впрочем, может быть и весьма плохого и очень хорошего достоинства, как по внутреннему качеству, так и по внешней отделке. В обоих производствах разница заключается еще и в том, что когда ремесленник выпускает свои изделия по мелочи, фабрика и завод в то же время делают их en masse. Определив, таким образом, взгляд и размеры кустарных промыслов (мы сочли это необходимым ввиду единства работ при дальнейших исследованиях), разделяем их, прежде всего, на две главные группы: местную и отхожую. На основании такого подразделения каждое ремесло может быть отнесено к той или иной группе, смотря по тому, в какой из них оно находит больше благоприятных условий для своей деятельности; то есть где ремесленник находит больше средств к заработку, а следовательно, и к жизни и в то же время не подчиняется закону о цехах.

Исследование кустарных промыслов в Ставропольской губернии давно было предметом наших горячих желаний, в видах возможно многостороннего изучения экономической деятельности населения. Желания наши, однако же, должны были уступать другим, более важным статистическим работам. Настоящим же трудом мы занялись по личному приглашению господина председателя Комиссии по исследованию кустарной промышленности, учрежденной при Совете торговли и мануфактур. Ввиду такой инициативы, доказывающей, прежде всего, заботливость правительства, признавшего необходимость изучения народного труда в главнейших отраслях промышленности, мы, к сожалению, не можем не сознаться в недостатках и незаконченности собственного труда. Материалы, которыми мы пользовались, хотя и добыты официальным путем, но, во всяком случае, страдают погрешностями, указывающими, с одной стороны, на неопытность составителей (сельских писарей), большею частью не понявших дела, а с другой -- на недоверчивость показателей, предполагающих в каждом статистическом вопросе заднюю цель. Нужно, впрочем, заметить, что это самые больные места в нашей статистике вообще.

В настоящем случае статистикою были предложены следующие вопросы:

1) Как имя и фамилия кустарного ремесленника?

2) Какой губернии?

3) Каким мастерством занимается?

4) Работает ли один, или в артели, или нанимает работников, и сколько?

5) Сколько вырабатывает в год, за исключением издержек производства и стоимости материалов?

6) Где сбывает свои произведения: на месте или на ярмарках?

7) Если на ярмарках, то на каких именно и где?

8) Живет ли на квартире или имеет свой дом?

и 9) Не занимается ли, сверх того, хлебопашеством или скотоводством?

Ввиду облегчения составителей ответов на предложенные вопросы и показателей техническая сторона производств отложена, но будет изучена другим путем.

Начнем с числительности занимающихся кустарными промыслами. Всех кустарников в губернии, со включением подмастерьев и вообще работающих как артельно, так и за условленную с хозяином цену, на счету статистики оказалось 2470, или 0,5 % всего оседлого населения губернии, которого на 1 января 1877 года состояло 432473 обоего пола душ, или на 175 душ один ремесленник. В том числе на долю коренных жителей Ставропольской губернии приходится 37,2 %.

Ставропольской губернии дают кустарных промышленников следующие 36 губерний и области, которые по уездам локализовались в следующем порядке (см. таблицу).

По поводу числовых данных, представленных в нашей графической таблице, мы должны заметить, что они далеко не полны; да и не могли быть полными потому, что собираемы были в такое время (зимою), когда прекращаются строительные работы и много рабочих, как-то каменщиков, плотников, штукатуров и других, ежегодно приходящих раннею весною на заработки в город Ставрополь, возвращаются по домам. Собирание подобных сведений и в летнее время представляет не менее трудностей, когда рабочие, не нанявшиеся к солидным подрядчикам, разбиваются на мелкие артели и расходятся на работы по окрестным селениям, а нередко и станицам, где тоже не попадут в статистику.

Поэтому число кустарных промышленников других губерний и областей, приходящих на заработки в Ставропольскую губернию, показанное по сведениям в 1551 человек, можно, не опасаясь преувеличения, принять в 2000 человек.

Полученные сведения дают следующие выводы.

Занимающиеся кустарными промыслами в Ставропольской губернии коренные жители других губерний и областей составляют 62,8 %; в том числе наибольший процент дают губернии: Калужская -- 25,5 %, Рязанская -- 21,3 %, Воронежская -- 15,2 %, Курская -- 9,2 %, Тамбовская -- 5,5 %, Орловская -- 5,2 %, Тульская -- 4 % и Владимирская -- 1 %. Затем остальные 25 губерний -- отставные солдаты и турецкие подданные дают 12,8 %.

При распределении кустарных промыслов по специальностям мы будем иметь в виду сельское население уездов, так как в городе Ставрополе число кустарных промыслов более подвержено колебаниям и, по объясненным уже причинам, недостаточно еще определено.

Потребности сельского домостроительства требуют: плотников, печников, стекольщиков, каменщиков, столяров, штукатуров, крыльщиков и кровельщиков. Профессии эти выполняют 411 человек в качестве мастеров дела, а 121 человек в качестве профессиональных работников. Число тех и других составляет 21,5 % всех кустарников в губернии.

Всех плотников в уездах 347 человек. Самое большое число (74) плотников из Калужской губернии; затем -- Курской губернии 52, Орловской 33, Воронежской 29, Тульской 19, Тамбовской 10, Харьковской и Черниговской по 6, Пензенской и Саратовской по 5, Астраханской 3, Нижегородской, Санкт-Петербургской и Терской области по 1. Остальные 25 человек -- местные коренные жители. Этим числом плотников население губернии вполне удовлетворяет свои строительные потребности, и тем легче, что большая часть жилых и нежилых строений землебитные или из саманного кирпича, выделывание которого до того распространено, что и не считается промыслом. Каждый почти хозяин-малоросс выделывает кирпич для себя, только богатые его покупают. Отсутствие лесов, а отсюда и дороговизна лесных материалов, привозимых преимущественно с Дона, отражается и на постройках. Полы большею частью (малороссы исключительно) делают смазные, а потолки настилают досками или латами вразбежку, прикрывая сверху камышом, и смазывают. У богатых и вообще более достаточных крестьян двери и окна столярной работы, а у бедных первые -- плотничьей работы, а последние -- покупаются готовые у торгующих щепным товаром. Лучшие плотники выполняют и столярные работы. В каждом почти селении есть дома, иногда больше десяти, хорошей городской архитектуры, принадлежащие духовенству, лицам привилегированных сословий, местным торговцам, крестьянам, и вообще дома общественные, крытые железом, камышом или соломою под глину.

Печников в губернии только 75 человек, и в том числе местных жителей 23 человека; затем Калужская губерния дает 22 печника, Воронежская 7, Курская 5, Тульская 3, Орловская и Харьковская по 2, Черниговская и Саратовская по 1. Малочисленность представителей этого промысла объясняется тем, что крестьяне в преобладающем большинстве, особенно малороссы, сами специалисты по этой части и многие устраивают глинобитные печи, нередко без труб, но всегда с дымовыми проходами.

Выше было сказано, что крестьяне по большей части покупают готовые оконные рамы застекленные, какие вместе с разным щепным товаром привозят на Северный Кавказ из северных лесных губерний, и поэтому в Ставропольской губернии немного стекольщиков -- всего 24 человека. Такая малочисленность стекольщиков объясняется еще тем, что многие из них разъезжают для заработков по селениям и что многие столяры, делая оконные рамы, занимаются и вставкою стекол. Самое большое число стекольщиков дает Московская губерния, а именно -- 9, Ставропольская -- 8, Курская -- 3, Тульская, Владимирская, Черниговская и Нижегородская -- по 1.

Столярная специальность, удовлетворяющая невзыскательным и ограниченным потребностям сельского населения, невысокого достоинства и немногочисленна. Всех столяров в уездах 60 человек. Калужская губерния дает в то число 5 столяров, Нижегородская -- 3, Рязанская и Тульская -- по 2, Воронежская, Тамбовская, Черниговская, Нижегородская, Пермская, Привислянские губернии, области: Кубанская и Дагестанская -- по 1, Ставропольская губерния -- 36, 4 отставных солдата и 1 турецко-подданный.

На долю остальных мастеров домостроительного дела, как то: штукатуров, кровельщиков, крыльщиков (работающих камышом), пильщиков и кирпичников -- остается немного -- всего 40 человек. Наибольшее число штукатуров дает Калужская губерния -- 16 и Тульская -- 11 человек. Затем: из Курской губернии 1 крыльщик, Тульской 2 пильщика, Воронежской 1 кирпичник и 1 кровельщик, Астраханской 1 крыльщик и Ставропольской 1 кирпичник, 1 штукатур, 4 крыльщика и 1 отставной солдат кирпичник.

Недостаток лесов в Ставропольской губернии отчасти вознаграждается изобилием, преимущественно в южной ее части, камня известкового ракушечника. Камень этот дает очень хороший строительный материал, пригодный и для выделки корыт, молотильных катков, дымовых труб, надмогильных крестов и вообще памятников. В Ставропольской губернии 35 каменщиков -- коренных жителей, прочие же губернии (Орловская, Курская и Енисейская) дают только четырех каменщиков и один турецко-подданный.

Шитыми принадлежностями одежды сельского населения занимается 414 человек, или 16,6 % всех ремесленников, в том числе 336 мастеров. А именно: портных 250, шубников 31, сапожников 119 и шапочников 4 человека. Строгого подразделения между портным и шубным мастерством провести нельзя, так как сами жители безразлично называют портным и того, кто шубу шьет, и того, кто шьет суконную или бумажную одежду. Одни только портные из Рязанской губернии, которых 35 человек, шитьем шуб не занимаются. Самое большое число шуб дает Калужская губерния, а именно 122 человека; за ней Курская -- 26, Воронежская -- 9, Тульская -- 7, Харьковская и Черниговская -- по 3, Тамбовская, Орловская, Екатеринославская и Пензенская -- по 2, Московская, Полтавская, Саратовская, Казанская, Дагестанская область -- по 1 и, наконец, Ставропольская губерния имеет из своих коренных жителей 62 человека портных и шубников.

Шапошников только 4 человека, и все Рязанской губернии.

Сапожников в губернии 278 человек, или 11,2 % всех занимающихся ремеслами. Из них больше половины (по 114 человек) падает на Ставропольскую и Воронежскую губернии; затем остальные так распределяются: отставных солдат 5, из Орловской и Харьковской губерний по 9, из Курской 14, из Черниговской 3, из Киевской 2, из Рязанской, Тульской, Тамбовской, Полтавской, Саратовской, Нижегородской, Самарской и даже из Амурской области по 1.

Громадное овцеводство и вообще скотоводство, простирающееся свыше 3000000 голов, привлекает в Ставропольскую губернию значительное число кустарников для выделки овчин, кож и для обработки шерсти. Овчинников 313 человек, полстовалов и шерстобитов, иначе шиповалов, 107 человек и кожевников 76, всего 496 человек, или 20% всех кустарников.

Самое больше число овчинников, 151 человек, дает Калужская губерния; затем число их упадает в следующей дегрессии: Ставропольская -- 75, Тамбовская -- 49, Воронежская -- 11, Курская -- 7, Рязанская -- 4, Екатеринославская -- 3, Орловская, Московская и Харьковская -- по 2, Тульская, Полтавская, Пензенская, Саратовская, Нижегородская, Томская и Кубанская область -- по 1.

За ними 107 полстовалов и шерстобитов, иначе шиповалов, валяют полсти или войлоки и бьют шерсть для домашнего приготовления пряжи, из которой крестьянки ткут сукно и вяжут чулки.

Занимающиеся выделкою овчин и полстовалы зарабатывают в год, по их показаниям, скорее уменьшенным, нежели преувеличенным, 30110 рублей, что на каждого круглым счетом дает по 71 рублю 70 копеек. Если еще прибавить сумму, зарабатываемую портными шубного дела и простирающуюся до 18145 рублей, то на каждого из 281 человека портных придется заработка по 68 рублей 13 копеек, что тоже следует считать умеренно показанным заработком. Из этих данных можно вывести то вероятное заключение, что крестьянское население ежегодно справляет себе около 18000 шуб и полушубков и столько же полстей, или войлоков. Можно сказать, что в губернии нет бедняка, который не имел бы шубы или полсти, а богатые имеют их по нескольку. Овцеводство поэтому, простирающееся до более 2000000 голов, составляет одну из капитальнейших статей сельского хозяйства в губернии и дает до 49000 рублей занимающимся отраслью кустарных промыслов1.

Исключительное географическое положение Ставропольской губернии, удаленной от водяных сообщений, при почти полном отсутствии лесов, при маловодности обширных степей, ставит сельского хозяина в необходимость запасаться лишнею деревянного посудою, нужною во время полевых работ, особенно во время сенокошения и жатвы. Если крестьянину, конечно, богатому, приходится косить или убирать хлеб там, где на пространстве 80--100 верст нет годной не только для собственного потребления, но и для водопоя рабочего скота воды (а таких случаев и мест встречается много), то у него, смотря по числу рабочих и скота, должно быть и бывает от 8 до 10 сороковых бочек, в которых он постоянно возит на табор воду, не говоря о бочонках меньшей величины, в которых вода доставляется рабочим на ряды и загоны. Местные условия, усилившие таким образом потребность населения в деревянной посуде, в свою очередь указывают надежный рынок бондарному промыслу.

В селениях Ставропольской губернии оказывается 211 бондарей. Наибольше бондарей дает Рязанская губерния, а именно 153; затем из местных коренных жителей -- 34, из Воронежской губернии -- 11, Тульской -- 5, Тамбовской и Екатеринославской -- по 2, из Калужской, Курской, Харьковской и Кубанской области -- по 1. Очевидно, что бондарные изделия в степной, а отчасти винокурной и винодельной губернии, как Ставропольская, и должны требоваться сравнительно с малоземельными и лесными губерниями в большем количестве и быть дороже. Бондарный материал губерния получает из-за Кубани и из-за Терека, год от году из более отдаленных мест и по прогрессивно возвышающимся ценам, так как и там леса усердно истребляются... В настоящее время платят за тысячу дубовых тростей 220 рублей (с перевозкою в Ставрополь), а за тысячу ореховых обручей 35 рублей, тогда как 10 лет тому назад можно было купить то и другое за 1/3 нынешней цены. Бондари зарабатывают в год, за исключением ценности материалов, 18620 рублей, что круглым счетом на каждого из 211 человек приходится по 88 рублей 29 копеек. В частности же заработки бондаря простираются до 900 рублей.

После бондарей переходим к колесникам. Этого рода специальностью занимаются 74 человека, которые поделочные материалы, как то: ободья, ступы и спицы -- тоже приобретают за Кубанью и Тереком. Большая часть колесников (64) -- жители Ставропольской губернии; затем: Воронежской -- 5, Калужской -- 2, Тамбовской, Полтавской и Харьковской -- по 1. Все они зарабатывают в год 6525 рублей, средним числом каждый по 88 рублей 18 копеек, хотя в частности, смотря по оборотному капиталу каждого, и заработки различные. Понятно, что все вместе они не в состоянии были бы удовлетворить этой потребности, если бы огромное количество колес и ободьев из северных лесных губерний по системам Дона и Волги, не шло в Ростов и Царицын, а оттуда гужом на более значительные ярмарки в губернии, как то: в Ставрополь, Медвежье, Медведское и прочие.

Затем в губернии 2 токаря и оба Тульской губернии, 6 пряжников из Воронежской, 2 бердника, из них один Саратовской, а другой Ставропольской губернии, и 1 гребенщик губернии Воронежской. Делание же повозок воловьих и конских не имеет самостоятельных представителей, но многие крестьяне, преимущественно плотники, занимаются только починкою таковых. Вообще сельское население губернии покупает повозки и возы на ярмарках, привозимые из внутренних губерний тем же путем, как и колеса.

59 человек занимаются гончарным делом, и в том числе: Ставропольской губернии -- 43, Курской -- 13, Полтавской -- 2 и Воронежской -- 1. В Ставропольской губернии наибольшее число гончарей в слободе Александровской (Воронцовской волости), на реке Куме (25) и в селении Белой Глине Медвеженского уезда (15). В последнем селении добывается исключительно глина белая, давшая название этому селению, из которой, судя по излому изделий, вероятно, можно было бы выделывать и фаянсовую посуду, если бы предварительно подвергать лучшие сорта такой глины очищению посредством отмучивания. Производство фаянсовой посуды, привозимой на Северный Кавказ издалека и вследствие того сравнительно дорогой, стоит серьезного опыта.

Все гончари зарабатывают 6785 рублей, или средним числом по 115 рублей на человека. Гончарное производство более выгодное сравнительно с другими производствами, быть может, и по практикуемому способу продажи изделий, столь необходимых в женском хозяйстве, и заключающемуся в следующем. Летом гончари развозят по селениям посуду простую и поливную и меняют крестьянкам на озимую пшеницу, чаще на кубанку и редко на рожь. Мена происходит так: любую посуду, горшок, кувшин и тому подобное баба наполняет пшеницею или рожью (последнею 1 1/2 или 2 раза) и высыпает ее гончарю, а посуду берет себе. В отсутствие мужей, что большею частью бывает во время пахоты, меновый торг горшками идет оживленно. Привозная глиняная посуда из Воронежской и Полтавской губерний беловатого и стального цвета предпочитается местной за прочность.

На долю остальных ремесленных промышленников, как то: ведерников, делающих ведра из листового железа, решетников, серповщиков и позолотчиков по дереву, пильщиков, малярей, свечников, веревочников и ткачей -- приходится самый незначительный процент, дающий заработки еще незначительнее.

Преобладающее большинство кустарников, а именно 63,7%, работает в одиночку, 21,4% с сыновьями или с работниками, и только 14,9% работает небольшими артелями от 2 до 4 человек. Артельные условия исключительно встречаются у овчинников, полстовалов, шубников и плотников.

Все изделия кустарных промыслов находят спрос на местах производства, а частью продаются на ярмарках.

Наконец, на вопрос, живут ли занимающиеся кустарными промыслами на квартирах или в собственных домах и занимаются ли, кроме своей профессиональности, еще хлебопашеством или скотоводством, статистика имеет возможность отвечать следующими данными.

Из числа 816 коренных жителей, занимавшихся кустарными промыслами, 318 человек, или 39% (в расчет не берем работников и подмастерьев), имеют собственные дома, из них 188 человек занимаются хлебопашеством и скотоводством. Остальные же 498 человек работают не в своих селениях, живут на квартирах и хлебопашеством не занимаются.

Что же касается кустарников разных губерний, приходящих на заработки в Ставропольскую, то из числа 1138 человек 206, или 18%, имеют собственные дома; из них 38 человек занимаются хлебопашеством и скотоводством, 168 имеют только дома, но хлебопашеством не занимаются, а 932 человека живут на квартирах.

Заканчивая на этот раз и в виде опыта обозрение кустарных промыслов в Ставропольской губернии, мы в более удобное и свободное время еще раз возвратимся к изучению столь важных отраслей народного труда.

Примечание

1. О кожевенном производстве отлагаем речь до получения более верных и полных сведений.

Текст и примечание печатаются по источнику:
Ставропольские губернские ведомости. -- 1878. -- NoNo 15, 16 и 17.