Вот они, скорбные, гордые тени

Женщин, обманутых мной.

Прямо в лицо им смотрю без сомнений,

Прямо в лицо этих бледных видений,

Созданных чарой ночной.

О, эти руки, и груди, и губы,

Выгибы алчущих тел!

Вас обретал я, и вами владел!

Все ваши тайны — то нежный, то грубый,

Властный, покорный — узнать я умел.

Да, я вас бросил, как остов добычи,

Бросил на знойном пути.

Что ж! в этом мире вещей и обличий

Все мне сказалось в единственном кличе:

«Ты должен идти!»

Вас я любил так, как любят, и каждой

Душу свою отдавал до конца,

Но — мне не страшно немого лица!

Не одинаковой жаждой

Наши горели сердца.

Вы, опаленные яростной страстью,

В ужасе падали ниц.

Я, прикоснувшись к последнему счастью,

Не опуская ресниц,

Шел, увлекаем таинственной властью,

К ужасу новых границ.

Вас я любил так, как любят, и знаю —

С каждой я был бы в раю!

Но не хочу я довериться раю.

Душу мою из блаженств вырываю,

Вольную душу мою!

Дальше, все дальше! от счастья до муки,

В ужасы — в бездну — во тьму!

Тщетно ко мне простираете руки

Вы, присужденные к вечной разлуке:

Жить мне и быть — одному.

1902