На берегу рѣки Хунхе, драгунскимъ полкомъ были заготовлены обширные запасы фуража.
День и ночь фуражиръ Селивончикъ объѣзжаетъ ввѣренные его наблюденію склады, растянувшіеся на 80 верстъ, Селивончикъ родился положительно фуражиромъ. Иногда о томъ, что Селивончика -- нельзя наградить знакомъ отличія военнаго ордена, такъ какъ его дѣятельность была исключительно мирнаго характера, то всѣ только сожалѣли, что судьба привела отличиться ему на хозяйственномъ, а не на боевомъ поприщѣ. Но судьба судила иное.
Было раннее утро 22-го декабря. Караулъ при полковыхъ складахъ въ деревнѣ Ю., между рѣками Хунхе и Ляохе, въ составѣ трехъ рядовыхъ и одного унтеръ-офицера, заканчивалъ утреннюю уборку.
Вдругъ изъ-за угла забора, окружавшаго дворъ, гдѣ былъ полковой складъ, выскочилъ состоявшій при караулѣ въ качествѣ переводчика, китаецъ Ян-куань-синь.
-- Капитанъ, бросился онъ къ унтеръ-офицеру,-- Гудязы ю-пинь-ю. Шесть солдатъ, офицеръ.
Молодчина унтеръ-офицеръ не растерялся и быстро сообразилъ, что дѣлать. Тотчасъ же два драгуна были посланы къ деревнѣ Гудязы въ засаду наблюдать за выходами изъ нея.
Китайцу приказано вернуться въ деревню и высмотрѣть, гдѣ и какъ расположились японцы. Третій драгунъ былъ посланъ карьеромъ въ сосѣднія деревни, гдѣ были такіе же полковые караулы, собрать людей. Самъ унтеръ-офицеръ выбралъ себѣ также наблюдательный пунктъ и въ ожиданіи сбора людей расположился наблюдать за деревней Гудязы.
Японскій разъѣздъ, не подозрѣвавшій о близости нашихъ драгунъ, расположился посрединѣ деревни, во дворѣ большой фанзы.
Шесть засѣдланныхъ лошадей были привязаны къ плетню; люди готовили на кострѣ себѣ пищу. Офицеръ, устроившись въ фанзѣ, только-что написалъ донесеніе и послалъ его съ однимъ изъ солдатъ, переодѣвшимся китайцемъ.
Черезъ полчаса въ деревнѣ Ю. собралось 10 драгунъ, къ которымъ примкнули еще 6 артиллеристовъ, бывшихъ также на фуражировкѣ. Прибылъ и самъ Селивончикъ. Какъ старшій, онъ принялъ начальство надъ всѣмъ собравшимся отрядомъ.
Узнавъ отъ старшаго въ караулѣ о всѣхъ подробностяхъ, Селивончикъ составилъ планъ атаки и немедля приступилъ къ его исполненію.
Оцѣпивъ деревню кругомъ, чтобы никто не могъ незамѣченнымъ изъ нея уйти, онъ приказалъ всѣмъ людямъ сходиться къ фанзѣ, занятой японцами, причемъ всѣ должны были возможно громче кричать, переговариваться, дабы японцы подумали, что у насъ значительный отрядъ.
Наконецъ всѣ 16 человѣкъ сошлись у фанзы съ японцами, окруживъ ее со всѣхъ сторонъ.
Тогда Селивончикъ приказалъ пяти драгунамъ открыть по фанзѣ залповый огонь. Селивончикъ командовалъ: "Взводъ, или!" и пять человѣкъ давали залпъ по фанзѣ.
Послѣ четвертаго залпа изъ-за забора показался штыкъ съ привязаннымъ къ нему бѣлымъ платкомъ. Противникъ сдавался на капитуляцію.
-- Бросай винтовки сюда, приказалъ Селивончикъ японцамъ черезъ переводчика-китайца.
Три винтовки перелетѣли черезъ заборъ и упали къ ногамъ побѣдителя.
Тогда Селивовчикъ съ командою вошелъ во дворъ. Прижавшись къ стѣнѣ, привѣтливо и довѣрчиво глядя на нашихъ солдатъ, стояли три японца. Селивончикъ, увидя, что лошадей шесть, потребовалъ отъ нихъ остальныхъ троихъ.
Плѣнные показываютъ, что не знаютъ, гдѣ остальные.
По приказанію Селивончика драгуны стали шарить по всѣмъ угламъ.
Рядовой Барковъ, состоявшій казенной прислугой при поручикѣ Щ., попавшій совершенно случайно въ команду Селивончика, перелѣзъ чрезъ заборъ и сталъ искать на огородѣ, гдѣ было сложено нѣсколько кучъ изъ гаоляна.
Осмотрѣвъ нѣсколько кучъ, Барковъ подошелъ къ кучѣ, нѣсколько растрепанной, и едва сбросилъ съ нея первый снопъ, какъ замѣтилъ подъ ней японскаго офицера и солдата. Офицеръ сдаваться не захотѣлъ и выхватилъ изъ кобуры револьверъ. Тогда Барковъ, вскинувъ винтовку, выстрѣлилъ и убилъ офицера наповалъ. Солдатъ-японецъ сейчасъ же бросилъ винтовку къ ногамъ Баркова.
Сбѣжались за выстрѣлъ наши остальные драгуны и захватили въ плѣнъ четвертаго японца.
Селивончикъ собралъ свой отрядъ, забралъ плѣнныхъ, ихъ оружіе, лошадей, поднялъ на носилкахъ убитаго офицера и съ конвоемъ изъ четырехъ человѣкъ направился къ мѣсту стоянки полка.