3. Р. *

I

Русалка -- зеленые косы,

Не бойся испуганных глаз,

На сером оглохшем утесе

Продли нецелованный час.

Я понял,-- мне сердце пророчит,

Что сгинут за сказками сны,

Пройдут синеглазые Ночи,

Уснут златокудрые Дни.

И снова уйдешь ты далече,

В лазурное море уйдешь,

И память о северной встрече

По белой волне расплеснешь.

Одежды из солнечной пряжи

Истлеют на крыльях зари,

И солнце лица не покажет

За горбом щербатой горы.

II

Косматым лесным чудотворцем

С печальной луной в бороде

Пойду я и звездные кольца

Рассыплю по черной воде.

Из сердца свирель золотую

Я выкую в синей тоске

И песнь про тебя забытую

Сплету на холодном песке.

И буду пред небом и морем

Сосновые руки вздымать,

Маяком зажгу мое горе

И бурями-песнями звать.

Замутится небо играя,

И песню повторит вода,

Но ветер шепнет умирая:

Она не придет никогда.

III

Она далеко,-- не услышит,

Услышит,-- забудет скорей;

Ей сказками на сердце дышит

Разбойник с кудрявых полей.

Он чешет ей влажные косы --

И в море стихает гроза,

И негой из синего плеса,

Как солнце, заискрят глаза.

Лицо ее тихо и ясно,

Что друг ее, ласковей струй,

И песней о вечере красном

Сжигает в губах поцелуй.

Ей снится в заоблачном дыме

Поля и расцвеченный круг,

И рыбы смыкают над ними

Серебряный, песенный круг.

IV

И снова горящие звуки

Я брошу на бездны морей.

И в камень от боли и муки

Моя превратится свирель.

Луна упадет, разобьется.

Смешаются дни и года,

И тихо на море качнется

Туманом седым борода.

Под небо мой радужный пояс

Взовьется с полярных снегов,

И снова, от холода кроясь,

Я лягу у диких холмов.

Шумя протечет по порогам,

Последним потоком слеза,

Корнями врастут мои ноги,

Покроются мхами глаза.

Не вспенится звездное эхо

Над мертвою зыбью пустынь,

И вечно без песен и смеха

Я буду один и один.

1917
* Стихотворение посвящено Зинаиде Райх (1894-- 1939).