По новому распоряжению, сделанному для пресечения сообщений неприятельских войск из Далмации в Рагузу, корабли "Ярослав", "Венус" и шебека "Забияка" 5 июля отправились в крейсерство в малое море или, иначе, Нарентский залив. Настало то жаркое время, которого, конечно, не превзойдет и палящий зной Африки. Роса и легкий ветерок нимало не прохлаждали воздуха ночью, духота заменяла огненные лучи полуденного солнца. После штиля подул довольно свежий юго-восточный ветер, который скоро наполнил воздух влажными парами. Берега покрылись мглой. Лучи солнца, проникая и преломляясь в туманных облаках, золотили края их и являли взору черные тучи, с краев зажженные. Вся атмосфера казалась пламенеющей и представляла удивленным глазам нашим обширный с погасающими углями горн, с коим горящие по краям и черные в средине облака совершенное имели подобие. Сильно дующий ветер, называемый итальянцами сирокко (shirocco) {По итальянскому произношению "широкко".}, скоро преобразился в знойное удушающее дыхание. Жар сделался так велик, что до крашеных стен фрегата и чугунных пушек дотронуться было невозможно, смола, как бы разогретая, капала со снастей. Самун, как сказывают путешественники, имеет свое действие в 2 футах от земли, дуновение его сходно с шумом пламени, выходящего из тесного жерла; оный ветер продолжается не более 10 минут. Человек, умерщвленный огненным сим вихрем, походит на покоящегося сладким сном. Поелику Аравия и песчаная степь Саара, где свирепствует самун, лежит от Италии на юго-восток и юго-юго-запад (SSW) {В Сицилии и Италии широкко дует с сей последней стороны горизонта и прямо от залива Сидро, за коим находятся песчаные степи.}; то, конечно, проходя великое пространство моря и напитавшись испарениями вод, здесь теряет он смертельность свою. Несмотря на сие прохлаждение, сирокко, порождение самуна, особенно в Сицилии, Мальте и Корфе причиняет великий вред. К счастью, не каждый год оный бывает и продолжается не более часов двух; но есть продолжится он сутки, что иногда случается, то поля засыхают, растенья пропадают, древесные листья и плоды увядают, желтеют и опадают, стены каменных домов раскаляются, малые источники высыхают и, наконец, вода повсюду делается теплой. Скот предчувствует приближение сирокко, он бежит и укрывается в прохладных пещерах или в тени лесов, где тотчас ложится или стоит, повеся голову. При появлении первых знаков сего ветра в городах спешат запирать ворота и ставни, прячутся в погреба и в самые прохладные покои. Пыль, поднятая на улицах, проходит в самомалейшие скважины, портит в несколько минут мясо, овощи, хлеб и все съестное. В людях особенно тучных и полнокровных сирокко производит болезненные припадки, при изобильной испарине бросает в жар, кружится голова, краснеют глаза и непреодолимо клонит ко сну. Уснувший обливается пóтом, спит беспокойно и встает, чувствуя слабость, как бы после горячки. Хотя в море сирокко меньшую имеет силу и не слишком ослабляет здорового человека, но крайне нужно преодолевать сон, не делать большого движения и строго запрещать людям спать на палубах, открывшись; ибо изобильная роса, падающая в следующую ночь, производит опасную простуду.
С небольшим час продолжался сирокко; потом небо прочистилось, ветер стих и к вечеру воздух прохладился. У Меледы нашли шебеку "Азард"; остров сей лесист и изобилует вином. Аббат Лавока полагает, что тут, а не у Мальты апостол Павел претерпел кораблекрушение; но сие несправедливо, ибо апостол, построив новый корабль, отплыл в Рим и на пути проходил Сиракузы и Мессину, что и доказывает ошибку Лавока, которая, конечно, произошла от того, что Мальта и Меледа в древности назывались Мелита. 8 июля простояли мы в Курцоле, где нашли корабль "Петр" и также 23 судна с 3000 австрийских войск; 9-го же числа прибыли на назначенный пост в малое море.
Отряд расположился так, что сообщение Рагузы с Далмацией и сей с островами, к ней прилежащими, совершенно прекратилось; корабль, фрегат и шебеки попеременно находились под парусами. В первые дни перехватили несколько судов, а напоследок и рыбаки, которым мы не препятствовали заниматься их ремеслом, не показывались. Французские войска занимали берега вокруг, беспрестанно ходили взад и вперед и по малейшему подозрению притесняли приверженных к нам жителей. В один день шебека "Забияка", проходя близ монастыря Заострог, была атакована французами, засевшими в садах. "Венус", пришед к ней на помощь, картечным залпом прогнал их, и за сие взяли они с монахов контрибуцию! Собранная и на малом пространстве расположенная 20-тысячная армия, опасаясь высадки и бунта народа, стояла под ружьем и терпела крайний недостаток в продовольствии, ибо доставление из Италии берегом было крайне затруднительно, а Далмация бесплодная, существовавшая только торговлей и ныне лишенная оной, не имела хлеба и для продовольствия жителей. Французы брали контрибуции до тех пор, как уже нечего было брать. От жару, изнурения, в продолжение сего лета, по уверению жителей, умерло солдат до 8000 человек; таким образом, тесная блокада стоила гораздо более, нежели самые сражения, и сила наша, столь не значащая, имела преимущество над превосходным числом французов. Бонапарте, которому ничего нет невозможного, дабы облегчить доставление провианта берегом, приказал сквозь цепь кремнистых гор пробить дорогу. Несчастные жители, не различая никакого состояния, были собраны и, подобно невольникам, провожаемые солдатами, сделали оную до Зары, и сия-то дорога названа Наполеоном путь. Путь сей, сделанный незаплаченными трудами жителей, сверх сего тягостные налоги, конскрипция и всякого рода угнетения довели бедных далматцев до самого бедственного состояния. Негодование сделалось повсеместно и в некоторых местах народ взялся за оружие, деревни пылали, и возмутители, так французы обыкновенно называют истинных сынов отечества, расстреливались. Сие принудило генерала Мармонта объявить Далмацию в военном состоянии, и бедствия народа еще более увеличились.
От жаров вода испортилась, и сей смрадной воды выдавалось матросам и офицерам по стакану в день. Во все плавание в Средиземном море только здесь мы имели крайний недостаток в оной. Открывши в пустом месте ключ, послали, под прикрытием шебеки, гребные суда с бочками; неприятель пришел воспрепятствовать, но поручик Вечеслов с 80 морскими солдатами, заняв выгодную высоту, не допустил их вредить рабочим людям, кои без потери, по налитии водой, возвратились на фрегат. 31 июля французы известили нас о мире, заключенном между Россией и Францией, а 1 августа получили повеление прекратить военные действия; почему отряд прибыл 2 августа в Курцолу, где, соединясь с к кораблем "Петром" и забрав гарнизон, прибыли в Катаро 5 августа, куда к 11 числу и весь флот собрался.