Въ ночь на 23-е апрѣля японцы произвели высадку въ Бицзыво и тѣмъ открыли себѣ возможность наступательныхъ дѣйствій въ сѣверной части Ляодунскаго полуострова. Эта высадка въ Бицзыво обстоятельно описана въ корреспонденціи "Нов. Вр." изъ Ляояна. Китайское мѣстечко Бицзыво стало извѣстно публикѣ, благодаря высадкѣ японцевъ въ китайскую войну 1895 г. въ этомъ пунктѣ. Какъ разъ на траверсѣ мѣстечка находятся острова Элліота, служащіе надежнымъ пристанищемъ для морскихъ хунхузовъ.
Бухта здѣсь очень удобная и большая, во чрезвычайно мелководная, годная лишь для судовъ съ небольшой осадкой. Нами была устроена на этихъ островахъ угольная станція, гдѣ было сложено угля 300 тоннъ. По еще ранѣе носившимся слухамъ острова были заняты японцами въ серединѣ февраля и здѣсь была ихъ база для минныхъ отрядовъ.
Японская эскадра во временамъ держалась около острововъ, го большею частью уходила, не производя никакихъ активныхъ дѣйствій.
Точно такимъ образомъ явились они 19 апрѣля. Вся ночь съ 19-го на 20-е прошла спокойно, непріятель ограничивался лишь тѣмъ, что освѣщалъ побережье прожекторами. Съ постовъ начали поступать свѣдѣнія, что японская эскадра спускаетъ шлюпки, которыя производятъ промѣръ. 20-го японская эскадра отошла за островъ.
Та же исторія повторилась и въ ночь съ 20-го на 21-е. Эти донесенія заставили въ Артурѣ и Дальнемъ принять соотвѣтственныя мѣры. 14-му Восточно-Сибирскому стрѣлковому полку подъ командой полковника Савицкаго было приказано приготовиться выступить въ Бицзыво. Ночью съ 22-го на 23-е непріятельская эскадра въ составѣ 5 большихъ крейсеровъ, 3 малыхъ крейсеровъ и нѣсколькихъ другихъ судовъ, всего около 15--16, приблизившись къ берегу на разстояніе отъ 5 до 6 верстъ, внезапно открыла огонь по русскому поселку. Огонь былъ направленъ преимущественно на домъ начальника участка, въ которомъ помимо квартиры послѣдняго помѣщались полицейское управленіе и почтово-телеграфная контора. Огонь былъ довольно сильный. Начальникъ участка ротмистръ Ледвигъ, имѣя въ своемъ распоряженіи всего лишь нѣсколько человѣкъ стражниковъ, и начальникъ охотничьей команды 13-го полка, имѣвшій всего лишь 80 конныхъ охотниковъ, не могли держаться и рѣшили отойти. Въ это время съ постовъ и отъ охотниковъ стали поступать донесенія, что непріятель началъ высадку довольно широкимъ фронтомъ, прикрываясь артиллерійскимъ огнемъ какъ съ судовъ на рейдѣ, такъ и съ десантныхъ орудій, и что часть японцевъ высаживается на Пуландянской дорогѣ, которую и занимаютъ.
Не имѣя возможности держаться и рѣшивъ отступить, сдѣлали распоряженіе объ уничтоженіи телеграфа и выносѣ и спасеніи всѣхъ документовъ, что и было исполнено съ полнымъ хладнокровіемъ. Начальникъ почтово-телеграфной конторы лично уничтожилъ аппараты буквально среди лопавшихся и взрывавшихся снарядовъ. Одному изъ телеграфистовъ пришлось лѣзть на столбъ и отрывать провода, что онъ выполнилъ въ полномъ смыслѣ слова осыпаемый ружейными пулями.
Въ виду занятія Пуландянской дороги рѣшили отходить на Вафандянъ. Переходъ болѣе 35 верстъ по тяжелой, ужасной дорогѣ былъ сдѣланъ менѣе чѣмъ въ 12 часовъ, причемъ съ дороги пришлось посылать конныхъ охотниковъ съ записками о высадкѣ японцевъ на станцію Пуландянъ, дабы дать послѣдней возможность снять станцію до приближенія непріятеля.