Тому, кто пишет воспоминания, следует из всего вспоминаемого отобрать самое ценное и важное, отбросить второстепенное, как бы навязчиво ни просилось оно на бумагу, как бы ни волновало тебя. Надо опасаться подходить к крупным событиям с мелким масштабом, приподымаясь на цыпочки, глядеть через плетень и воображать, что видишь целый мир. Следует опасаться и того, чтобы в центре излагаемых событий не выставить себя: смотрите, дескать, какой я молодец, каких геройских дел натворил! Онуфриев этим грешен насквозь: я, я, я... Я не хочу этим сказать, что "стыдно", "нехорошо" говорить о своих поступках. Но в этом деликатном вопросе очень много значит, как сказать.

Тов. Онуфриев описывает день за днем события около Екатеринбурга, происходившие в 1918 году: как создавались отряды, как формировались бригады, полки, дивизии, как бились они с чехами, офицерскими батальонами, восставшим кулачеством и т. д.,-- словом, как проходили дни гражданской войны в определенное время, в определенном месте. И во всех тех пунктах, где он молчит о себе, чувствуется знание событий, документальная их выверка, овладение цифровым и фактическим материалом -- словом, рассказывает дельно и дело. А как только заведет повесть о своих "превосходных" планах (один свой план так-таки и рекомендует "превосходным", стр. 81), как только начнет восхищаться своим руководством атакой (стр. 37) или рассказывать, как "...вышел на линию огня в красной ситцевой рубахе, в широких плисовых шароварах, больших сапогах, с большой палкой в руках..." -- то читателя терзает обида, что не только не сумел человек дельно сказать о серьезных делах, а, что называется, "весь коленкор испортил". Это -- первый недостаток.

Второй недостаток -- неравномерное распределение своего внимания между отдельными эпизодами. Принято думать, что наиболее крупным и важным эпизодам следует отдавать предпочтение перед эпизодами менее важными и крупными и что о первых всегда следует сказать больше, а о вторых меньше. А т. Онуфриев на протяжении длинного ряда страниц описывает свой единоличный легендарный поход по тылу белых,-- поход, исполненный разных трюков (впрочем, вполне вероятных, имевших неоднократно место за время гражданской войны), а пермским боям, ходу их, развитию и анализу уделяет непростительно мало внимания. Повествует он нам о своей находчивости, самообладании, смелости и искренне полагает, что рассказывает самое важное. Так увлекаться нельзя. Всему должна быть мера. Даже "воспоминания" не дают права мимоходом пробегать большие события: над ними можно было больше подумать, проверить и т. д. и т. д., тем более что данная книжка обнаруживает и некоторую работу над "воспоминаниями", освежение их цифрами, фактами...

Не все плохо в книжке. Самая группировка фактов верна и очень полезна в виду того, что до т. Онуфриева никто еще не приводил ее по тому времени и месту так детально. Со стороны литературной и даже грамматической произведение не из сильных: сам автор пишет слабовато, а редактировалась книжка преступно небрежно. Встречаются такие милые обороты: "...село представляло из себя как бы крепость, окруженную, с одной стороны, глубоким валом" (м. б., глубоким рвом?). Или еще пример: "Отряды... делали всевозможные каверзы, причиняя им большой вред" (то есть каверзам?). Одним словом, небрежно. Про опечатки не остается и говорить: ими книжка испещрена не меньше, чем фамилией автора.

[1923]

ПРИМЕЧАНИЯ

И. А. Онуфриев. "Мои воспоминания из гражданской войны на Урале".-- Рецензия. Написана в 1923 г. Автором не датирована. Опубликована в журнале "Пролетарская революция", 1923, No 11, под псевдонимом "Игорь Кречетов".

И. А. Онуфриев -- участник гражданской войны на Урале, командир 3-го Екатеринбургского полка Красной Армии.

Печатается по тексту журнала "Пролетарская революция".