1. Встреча у киоска.
Однажды у киоска с мороженым случайно встретились трое накситраллей: Моховая Борода, Полботинка и Муфта. Все они были такого маленького роста, что мороженщица приняла их поначалу за гномов.
Были у каждого из них и другие занятные черточки. У Моховой Бороды -- борода из мягкого мха, в которой росли хоть и прошлогодние, но все равно прекрасные ягоды брусники. Полботинка был обут в ботинки с обрезанными носами: так удобнее шевелить пальцами. А Муфта вместо обычной одежды носил толстую муфту, из которой торчали только макушка и пятки.
Они ели мороженое и с большим любопытством разглядывали друг друга.
-- Извините, -- сказал наконец Муфта. -- Возможно, конечно, я и ошибаюсь, но, сдается мне, будто в нас есть что-то общее.
-- Вот и мне так показалось, -- кивнул Полботинка.
Моховая Борода отщипнул с бороды несколько ягод и протянул новым знакомым.
-- К мороженому кисленькое хорошо.
-- Боюсь показаться навязчивым, но славно было бы собраться еще как-нибудь, -- сказал Муфта. -- Сварили бы какао, побеседовали о том о сем.
-- Это было бы замечательно, -- обрадовался Полботинка. -- Я охотно пригласил бы вас к себе, но у меня нет дома. С самого детства я путешествовал по белу свету.
-- Ну совсем как я, -- сказал Моховая Борода.
-- Надо же, какое совпадение! -- воскликнул Муфта. -- Со мной точно такая же история. Стало быть, все мы -- путешественники.
Он бросил бумажку от мороженого в мусорный ящик и застегнул "молнию" на муфте. Было у его муфты такое свойство: застегиваться и расстегиваться с помощью "молнии". Тем временем и остальные доели мороженое.
-- Вам не кажется, что мы могли бы объединиться? -- сказал Полботинка. -- Вместе путешествовать гораздо веселей.
-- Ну конечно, -- с радостью согласился Моховая Борода.
-- Блестящая мысль, -- просиял Муфта. -- Просто великолепная!
-- Значит, решено, -- сказал Полботинка. -- А не съесть ли нам, прежде чем объединиться, еще по мороженому?
Все были согласны, и каждый купил еще по мороженому. Потом Муфта сказал:
-- Между прочим, у меня есть машина. Если вы ничего не имеете против, она станет, образно говоря, нашим домом на колесах.
-- О-о! -- протянул Моховая Борода. -- Кто же будет против?
-- Никто не будет против, -- подтвердил Полботинка. -- Ведь так приятно ездить на машине.
-- А мы поместимся втроем? -- спросил Моховая Борода.
-- Это фургон, -- ответил Муфта. -- Места всем хватит.
Полботинка весело присвистнул.
-- Порядок, -- сказал он.
-- Ну и славно, -- облегченно вздохнул Моховая Борода. -- В конце концов, как говорится, в тесноте, да не в обиде.
-- И где же стоит этот дом на колесах? -- спросил Полботинка.
-- Около почты, -- сказал Муфта. -- Я тут отправил десятка два писем.
-- Два десятка! -- поразился Моховая Борода. -- Вот это да! Ну и друзей у тебя!
-- Да нет, совсем наоборот, -- смущенно улыбнулся Муфта. -- Я пишу никаким не друзьям. Я сам себе пишу.
-- Сам себе посылаешь письма? -- удивился в свою очередь Полботинка.
-- Понимаете, мне страшно нравится получать письма, -- сказал Муфта. -- А друзей у меня нет, я бесконечно-бесконечно одинок. Вот и пишу все время сам себе. Вообще-то я пишу до востребования. Отправляю письма в одном городе, потом еду в другой и там их получаю.
-- Ничего не скажешь, это очень своеобразный способ вести переписку, -- заключил Моховая Борода.
-- Очень остроумно, -- подтвердил и Полботинка. -- Возьмем еще по мороженому?
-- Конечно, -- согласился Моховая Борода.
-- Я тоже не против, -- сказал Муфта. -- Я даже полагаю, что мы могли бы разочек попробовать шоколадного. Правда, оно чуточку дороже обыкновенного сливочного мороженого, но ради такой неожиданной и замечательной встречи стоит не пожалеть копейку.
Каждый купил по шоколадному мороженому, и они молча принялись лакомиться.
-- Сладко, -- сказал наконец Моховая Борода. -- Даже слаще, чем обыкновенное мороженое.
-- Угу, -- подтвердил Полботинка.
-- Очень-очень вкусно. Ну просто изумительный кисель, -- сказал Муфта.
-- Что? -- Моховая Борода удивленно взглянул на Муфту. -- О каком киселе ты говоришь? Мы ведь едим шоколадное мороженое, или я ошибаюсь?
-- Ох, извините, пожалуйста, -- смущенно сказал Муфта. -- Само собой разумеется, мы едим шоколадное мороженое, а никакой не кисель. Но стоит мне разволноваться, как я тут же начинаю путать названия сластей.
-- Почему же ты волнуешься, когда ешь шоколадное мороженое? -- удивился Моховая Борода. -- Чего тут волноваться?
-- Да я вовсе не из-за мороженого волнуюсь, -- объяснил Муфта. -- Меня взволновало знакомство с вами. Это приятное волнение, как говорится. Всю свою жизнь я провел в ужасном одиночестве. И вдруг нахожу таких замечательных спутников, как вы. От такого кто угодно разволнуется.
-- Может быть, -- сказал Полботинка. -- Меня, во всяком случае, шоколадное мороженое тоже волнует. Вы только посмотрите: я весь трясусь от волнения.
И в самом деле, он сильно дрожал, а лицо просто посинело.
-- Ты же простудился, -- сообразил Моховая Борода. -- Эх, не на пользу пошло тебе мороженое.
-- Вероятно, да, -- согласился Полботинка.
-- Не стоит больше есть мороженое, -- испугался Муфта. -- Разве что взять несколько стаканчиков про запас. У меня в фургоне есть холодильник.
-- Ну да! -- воскликнул Моховая Борода.
-- Вот здорово! -- обрадовался Полботинка. -- Мы возьмем с собой приличный запас недель на восемь.
-- Одно плохо, -- продолжал Муфта, -- холодильник работает, когда машина стоит. А на ходу электричество раскаляет холодильник до невозможности.
-- Мгм... -- хмыкнул Полботинка. -- Значит, мороженое мгновенно растает?
-- Конечно, -- сказал Муфта.
-- В таком случае разумнее отказаться от этой мысли, -- задумчиво произнес Моховая Борода.
-- И мне кажется, что это самое правильное, -- сказал Муфта. -- Но я не хочу навязывать вам свое мнение.
-- Мои ноги сейчас превратятся в ледышки, -- сказал Полботинка. -- Может быть, удастся отогреть их в холодильнике у Муфты?
-- Что ж, двинемся, -- сказал Моховая Борода. -- Честно говоря, я уже давно горю желанием посмотреть машину Муфты.
-- Спасибо, -- почему-то сказал Муфта.
И они зашагали.
2. Машина Муфты.
Небольшой красный фургон, как и говорил Муфта, действительно стоял у самой почты.
Вокруг него собралась толпа мальчишек, а также несколько взрослых. Они наперебой пытались отгадать марку машины; впрочем, это никому не удавалось.
Не обращая внимания на любопытных, Муфта подошел к машине и распахнул дверцу.
-- Будьте любезны, прошу вас, -- пригласил он своих спутников.
Те не заставили себя упрашивать, и все трое проворно влезли в машину.
-- О-о! -- воскликнул Моховая Борода, оглядываясь. -- Ух ты!
Других слов он не сумел найти. Полботинка восхищенно промолвил:
-- Здорово!
-- Будьте как дома, -- улыбнулся Муфта.
-- Дом, дом... -- с отсутствующим видом прошептал Полботинка. -- Это слово еще слаще, чем шоколадное мороженое. Наконец-то бесконечные странствия привели меня домой!
От каждой мелочи в машине Муфты веяло теплом. Словно это была не машина, а маленькая уютная комнатка.
Тщательно застеленная кровать была покрыта красивым пестрым одеялом. На столике у окна стояли фарфоровая ваза с прекрасными цветами и портрет самого Муфты в аккуратной рамке под стеклом.
-- Мое лучшее я, -- заметил Муфта.
Висели здесь и другие фотографии, в основном из жизни птиц и зверей. Моховая Борода с большим интересом принялся разглядывать эти картинки, а Полботинка решил, что и ему надо сфотографироваться .
Вдруг Муфта забеспокоился.
-- Если уж совсем честно, -- сказал он, -- то должен признаться: у меня, кроме моей кровати, есть только раскладушка. Кому-то из нас придется спать на полу. Предлагаю делать это по очереди.
Моховая Борода протестующе замахал рукой :
-- Я ни разу в жизни не ложился в постель. Всегда сплю на свежем воздухе, охотнее всего где-нибудь в лесу.
-- Неужели даже зимой? -- недоверчиво спросил Муфта.
-- И зимой тоже, -- сказал Моховая Борода. -- К тому времени как выпадает снег, я настолько обрастаю бородой, что холода бояться нечего.
-- Ну, тогда все в порядке, -- обрадовался Полботинка.
Но едва он это произнес, как зашелся в приступе кашля. Прошло много времени, прежде чем он смог проронить хоть слово.
-- Ты простыл, вот и раскашлялся, -- сказал Моховая Борода. -- Впредь тебе надо есть поменьше мороженого.
-- Совершенно верно, -- согласился Полботинка, все еще кашляя. -- Мороженое -- корень всех зол. Стоит мне попробовать этого проклятого мороженого, и начинается такая история.
-- Почему же ты не откажешься от мороженого, если оно так плохо действует на тебя? -- поинтересовался Муфта. -- Ведь существуют тысячи других лакомств.
-- Кисель, например, -- ядовито ухмыльнулся Полботинка. -- Не могу же я всю жизнь есть один кисель! Да и мороженое было очень вкусное.
-- Хватит болтать, -- решительно произнес Моховая Борода. -- Надо что-то предпринять. Здесь можно вскипятить воду?
Муфта утвердительно кивнул:
-- Кипятильник у нас есть. Кухня за занавеской.
Он отдернул занавеску, и все увидели висящий на крюке мощный кипятильник с длинным проводом. Тут же была полка с посудой, кастрюлями, сковородками и прочей кухонной утварью. Стоял здесь и холодильник, о котором говорил Муфта.
-- Этот кипятильник -- гордость нашего хозяйства, -- продолжал Муфта. -- Он может вскипятить целое озеро. К сожалению, он работает, только когда машина едет. Честно говоря, это довольно хлопотно. Не очень-то удобно, понимаете ли, управляться одновременно и с баранкой, и с кипятильником.
Но Моховая Борода сказал:
-- Теперь нас трое. Ты можешь спокойно крутить свою баранку, а уж мы с Полботинком приглядим за кипятильником.
-- Неужто и впрямь будем варить кисель? -- оживился Полботинка. -- Как это прекрасно!
Моховая Борода усмехнулся:
-- Не можешь же ты всю жизнь есть один кисель! -- сказал он. -- Сегодня мы сварим кое-что горьковатое. Совсем горькое.
-- Но послушай... -- начал Полботинка, однако его возражения потонули в новом приступе кашля.
На сей раз он закашлялся так сильно, что из-за пазухи у него что-то выпало и покатилось по полу. Это была маленькая деревянная мышка на четырех колесиках.
-- Какая прелестная игрушка! -- воскликнул Муфта.
-- До сих пор она была моим единственным спутником, -- улыбнулся Полботинка, когда кашель отпустил его. -- Иногда я вел ее за собой на веревочке, чтобы веселей было путешествовать, вдвоем лучше.
-- Как я тебя понимаю! -- сказал Муфта. -- Да и кто лучше меня может тебя понять. Ведь и я вынужден был влачить тяжкий груз одиночества. Как я тебя понимаю! Простая маленькая игрушка была тебе другом в бесконечных скитаниях, и, когда вокруг бушевали суровые северные ветры, такая маленькая, она согревала твое одинокое сердце.
Моховая Борода мало-помалу начал проявлять нетерпение.
-- Ну, а теперь за дело, -- заторопил он. -- Не то Полботинка еще захлебнется от кашля.
Полботинка сунул мышку обратно за пазуху и хмуро глянул на Моховую Бороду.
-- Что за горькую гадость ты собираешься варить?
-- Естественно, отвар из оленьего мха, ягеля, -- решительно ответил Моховая Борода. -- Во всем мире нет лучшего лекарства от кашля, чем такой отвар.
-- Ни капельки не сомневаюсь, -- вновь вмешался Муфта. -- Но где ты собираешься раздобыть этот мох? Насколько я знаю, он растет далеко не везде.
Моховая Борода лукаво подмигнул:
-- Посмотри-ка внимательно на мою бороду. Нет ли там как раз того, что нам нужно?
-- А ведь точно есть! -- воскликнул Муфта.
И у Полботинка сразу прекратился очередной приступ кашля -- словно лишь один вид оленьего мха оказал такое замечательное действие. Но несмотря на это, казалось, что Полботинка не очень-то верит в целебные свойства отвара. Он исподлобья взглянул на Моховую Бороду и спросил:
-- Разве тебе не жалко расставаться с клочком бороды? Дыра не украсит твою бороду.
-- Вовсе и не нужно выдирать этот мох из бороды, -- разъяснил Моховая Борода. -- Вскипятим воду, а затем я засуну конец бороды прямо в кипяток. Так все, что нужно против кашля, потихоньку и выварится.
-- Ах вот как, -- вздохнул Полботинка.
Моховая Борода взял с полки большую кастрюлю и налил в нее воду. Потом сунул туда кипятильник. А Муфта уселся за руль.
-- Итак, в путь, -- произнес он торжественно и дал газ.
3. Затор.
Машина Муфты бесцельно колесила по городским улицам. Главное было сейчас -- приготовить целебный отвар.
-- Перво-наперво, нам надо избавиться от Полботинкова кашля, -- сказал Моховая Борода. -- Это главное. Потом будет время подумать, куда ехать дальше.
Он крепко держал кипятильник и нервно болтал им в кастрюльке. Рядышком сидел Полботинка и озабоченно наблюдал за действиями Моховой Бороды.
-- Надо бы остановиться у какой-нибудь аптеки, -- предложил сидевший за рулем Муфта. -- Ведь в аптеках продаются разные таблетки и капли от кашля.
Но Моховая Борода тут же отверг это предложение.
-- Лучше всего от кашля помогает именно отвар из оленьего мха, -- сказал он убежденно. -- Нет смысла связываться с какими-то искусственными таблетками и каплями. Для чего же в таком случае обширная кладовая природы? Для чего существуют лекарственные травы? Оттого и идут многие беды, что люди отворачиваются от природы и слишком часто прибегают к разным таблеткам и прочим подобным вещам. В конце концов, и сами мы -- частица природы. Если уж на то пошло, так и кашель -- явление природы. И этот природный кашель надо лечить отваром из природного мха.
Закончив свою речь, Моховая Борода заглянул в кастрюлю и заметил, что над водой уже поднимается пар.
-- Скоро можно будет окунать бороду, -- удовлетворенно сказал он Полботинку. -- Сейчас ты избавишься от своего ужасного кашля.
-- А он очень горький, этот отвар? -- тихо спросил Полботинка.
-- Страшно горький, -- кивнул Моховая Борода, глядя в кастрюлю. -- Ого-го, какая будет горечь! Я и не знаю другого лекарства, в котором было бы столько полезной горечи, сколько в нашем отваре.
-- Кажется, кашель прошел, -- сказал Полботинка, но тут же закашлялся, да еще сильнее, чем раньше.
-- Не беда, не беда. Сейчас мы тебе поможем, -- улыбнулся Моховая Борода, не отрывая глаз от кастрюли. -- Вот уже и пузырьки появились. Это и впрямь прекрасный кипятильник.
Но вдруг заскрипели тормоза, и машина остановилась.
-- Что случилось? -- с беспокойством спросил Моховая Борода.
-- Затор, -- ответил Муфта.
Полботинка высунулся в окно:
-- И довольно-таки солидная пробка, между прочим. -- Он обрадованно хихикнул: -- В жизни не видел такого замечательного затора.
-- Надо же, как раз когда появились пузырьки! -- расстроился Моховая Борода. -- Если мы долго простоим, вода остынет и все придется начинать сначала.
-- Ничего не поделаешь, -- сказал Муфта. -- Проезда нет.
-- Может, кашель у меня сам пройдет? -- предположил Полботинка. -- Не стоит обо мне так беспокоиться.
Моховая Борода пропустил замечание Полботинка мимо ушей.
-- Попробуй как-нибудь в объезд! -- крикнул он Муфте. -- Подумай же, наконец, о Полботинке!
-- Я всем сердцем сочувствую Полботинку и с болью думаю о его несчастной судьбе, -- сказал Муфта. -- Шутка ли... скитаться одному-одинешеньку по белу свету, делить грусть с маленькой игрушечной мышкой...
-- Я говорю о кашле Полботинка, -- строго заметил Моховая Борода.
-- Ну и кашель, конечно, -- кивнул Муфта. -- Сперва одиночество, а потом кашель. Но несмотря на это, в объезд проехать нет никакой возможности, машина нигде не пройдет.
-- Так поворачивай назад, -- не мог успокоиться Моховая Борода.
Муфта глянул в зеркальце:
-- И сзади дорога забита, посмотри сам.
Моховая Борода вздохнул, отошел от кастрюли и залез на сиденье рядом с Муфтой. Теперь и он наконец увидел эту необычную уличную пробку.
Насколько хватало глаз, улица была плотно забита машинами. Машина за машиной. Машина рядом с машиной. Машина, сцепившись с машиной. И все молочные цистерны да рыбные фургоны. Молоковоз за молоковозом. Рыбовоз рядом с рыбовозом. Молоковоз зацепился за рыбовоз. Молоковоз и рыбовоз, рыбовоз и молоковоз. Молоко и рыба, молоко и рыба, рыба и молоко... Машины впереди и машины сзади. Полнейший затор.
-- Что значит этот тарарам? -- в недоумении воскликнул Полботинка.
Муфта пожал плечами.
-- А вода все стынет, -- сказал Моховая Борода.
Друзьям оставалось только ждать. Они терпеливо прождали без малого час. Вода действительно остыла, в остальном же перемен не наблюдалось. Пробка оставалась по-прежнему плотной, и машины за все это время продвинулись метра на два, не больше.
-- Надо бы разведать, в чем дело, -- решил наконец Муфта. -- Для такой большой пробки обязательно должна быть причина.
-- Вся причина в уходе от природы, -- сказал Моховая Борода. -- Люди отворачиваются от природы. Им уже лень ходить пешком, и они делают столько машин, что скоро эти машины просто не уместятся на улицах.
-- Ты и сам неплохо устроился, -- засмеялся Полботинка.
-- А что здесь смешного? -- вспыхнул Моховая Борода. -- Не забывай, я сижу здесь, между прочим, и для того, чтобы приготовить тебе отвар от кашля. Смеяться тут нечего. Вот попробуешь отвара -- тогда и смейся.
-- Я прошу вас не волноваться, -- примирительно сказал Муфта. -- Волнение никогда до добра не доводит. Вот я, например, когда волнуюсь, начинаю путать самые разные вещи. Давайте-ка лучше вылезем из машины и попробуем разузнать, что произошло.
Полботинка и Моховая Борода не возражали, и все трое вышли из машины. В двух шагах, возле фонарного столба, со скучающим видом курили два шофера.
-- Привет, ребята! -- по-свойски обратился к ним Муфта, будто те были его старые друзья. -- Что, тоже сели?
-- Ясное дело, -- ответил один из шоферов.
На блестящем козырьке его фуражки серебрились рыбные чешуйки, было ясно -- это шофер рыбовоза.
Второй шофер, от которого пахло молоком, как от грудного младенца, добавил:
-- Дело обычное.
-- Ах, обычное, -- вступил в разговор Полботинка. -- Значит, такое случается здесь часто?
-- Ясное дело, -- сказал шофер рыбовоза.
Человек, пахнущий молоком, в котором нетрудно было узнать шофера молоковоза, растолковал:
-- Во всем виновата одна чудачка-старушка. Ей, видите ли, нравится кормить кошек. Все городские кошки ходят к ней завтракать, и она заказывает для этих кошек машины с молоком и рыбой. Дело обычное, как я уже сказал.
-- Ясное дело, -- подтвердил шофер рыбовоза.
-- Первый раз слышу о такой любви к животным, -- удивленно покачал головой Полботинка.
-- Я тоже люблю животных, -- добавил Моховая Борода. -- И даже очень. Но по-моему, даже самая горячая любовь должна иметь предел.
-- Можно любить одну кошку, двух, ну, в крайнем случае, трех, -- сказал Муфта. -- Но если их больше, то какая же это любовь?
-- Ясное дело, -- согласился шофер рыбовоза. -- Подумать только, сколько мне пришлось привезти для них свежей рыбы.
-- А чего ради эта старушка кормит целую стаю кошек? -- спросил Полботинка.
Шофер рыбовоза пожал плечами.
-- Может, по привычке? -- предположил шофер молоковоза. -- Да поди знай, что старому человеку в голову взбредет. Всяк по-своему счастье ищет.
-- На такое счастье я хотел бы посмотреть своими глазами, -- сказал Моховая Борода. -- Давайте сходим. Все равно никакого отвара мы сейчас приготовить не можем.
Муфте и Полботинку тоже было интересно поглядеть на старушку и ее кошек. Они простились с шоферами, Муфта поставил машину к тротуару, и все вместе отправились смотреть, как кормят кошек.
4. Кошки.
Накситралли пробирались вдоль бесконечной вереницы молочных цистерн и рыбных фургонов. Не прошло и получаса, как до слуха их стали доноситься странные голоса. Голоса звучали неестественно и противно. Ощущение было не из приятных. А лица встречных казались какими-то подавленными.
-- Над городом словно нависла зловещая тень, -- вздохнув, сказал Моховая Борода.
Муфта участливо взглянул на молодую женщину, стоявшую у дверей магазина. Одной рукой она покачивала пустой молочный бидончик, другой вытирала слезы.
-- Извините, пожалуйста, -- вежливо обратился к ней Муфта. -- У вас что-то случилось?
-- В магазинах больше нет молока, -- всхлипывая, ответила женщина. -- Мой малыш с утра плачет от голода, а молока взять негде.
-- Но ведь улица, образно говоря, полна молока! -- Моховая Борода указал на молочные цистерны.
-- Конечно, -- всхлипнула женщина. -- Но все это пойдет кошкам. Все окрестное молоко на несколько недель вперед закуплено для кошек, так же как и рыба.
-- Неслыханная несправедливость, -- пробормотал Муфта.
-- Может, малышу годится отвар из оленьего мха? -- подошел поближе Полботинка. -- У нас есть полкастрюли. Правда, он предназначен мне, но, конечно же, я могу от него и отказаться ради вашего бедного малыша.
-- Спасибо, -- сквозь слезы улыбнулась молодая женщина и покачала головой. -- К сожалению, ничто на свете не заменит грудному ребенку молоко.
Друзья утешили молодую женщину и пошли дальше.
-- Странный город, -- сказал Моховая Борода. -- Где это слыхано, чтобы кошки трескали молоко вместо человеческих детей?
-- Странный город и странные люди, -- кивнул Полботинка. -- Кто бы мог подумать, что мать может отказаться от полезнейшего напитка, предложенного от чистого сердца ее малышу.
По мере того как друзья продвигались вперед, крик становился все громче и страшнее. И вдруг Моховая Борода воскликнул:
-- Кошки! Это же кошки кричат!
Муфта и Полботинка прислушались. Теперь и они различали во всеобщем гомоне мяуканье и мурлыканье, звуки, которые на всем белом свете способны производить только кошки.
Накситральчики ускорили шаг. Еще немного -- и они очутились перед домом, к которому бесконечным потоком стекались все эти рыбовозы и молоковозы. Над двором стоял нестерпимый кошачий визг.
-- Смотрите! -- прошептал Моховая Борода, заглянув в щель забора. -- Нет, вы только посмотрите!
И его борода затряслась от возмущения.
Перед накситраллями открылась и в самом деле поразительная картина. Кошки, кошки, кошки. Черные, серые, полосатые, рыжие. Кошки и кошки. Все кошки и кошки. Молоко из цистерн по шлангам текло прямо в тысячи блюдец, а рыбу просто сваливали. Старушка, хлопотавшая среди этого тарарама, только успевала указывать грузчикам места.
-- Пожалуй, это самый дикий кошачий пир, когда-либо виденный, -- сказал Муфта.
-- Да-да, -- согласился Полботинка. -- А шуму-то, а визгу!
И под этот шум и визг блюдца опустошались с невероятной быстротой, а горы рыбы исчезали будто по мановению волшебной палочки. Подъезжали все новые и новые машины, и все новые и новые кошки набрасывались на еду.
Наконец друзья решились войти во двор и, осторожно лавируя между кошками, подошли к старушке.
-- Извините. Позвольте отвлечь вас на секунду, -- поклонился Муфта. -- Можно вас на два слова?
При этом он протянул старушке более или менее прямоугольную визитную карточку, на которой зелеными чернилами было написано:
МУФТА
АДРЕС ДО ВОСТРЕБОВАНИЯ
Старушка с интересом взглянула на карточку и сунула ее в карман передника.
-- Присаживайтесь, -- сказала она любезно. -- Отдохните.
Тут же стояло несколько плетеных стульев и небольшой столик. Правда, вся мебель была облеплена рыбьей чешуей и залита молоком, но друзей это не обеспокоило.
-- Я охотно сварила бы для вас какао и испекла пирожки с рыбой, -- сказала старушка. -- Я страшно люблю рыбные пирожки, особенно с какао. Но ведь для этого нужны и молоко и рыба, а эти продукты -- дефицит.
-- Знаем, -- сурово заметил Полботинка. -- Молока теперь не хватает даже грудным детям.
-- А разве кошкам хватает? -- воскликнула старушка. -- Ничего подобного! Кошек у меня с каждым днем прибавляется десятками, и если дело пойдет так дальше, скоро они не смогут насытиться.
-- Положение, конечно, трудное. -- Муфта попытался сказать это как можно мягче. -- Но позвольте спросить, зачем вы вообще кормите эту гигантскую банду?
-- Они хотят есть, -- вздохнула старушка. -- Что ж поделаешь!
-- Неужели вы в самом деле испытываете ко всем кошкам такую огромную и бескорыстную любовь? -- спросил Моховая Борода. -- Ко всем вопящим здесь кошкам?
Старушка махнула рукой и горько усмехнулась.
-- Ох, молодой человек! -- сказала она. -- Да как я могу их всех любить? Одно только мытье блюдечек отнимает у меня столько времени! Я люблю только одного кота, своего Альберта.
-- Совершенно с вами согласен, -- кивнул Муфта. -- Я, правда, не особенно большой специалист по мытью блюдечек, но, несмотря на это, считаю, что можно любить одну, две, в крайнем случае, три кошки разом.
-- Значит, за исключением Альберта, все эти кошки чужие? -- удивился Полботинка.
-- Что поделаешь, если они собираются здесь, -- вздохнула старушка. -- Хочешь не хочешь, я вынуждена их кормить -- иначе они съедят порцию Альберта. И некому избавить меня от этого проклятия. Если бы кто-нибудь увел этих кошек, я была бы самой счастливой на свете.
-- Ах вот в чем дело! -- пробормотал Моховая Борода.
И тут решительно выступил Полботинка:
-- Думаю, мы сможем вам помочь.
-- Благослови вас небо! -- воскликнула старушка. -- Я просто не знаю, как вас благодарить!
Муфта и Моховая Борода в замешательстве уставились на Полботинка. Что он задумал? Что за идея пришла ему в голову? Неужели он и впрямь надеется справиться с этой оравой кошек? Но не успел Полботинка начать излагать свой план, как его снова одолел приступ кашля.
-- Вы мои спасители, -- растроганно проговорила старушка. -- Наконец-то я смогу пожить спокойно!
Однако кашель Полботинка никак не хотел прекращаться, и старушка так и не узнала, каким образом ее собираются освободить от кошек. Друзья распрощались со старушкой, и, лишь когда они подошли к машине, кашель Полботинка стих. Тогда он изложил свой план.
-- У меня есть мышь, -- сказал он. -- Мы веревочкой привяжем ее к машине, и, если Муфта поедет достаточно быстро, ни одна кошка не отличит мою мышку от настоящей.
-- Ага, -- сообразил Моховая Борода. -- Ты думаешь, что кошки погонятся за мышью?
-- Обязательно. -- Полботинка был убежден в успехе своего плана. -- Ведь в этом городе столько кошек, что настоящие мыши давным-давно дали тягу, и моя мышка будет для кошек в диковинку.
-- Во всяком случае, надо попробовать, -- коротко сказал Муфта.
Наконец молоковозы и рыбовозы разгрузились. Путь был открыт. Полботинка вытащил из-за пазухи свою игрушечную мышку на колесиках, ласково погладил ее и прошептал:
-- Ну, мышка, будь умницей!
Потом он привязал ее к машине. На этом приготовления закончились.
Можно было трогаться.
5. Кошки-мышки.
Муфта завел мотор. Машина плавно поехала по улице.
-- Только бы моя мышка не оплошала, -- не мог успокоиться Полботинка. -- Ведь она не привыкла к такой гонке.
Муфта, пригнувшись к рулю, сосредоточенно смотрел на дорогу. Не отрывал глаз от окна и Моховая Борода. Улица. Поворот направо. Другая улица.
-- Надеюсь, все будет хорошо, -- сказал Моховая Борода.
-- Нет, это я надеюсь, -- обиделся Полботинка. -- В конце концов, это моя мышка едет за машиной!
Поворот налево. Третья улица. И вот он, дом старушки. Решающий момент наступил.
Кошачий концерт как будто стих.
Может быть, его заглушал шум мотора, а может, кошки уже накричались на своем пиру и теперь вели себя приличнее.
-- Десять, девять, восемь, семь... -- как перед стартом ракеты, отсчитывал Полботинка, каждый раз загибая палец на ноге. -- Шесть, пять, четыре, три...
И вдруг Моховая Борода выкрикнул:
-- Вот они!
И в самом деле, кошки заметили игрушечную мышь. Словно вихрь, пронеслись они над забором и через мгновение заполнили всю улицу. Тут же раздался оглушительный кошачий визг.
-- Они самые, -- прошептал Полботинка. -- Явились.
В бешеном охотничьем азарте кошки, не разбирая дороги, рванулись за машиной.
-- Кажется, удалось, -- улыбнулся Муфта.
Полботинка встревожился:
-- Газу давай, газу! -- крикнул он Муфте. -- Ни в коем случае не убавляй скорость, не то песенка моей мышки спета!
Муфта увеличил скорость, но разъяренная кошачья стая не отставала. И тут показался светофор.
-- Нам нельзя останавливаться, -- бледнея, проговорил Полботинка. -- Если мы застрянем перед этим дурацким светофором -- все кончено. Слышишь, Муфта?
Муфта не отвечал. Ему было не до Полботинковых разговоров. Губы у него были сжаты, глаза прищурены, на лбу -- озабоченная складка.
-- У меня нервы на пределе, -- продолжал ныть Полботинка. -- Они вот-вот лопнут, как говорится. И я нисколько не удивлюсь, если они и в самом деле лопнут.
-- А мои нервы скоро лопнут от твоего нытья, -- прошипел Моховая Борода.
Тем временем вода закипела. Он сунул бороду в кастрюлю, свысока глянул на Полботинка и добавил:
-- Лопнут нервы или нет, но от кашля мы тебя вылечим.
Машина приближалась к перекрестку.
-- Останавливаться нельзя! -- Полботинка чуть не плакал. -- Они же ее живьем слопают!
Зажегся красный свет. Но Муфта строго произнес:
-- Не скрою, что сейчас я испытываю волнение, и в подобных случаях, как я уже говорил, довольно легко путаю разные вещи, но никогда еще не путал красный свет с зеленым.
И он затормозил. Машина остановилась перед самым светофором, да так резко, что Полботинка стукнулся лбом о ветровое окно и тут же раскашлялся.
-- Полегче! -- крикнул из кухни Моховая Борода. -- Вода прольется.
-- Извини, пожалуйста, -- сказал Муфта. -- Я затормозил так резко, потому что видел в этом единственную возможность спасти мышь.
-- Спасти! -- возмутился Полботинка. -- И это ты называешь спасти! Кошки вот-вот будут здесь, и, если ты сию секунду не поедешь дальше, они безжалостно разорвут мою мышку!
Однако Муфта, сохраняя, по крайней мере, внешнее спокойствие, сказал:
-- Машина остановилась очень резко, не так ли? А мышь покатилась дальше: ведь у нее нет тормозов. Какой же вывод? Только один: твоя дорогая мышь спряталась под нашей машиной.
Едва Муфта успел закончить свое объяснение, как подоспела кошачья банда. И Полботинка с облегчением убедился: расчет Муфты себя оправдал. Раздалось жуткое мяуканье. Потеряв мышь из виду, кошки настолько разозлились, что некоторые даже сцепились между собой. Как и предвидел Муфта, ни одна кошка не заметила игрушечную мышь.
-- Образно говоря, наша машина подобна сейчас крохотному суденышку среди бушующего и ревущего кошачьего моря, -- заметил Моховая Борода и на всякий случай проверил, плотно ли заперты двери.
Тут загорелся зеленый свет, и машина вновь рванулась вперед. Только теперь кошки сообразили, как провел их Муфта. С яростными воплями они устремились в погоню.
-- Вот это да! -- воскликнул Полботинка. -- Это лучший из фокусов, проделанных с моей мышью!
-- К сожалению, повторить этот фокус нам не удастся, -- сказал Муфта. -- В следующий раз кошки будут умнее.
Теперь они ехали боковыми улицами, где светофоров не было. Кошки преследовали машину неутомимо и упорно: проделка Муфты еще больше разожгла их. Крики становились все громче. Люди в страхе укрывались в домах, и даже собаки, бродившие по улицам, трусливо поджимали хвосты и спешили убраться с дороги.
Наконец машина благополучно выбралась за город.
-- Теперь я и впрямь верю, что моя мышка спасена, -- сказал Полботинка и признательно похлопал Муфту по плечу. -- Ведь по шоссе ты сможешь мчаться как ветер, и скоро кошки совсем отстанут.
Муфта усмехнулся.
-- Не забывай о нашей цели, -- сказал он. -- Кошек нужно увести подальше от города, а поэтому мышке все время придется быть у них на виду.
-- Ну да, -- вздохнул Полботинка. -- Правильно. Я совсем забыл, чего ради мы вообще затеяли эти кошки-мышки.
Первый километровый столб. Второй. Третий... Девятый... Семнадцатый. Муфта держал такую скорость, чтобы мышь непрерывно маячила перед глазами кошек. Двадцать пятый километр... Тридцать четвертый... Тридцать восьмой.
Кошки начали понемногу отставать.
-- Ну и достаточно, -- сказал Муфта. Он увеличил скорость, и машина, мощно урча, рванулась вперед. Вскоре кошачья стая скрылась из виду.
-- Мы им показали! -- развеселился Полботинка.
Между тем наступил вечер. Муфта свернул на узенький проселок и остановился на тихой лесной полянке, будто специально созданной для отдыха. Нервное напряжение спало, и друзья ощутили глубокий покой, царивший вокруг.
-- Низкий поклон тебе, природа! -- солидно произнес Моховая Борода. -- Наконец-то я снова с тобой!
Первым из машины выскочил Полботинка. Он отвязал свою мышку, стер с нее пыль и торжественно произнес:
-- Знаете ли вы, что такое счастье? Счастье -- это когда твоя игрушечная мышка по-прежнему цела и невредима, разве что колесики чуточку стерлись!
6. Вечер в лесу.
Друзья осмотрели поляну. Солнце уже опустилось за кроны деревьев, но птицы еще пели, радуясь ясному летнему небу и воздуху, напоенному ароматом цветов. Здорово было здесь!
-- У нас сегодня знаменательный день, -- задумчиво сказал Муфта. -- Впервые в жизни мы оказались вместе.
-- Верно, -- оживился Полботинка. -- Надо это как-то отметить.
-- Конечно, -- сказал Моховая Борода. -- Но ты, Полботинка, отметишь этот день прежде всего тем, что выпьешь отвар из оленьего мха, который я приготовил для тебя с такой заботой и любовью.
-- Неужели весь? -- несчастным голосом спросил Полботинка.
-- Весь, -- ответил Моховая Борода. -- До последней капли.
Он принес из машины кастрюлю и решительно протянул ее Полботинку.
-- Это несправедливо, -- продолжал сопротивляться Полботинка. -- В городе дети сидят без молока, а старый бродяга вроде меня будет в это время пить драгоценный отвар как воду. Совесть не позволяет мне допустить такое. По-моему, это страшно несправедливо по отношению к малышам.
-- Не крути, -- сказал Моховая Борода. -- Во-первых, у тебя кашель, а во-вторых, этот отвар очень горький, ни один нормальный ребенок его и в рот не возьмет.
Полботинка с отвращением посмотрел на кастрюлю.