По Корее, Маньчжурии и Ляодунскому полуострову*

Вокруг света*

Корейские сказки, записанные осенью 1898 года*

Дневниковые записи «По Корее, Маньчжурии и Ляодунскому полуострову», так же как и очерки «Вокруг света», написаны Гариным во время кругосветного путешествия, совершенного им в 1898 году; тогда же записаны им и «Корейские сказки». Желая отдохнуть после окончания строительства железной дороги в Поволжье, писатель решает предпринять путешествие и намечает маршрут: Сибирь, Дальний Восток, через Тихий океан в Америку и через Европу обратно в Петербург. Перед отъездом им было получено предложение принять участие в работах возглавлявшейся А. И. Звегинцевым крупной исследовательской экспедиции, отправлявшейся в Северную Корею и Маньчжурию. Это предложение, хотя несколько и нарушало планы Гарина, было принято им весьма охотно, поскольку представлялась возможность посетить один из интереснейших районов зарубежного Дальнего Востока.

И действительно, поездка по Северной Корее и Маньчжурии явилась для Гарина самой увлекательной частью его путешествия вокруг света. Отчасти это объясняется тем, что Гарин был одним из первых европейских путешественников, побывавших в стране, которая вследствие изоляционистской политики корейского правительства долгое время была недоступной для иностранцев. Достаточно сказать, что систематическое изучение Северной Кореи было начато русскими исследователями лишь в 1890-х годах, а экспедиция, возглавлявшаяся А. И. Звегинцевым, была наиболее крупной и по составу участников и по объему намечавшихся исследований.

Относящиеся к этой части путешествия записи Гарина отличаются и наибольшей полнотой, и большей систематичностью, и, наконец, наибольшей содержательностью и колоритностью.

Очерки Гарина написаны в распространенной в литературе о путешествиях форме дневниковых записей. Однако среди множества книг этого типа они выделяются присущей их автору исключительной остротой восприятия описываемого материала и яркостью социально-политических, бытовых и ландшафтных зарисовок, наконец живостью и эмоциональностью языка.

Эти качества тем более удивительны, если учесть совершенно необычные условия творческой работы Гарина. Он писал «наскоро», в железнодорожном вагоне, в каюте парохода, где-нибудь на ночлеге в корейской или китайской фанзе, примостившись к краешку походного ящика, или просто в поле, в мороз, под дождем. Не имея времени обработать записи, он передавал рукопись в редакцию и уже принимался за другие неотложные дела. С другой стороны, эта «телеграфная» быстрота его работы придала изложению исключительную динамичность.

Для автора очерков характерно стремление делать выводы на основе своих собственных впечатлений, стремление отрешиться от ходячих в то время представлений, в частности, от глубоко ложного представления о «дикости», интеллектуальной и моральной неполноценности корейского народа.

Корею Гарин посетил в период, когда она находилась в состоянии глубокого кризиса. Феодальная эксплуатация и царивший чиновничий произвол довели страну до крайних пределов разорения. Длительное время совершенно не развивалось сельское хозяйство, служившее основой корейской экономики, пали некогда процветавшие в Корее ремесла и искусство. Огромных размеров достигла экспроприация земель, в результате которой основная масса крестьян была обращена в безземельных арендаторов.

Политическая жизнь страны характеризовалась постоянной борьбой между феодальными группировками за влияние и власть. Экономическую слабость Кореи и ее неустойчивое политическое положение использовали в экспансионистских целях империалистические державы, особенно Япония, которая, стремясь захватить Корею, применяла все средства как экономического и политического давления, так и прямого вооруженного вмешательства. Незадолго до посещения Кореи Гариным Япония, ловко используя крестьянское восстание «тонхаков», вспыхнувшее в Корее в 1894 году, ввела в страну свои войска и, опираясь на военную силу, начала проводить широкую подготовку к захвату всей страны. Изменялась система управления государства, были реорганизованы корейская полиция и армия, поставленные под начало японских офицеров. Японскими агентами в 1895 году была убита корейская королева Мин, которая стояла во главе оппозиции Японии.

Корея очаровала Гарина своими необъятными просторами, прекрасными пейзажами, природными богатствами, высоким интеллектом и поэтичностью ее жителей, — наконец, тем сердечным приемом, который повсюду встречали русские.

Но писатель с грустью наблюдает здесь ту же картину, что и у себя на родине, — огромные природные богатства, могущие обеспечить довольство и счастье народа и бесправное, нищенское существование миллионов тружеников.

Понимая, что для процветания корейского народа нужны «безопасные, обеспечивающие его жизнь и потребности условия существования», Гарин, однако, основной предпосылкой для этого считает приобретение «технических знаний», без которых «в наше время нельзя быть богатым», учебу у более культурных народов. В этом сказалась ограниченность мировоззрения писателя, полагавшего, что возрождение страны возможно без коренных социальных преобразований.

Ошибочны и некоторые другие высказывания Гарина, например, о «детскости» корейцев, их неспособности к войне, но такие высказывания редки, да и в них сквозит в первую очередь уважение к миролюбию корейского народа.

Дневника Гарина дают многочисленные яркие примеры крепнувшей русско-корейской дружбы. Корейский народ, вынесший многовековую неравную борьбу с китайскими феодалами и японскими захватчиками за свою национальную независимость и оказавшийся в конце прошлого столетия перед угрозой империалистического закабаления Японией, понимал великое значение русского народа для освобождения своей страны. «Имя русского в Корее священно, — говорит Гарину кунжу города И-чжоу. — Слишком много для нас сделала Россия и слишком великодушна она, чтобы мы не ценили этого. Русский — самый дорогой наш гость».

Надо отметить, что братское отношение к корейскому народу и высокая оценка его моральных качеств были характерны для большинства русских путешественников в Корее. И это тем более важно подчеркнуть, что для многих западноевропейских и американских путешественников в Корее, так же как и для японских экспансионистов, было характерно пренебрежительное отношение к этому народу, взгляд на корейскую нацию как на неполноценную, не способную к прогрессу и к самостоятельному существованию. Клевета американских расистов на корейский народ у отдельных писателей доходила до изображения его как «гнилого продукта разложившейся восточной цивилизации». (G. Kennan, Korea: Degenerate state. «Out look», oct. 7, 1905, p. 409.)

Во время путешествия по Корее писателем был также собран и обработан фольклорный материал. Всего Гариным было записано до ста корейских сказок, легенд и мифов; из них сохранилось шестьдесят четыре, так как одна тетрадь с записями была потеряна в пути.

В этих простых рассказах, мифах, легендах, создававшихся самим народом, ярко отразились быт, мировоззрение и чаяния трудового народа Кореи. В них воспевается любовь к человеку, труду, уважение к женщине.

До Гарина корейский фольклор был издан в ничтожном количестве: две сказки на русском языке в русских изданиях, семь сказок — в английских изданиях. И после Гарина, насколько нам известно, так полно он не издавался еще никем.

Собранный Гариным в Корее фольклорный материал, являющийся самым значительным вкладом в корейскую фольклористику, представляет огромную ценность для изучения истории и литературы корейского народа.

После Кореи путь Гарина лежал через Китай, где он пробыл недолго: два дня в порту Чифу на Шаньдунском полуострове и пять дней в Шанхае.

Для Гарина неприемлемы некоторые «гнусные» законы, шанхайская Чайная улица и многое другое. Но основное в его отношении к китайскому народу — уважение к нации, которая, будучи «задавленной произволом экономическим, религиозным уродством, живет и обнаруживает изумительную жизнерадостность и энергию».

Как бы полемизируя с ходячими представлениями своего времени, Гарин «энергично протестует против обвинения китайцев в нечестности», сообщает, что в коммерческом мире китайцам «верят на слово очень крупные суммы», свидетельствует, что тип китайца, «которого считают долгом изображать на своих этикетках торговцы чайных и других китайских товаров», — не более как карикатура.

Через неделю пароход, на котором Гарин отправился из Шанхая, пришел в Нагасакскую бухту. Следующая остановка в Японии — порт Иокогама на восточном побережье Хансю. Гарин пробыл здесь три дня; он ездит по японским железным дорогам, интересуется крестьянскими полями, благоустроенными плантациями и садами, посещает заводы и железнодорожные мастерские.

Первое же впечатление от Японии рассеивает у Гарина навеянные произведениями французского романиста Пьера Лоти идиллические образы прежней, феодальной Японии. Гарин видит новую Японию, вступившую на путь быстрого капиталистического развития и империалистических захватов. Здесь он наблюдает совершенно иную, по сравнению с Кореей и Китаем, картину — стремительный подъем экономики, политическую активность, технический прогресс, оживление городской жизни, торговли. Словно «весь народ в каком-то бессознательном порыве торопится сбросить с себя всю ту рутину, которая сковывала его до сих пор».

Гарина восхитили прекрасно обработанные поля, «гениальная нерутинность» японских техников, интеллигентность служащих — почтового чиновника, продавщицы книжного магазина, — высокий художественный вкус, проявляющийся в ремесленных изделиях, повседневном быте.

Но и здесь Гарина возмущают отвратительные картины жестокой эксплуатации, безграничного унижения человеческого достоинства, — сотни дженериков, из которых самый сильный не выдерживает этой работы более пяти-десяти лет, целые улицы с выставленными в клетках женщинами— живым товаром.

Америка, куда направился Гарин после Японии, многим привлекла его. Гарина, талантливого инженера, она захватила могучим размахом техники, относительно высоким жизненным уровнем, деловитостью — всем своим ритмом напряженной полнокровной жизни. Всюду видел он огромные результаты труда, не связанного пережитками феодально-крепостнических отношений.

Гарин правильно подметил и ряд отрицательных черт американской жизни — отсутствие высоких духовных интересов, поэтичности, иссушающий душу практицизм.

Однако относительная прогрессивность капиталистического строя заслонила от Гарина многое органически сопутствующее развитию капитализма.

Для писателя остались незамеченными наиболее глубокие процессы экономической и политической жизни США того времени. В 90-х годах США по экономическому развитию обогнали старые капиталистические страны. Вместе с ростом монополий и расширением их деятельности огромных размеров достигло расхищение природных и людских ресурсов, спекуляция, коррупция. Быстрыми темпами шло разорение фермерства и образование в городах армии безработных. В целях борьбы против массового движения господствующие классы добились создания национальной гвардии, разжигали расовую и национальную рознь, начали проводить экспансионистскую политику.

В известной мере ограниченность суждений Гарина объясняется тем, что он не сталкивался, по сути дела, с жизнью страны, наблюдал ее, как турист в течение очень непродолжительного времени. Однако была и другая причина, кроющаяся в мировоззрении писателя. В те годы Гарин возлагал большие надежды на интеллигенцию, на технический прогресс, верил в возможность преобразовать действительность в условиях существующего строя. Ему казалось, что в Америке, где каждый хотя и работает, преследуя «исключительно эгоистическую цель накопления», — благодаря общему более высокому культурному уровню среднего рабочего, фермера, — в значительной мере разрешена проблема социального равенства. «Громадные филантропические учреждения достаточны, чтобы дать место у себя слабым, неспособным, отработавшимся, — пишет Гарин, — …нищеты почти нет здесь».

Правильно констатируя экспансионистские тенденции американского капитализма, — завоевание новых рынков сбыта для растущей массы продукции, Гарин не увидел, что наряду с этим происходит систематическое сужение внутреннего рынка за счет разорения массы мелких фермеров и образования в городах армии безработных.

Путевые записи Гарин заканчивает описанием своих европейских встреч. На английском пароходе, который вез его через Атлантический океан в Европу, пассажирами были преимущественно англичане. Впечатление от этого общества, отмечает Гарин, тяжелое, гнетущее. Все их разговоры только о необходимости войны, о захвате чужих территорий.

Под тяжелым впечатлением от этих встреч, не желая слышать «диких воплей этих пожелавших крови и смерти людей», Гарин изменяет свой первоначальный план посетить Лондон. Однако и Париж, очаг старой буржуазной культуры, разочаровал Гарина. «Старый буржуазный строй отживает, и нигде это умирание, разложение заживо не чувствуется так, как в Париже». Но писателю привелось познакомиться и с другой стороной жизни Парижа, увидеть людей, борющихся за будущее человечества. «Я увидел, каким ключом бьет эта будущая жизнь там, видел свежесть, силу и веру этих людей». Этими словами о социалистах, борющихся за будущее человечества, думы о котором в творческих исканиях самого Гарина всегда занимали большое место, он заканчивает записи о путешествии.

В своих дневниках Гарин касается широкого круга тем из области географии, истории, этнографии, литературы, искусства, политики. Поэтому, естественно, было бы трудно ожидать одинаковой компетентности писателя во всех рассматриваемых им вопросах. Многое из того, что пишет в своих дневниках Гарин, не до конца продумано, иногда звучит наивно, а отдельные его высказывания просто ошибочны. Советскому читателю сейчас нетрудно заметить всю несостоятельность рассуждений писателя, например, о том, что «китаец пережил и умер навсегда для политической жизни» или что уделом китайского народа стали только «экономическое поприще и личная выгода». Однако подобных ошибочных высказываний в гаринских дневниках сравнительно немного, и скорее приходится удивляться, что при такой исключительной широте охвата материала допускавшиеся им неточности и ошибки не столь велики.

Дневники Гарина сыграли важную роль в развитии дружеских связей русского народа с соседними дальневосточными странами. Независимо от того, ошибался или не ошибался в отдельных случаях Гарин, он всегда оставался правдивым, искренним и дружески расположенным к простому человеку, к любому труженику независимо от его национальности.

Научные результаты своих наблюдений и исследований в Корее и Маньчжурии, давшие ценные географические сведения о малоизведанных территориях, в особенности о районе Пектусана, публиковались Гариным в специальных изданиях — «Отчетах членов экспедиции 1898 года в Северной Корее» и в «Трудах осенней экспедиции 1898 года» (изданных в 1898 и 1901 гг.).

Свои впечатления, заносившиеся писателем почти ежедневно в полевую книжку, Гарин опубликовал вскоре по возвращении из путешествия, под общим названием «Карандашом с натуры», в журнале «Мир божий» за 1899 год №№ 2–7, 10–12. Позднее, стилистически исправленные, под заглавием «По Корее, Маньчжурии и Ляодунскому полуострову», вместе с очерками «Вокруг света» дневники Гарина были выпущены отдельной книгой в издательстве «Знание», Спб. 1904.

Известна публикация дневниковых записей Гарина в Полном собрании сочинений изд. «Освобождение» (тт. 6 и 7, 1914) под названием «В стране Желтого дьявола». Текст этой публикации содержит ряд разночтений с текстом «Знания». Очевидно, редакции этих изданий располагали разными источниками для публикации.

Известна также публикация «Вокруг света» в Полном собрании сочинений изд. т-ва Маркса (т. 7, 1916) в виде двух самостоятельных очерков. Один из них, под названием «Вокруг света», включает главы: «Сан-Франциско», «Американец об Америке», «На американской ферме», «Из конца в конец Америки», «В Атлантическом океане», «В Европе и дома». В другой, под названием «В Тихом океане», входят главы: «На пароходе», «Ми-хо-то», «Гонолулу».

Оба очерка в этом издании датированы 1902 годом; возможно, это дата не выявленной до настоящего времени публикации; не исключено также, что это дата написания.

В публикации «Знания» глава «В Европе и дома» значительно сокращена.

В настоящем томе очерки печатаются по тексту изд. «Знание».

Ваши, так почему же… казенные полесовщики? — Колонизация Башкирии царской Россией, начавшаяся в XVI веке, сопровождалась систематическими захватами башкирских земель и лесов. С 1830-х годов царское правительство стало проводить политику «организованной» колонизации этого края русским крестьянством, в связи с чем огромные площади пахотных и других угодий перешли к переселенцам и в казну.

Помню эти места… — В 1891 году Гарин работал на изысканиях трассы этой дороги.

Эта земля да киргизы… — Здесь и ниже говорится о казахах, которых во времена Гарина ошибочно называли киргизами.

…и учителя их — сарты… — Сарты — так пренебрежительно называли узбеков и таджиков в царской России. Эти народы действительно оказали большое влияние на формирование культур других народов Средней Азии и Казахстана, однако утверждение Гарина, что вся казахская культура заимствована от узбеков, ошибочно. Казахи имеют собственную культуру, формировавшуюся с древнейших эпох.

Это — кабинетские земли… — то есть земли, составлявшие собственность царской семьи и находившиеся в ведении так называемого «Кабинета его величества».

…поселок, называвшийся Новой Деревней — основан в начале 90-х годов прошлого века; положил основание современному городу Новосибирску.

…государственная земля и общественники-крестьяне. — Очевидно, имеются в виду сельские общины с коллективным землевладением, которые в Восточной Сибири существовали наряду с государственными крестьянами, работавшими на земле, принадлежавшей казне.

…наша первая Николаевская железная дорога. — Октябрьская железная дорога (бывшая Николаевская), соединявшая Москву с Санкт-Петербургом, построена в 1851 году; до нее в России существовала лишь Царскосельская железная дорога (С.-Петербург — Царское село — Павловск), сооруженная в 1837 году.

…уже не окраинного положения генерал-губернаторства… — Иркутское генерал-губернаторство занимало окраинное положение до того, как в 1884 году было образовано Приамурское генерал-губернаторство с резиденцией в Хабаровске, охватившее восточные окраинные территории. В царской России власть генерал-губернатора на окраинах имела характер военной диктатуры.

…объясняя их вулканическими или иными подземными причинами… — Гарин ошибается относительно происхождения этих волн; характерные для Байкала сейши — стоячие волны, во время которых приходит в колебание вся водная масса озера, происходят от быстрых изменений атмосферного давления в одной части озера (внезапные удары ветра с гор и т. п.), вызывающих понижение уровня воды и повышение его в другой части озера.

…орды монголов, которые надолго затормозили жизнь востока Европы. — Речь идет о татаро-монгольском нашествии XIII–XIV веков.

Чингисхан (род. ок. 1155.— ум. 1227) — монгольский хан и полководец, основатель Монгольской империи. Его армия, состоявшая в основном из конницы, в первой четверти XIII века достигала двухсот тридцати тысяч человек.

…бурята[правильно: буряты] — остаток того же монгола… — Происхождение этого народа связано с длительным процессом взаимодействия различных по происхождению этнических групп, населявших в прошлом Приамурье и районы Центральной Азии. Предполагают, что в период монгольского господства чингисханидов (XIII–XVI вв.) в этом взаимодействии преобладали северо-монгольские элементы.

Корф А. Н. (1831–1893) — барон, генерал. С 1884 года — приамурский генерал-губернатор.

Со включением Маньчжурии в круг нашего влияния… — В 1896 году между Китаем и царской Россией был заключен тайный оборонительный союз против японской агрессии, имевшей целью территориальные захваты в Северо-Восточном Китае (Маньчжурии). По условиям этого союза Россия получила право участия в строительстве железной дороги в Северной Маньчжурии; по договору с Китаем в 1898 году России была передана в аренду на двадцать пять лет территория Ляодунского полуострова с Порт-Артуром и бухтой Далян. Заключенные соглашения и проводившееся крупное железнодорожное и городское строительство способствовали экономическому оживлению на Дальнем Востоке и расширению связей между русской и китайской его частями.

…напоминающие героев «Хижины дяди Тома». — Имеется в виду роман американской писательницы Гарриет Бичер-Стоу (1811–1896) «Хижина дяди Тома» (1852), изображающий рабскую жизнь негров в США.

…(Стрельбицкий и другие)… — Стрельбицкий — топограф, полковник Генерального штаба, возглавивший научную экспедицию по Маньчжурии и Корее в 1895–1896 годах. До него в Корее были экспедиции Анерта и Комарова.

Встают фигуры декабристов. — Сосланные в Сибирь участники восстания 14 декабря 1825 года отбывали каторжные работы в Нерчинских рудниках с лета 1826 года. В 1827 году каторжную колонию декабристов перевели в Читу, а осенью 1830 года — в Петровский завод (на территории нынешней Читинской области).

Я. А. — Здесь и ниже Гарин говорит об участниках экспедиции, в составе которой он путешествовал по Корее: А. И. — А. И. Звегинцев, начальник экспедиции. Н. А. — Н. А. Корф (барон, подполковник), являлся помощником начальника этой экспедиции. Я. Е. — Н. Е. Борминский, техник, участник партии Гарина. Андрей Платонович — А. П. Сафонов, инженер путей сообщения, помощник Гарина по экспедиции. С. П. — С. П. Кишенский, возглавлял геологическую партию экспедиции. В. А. — В. А. Тихов, возглавлял партию по изучению лесов Кореи.

«Паяцы» — опера итальянского композитора Р. Леонковалло (1858–1919).

Та самая Усть-Стрелка… — см. «Фрегат „Паллада“», гл. «Через двадцать лет», VII.

…как было во время Желтухинской республики… — Желтугинская золотопромышленная «республика» (или «Амурская Калифорния») — небольшое приисковое поселение, существовавшее с 1883 по 1886 год на китайской территории, на берегу речки Желтуги (правый приток Амура), где были обнаружены богатейшие золотоносные площади. Китайское и русское население этой «республики», общим числом около двадцати тысяч человек, управлялось на основе собственного законодательства, не подчиняясь китайским властям. В начале 1886 года китайское правительство направило на Желтугу специальный военный отряд, ликвидировавший поселение золотоискателей. Значительная часть их перешла на русскую территорию, часть же была перебита китайскими войсками.

Кому вольготно, весело живется на Руси? — неточная цитата из поэмы Н. А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» (1863–1877).

Гинцбург Г. О. (1833–1909) — барон, финансист. Владелец одного из крупнейших банков в Петербурге, крупный золотопромышленник, Гинцбург проявлял большую активность также на Дальнем Востоке, являясь одним из проводников авантюристической политики русского царизма в Корее и Маньчжурии.

Во главе предприятия Ли Хун-чан — Ли Хун-чжан (1823–1901), государственный деятель второй половины прошлого столетия в Китае, являлся крупным капиталистом, владевшим предприятиями в разных районах Китая, в том числе и в Маньчжурии.

Весь китайский берег золотой, а на нашем ничего нет. — Золотоносность маньчжурской территории во времена Гарина сильно преувеличивалась. Это отчасти объясняется деятельностью Желтугинской «республики» и связанной с ней «золотой лихорадкой» в Маньчжурии в тот период.

«Проклятый мир…» — из арии Демона в одноименной опере А. Г. Рубинштейна (1829–1894).

Но их теперь… так же мало… — Маньчжуры, коренные жители Маньчжурии, вскоре после установления в Китае власти маньчжурских императоров (1644) в большом количестве переселились со своей родины в Китай. Вместе с тем из внутренних районов Китая в Маньчжурию шел все увеличивавшийся поток китайских переселенцев, в массе которых со временем растворилось оставшееся в Маньчжурии коренное население этой страны. От китайцев они переняли их язык, культуру, обычаи. Маньчжур, до некоторой степени еще сохранивших свои национальные черты, в Маньчжурии в настоящее время насчитывается несколько десятков тысяч.

У вас ввели мировых? — Институт мировых судей был введен во второй половине XIX века; мировыми судами рассматривались преимущественно мелкие уголовные и гражданские дела.

…квиетист. — Квиетизм — мистическое учение (особенно развитое в XVII в.), проповедовавшее смирение и духовное самоуглубление, якобы ведущее к абсолютному душевному покою. Здесь: человек относящийся безучастно к окружающей жизни.

Вторая — бестужевка. — Бестужевками назывались слушательницы Бестужевских курсов — женского высшего учебного заведения, учрежденного в Петербурге в 1878 году, по окончании которых давалось право преподавать в женских средних учебных заведениях. Во главе их стоял профессор русской истории К. Н. Бестужев-Рюмин (1829–1897), по фамилии которого курсы и получили свое наименование.

Они уже однажды владели этим краем… — Размежевание территории Дальнего Востока и установление государственной границы между Россией и Китаем первоначально были произведены Айгунским договором (1858), который определил государственную границу по Амуру, причем Уссурийский край от впадения реки Уссури в Амур до моря считался находящимся в общем владении. Окончательная граница между Китаем и Россией была установлена Пекинским договором (1860), который закрепил за Россией Уссурийский и Амурский края.

…они стадами выходили на берег и паслись там. — Морская корова — вымершее водное млекопитающее (из отряда сирен), крупное животное, до 9 м. длиной и до 3,5 т. весом; к середине XVIII века были полностью истреблены промышленниками. Морские коровы — ластоногие животные, следовательно, они не могли «пастись» на берегу.

…самоед. — Самоедами в России в прошлом называли ненцев и некоторые другие северные народности.

Муравьев. — Имеется в виду граф Н. Н. Муравьев-Амурский (1809–1881). В 1858 году, будучи генерал-губернатором Восточной Сибири, подписал Айгунский договор.

…что произошло в Сант-Яго… — Имеется в виду гибель испанской эскадры в бухте города Сант-Яго де Куба на острове Куба в результате нападения американского военного флота в период испано-американской войны в 1898 году.

Генрих Гогенцоллерн (1862–1929) — прусский принц, брат Вильгельма II, являлся одним из активнейших проводников германского империализма в странах Тихого океана. В 1897 году он командовал германским военным отрядом, захватившим китайскую бухту Цзяочжоу (провинция Шаньдун) и отличившимся жестокой растравой с мирным населением. В 1898 году в Пекине был подписан германо-китайский договор, фактически превративший всю Шаньдунскую провинцию в сферу германского влияния.

…пышная и затейливая прическа… — Во времена Гарина такую прическу носило все женатое мужское население Кореи. В настоящее время такие прически в Корее можно встретить очень редко и только среди стариков.

…Варфоломеевскую ночь… — то есть массовую резню. В ночь под праздник св. Варфоломея, 24 августа 1572 года, в Париже католиками была организована массовая резня протестантов — гугенотов.

…взятием Порт-Артура… — то есть получением крепости Порт-Артур в аренду (см. прим. к стр. 35).

Квннан Джордж (1845–1924) — американский журналист и путешественник, автор книги «Сибирь и ссылка», переведенной на русский язык в 1890 году.

…Чехове… Дорошевиче. — А. П. Чехов был на Сахалине в 1890 году. Его книга «Остров Сахалин» вышла в 1894 году. Дорошевич В. М. (1864–1922) — журналист, автор книги «Сахалин».

…вроде «Земля и люди». — Под таким названием в России журнала не издавалось. В Петербурге в 1890 годах выходил еженедельный иллюстрированный журнал под названием «Природа и люди».

Гоалин — то есть гаолян.

…незаконный выход маньчжуров к морю. — Деревня Ханси, расположенная на территории русского Приморья, использовалась населением Восточной Маньчжурии в качестве порта в Японском море.

…друидические постройки на вершинах гор… — Здесь имеются в виду жертвенники, наподобие тех, которые сооружались для жертвоприношений, свершаемых друидами — жрецами у кельтских народов.

…не знаем, куда деваться с этим грузом. — По тогдашнему курсу за шесть рублей экспедиция получила около двенадцати килограммов мелкой корейской монеты.

…своей династией. — Имеется в виду последняя династия корейских королей — династия Ли, занявшая корейский престол в результате дворцового переворота в 1392 году и находившаяся у власти до 1910 года.

…и мужскую и женскую. — В Корее существовали две письменности: китайская иероглифическая и корейская, пользовавшаяся собственным фонетическим алфавитом. Китайская письменность проникла в Корею еще в первые века нашей эры и получила широкое распространение среди господствовавшего класса, став впоследствии официальной письменностью в Корейском государстве. Корейская письменность, которая была распространена среди народа, в господствующих классах презрительно именовалась «женской». Корейский алфавит, один из самых простых современных алфавитов мира, изобретен корейцами в 1443 году и до последнего времени сохранился без изменений. Он долгое время не получал широкого распространения; только в конце прошлого века корейское национальное письмо было официально признано корейским правительством.

…родоначальник маньчжурской династии в Китае. — Имеется в виду маньчжурский военачальник Нурхаци (1559–1626), объединивший под своей властью маньчжурские племена, населявшие Маньчжурию, и создавший династию Дайцин. В первой половине XVII века маньчжурские войска Дайцинов были призваны китайской феодальной знатью для подавления мощного крестьянского восстания, свергнувшего династию китайских императоров. После разгрома этого восстания в 1644 году маньчжуры захватили китайский престол, и маньчжурская военно-феодальная верхушка стала господствующей кастой в Китае.

Купер Фенимор (1789–1851) — американский писатель, автор цикла книг об индейцах под названием «Кожаный чулок»; Эмар Густав (1818–1883) — французский писатель; автор авантюрных романов.

…избавились от китайцев, но теперь японцы захватывают… — Китай, с которым Япония вела борьбу за влияние в Корее, в результате поражения в японо-китайской войне 1894–1895 годов обязался признать независимость и автономию Кореи, находившейся у него в вассальной зависимости с XIV века. Однако Корея попала еще в большую кабалу к Японии.

Японцы одно с ними племя… — Вопрос о происхождении корейского народа до сих пор еще мало изучен. Предполагают, что корейцы относятся к тунгусской ветви монгольской расы.

…Стрельбицкий, бывший на Пектусане в 1894 году… — Стрельбицкий оставил первое описание Пектусана в своей книге «Из Хунчуна в Мукден и обратно по Ченбайшаньскому хребту» (Отчет о семимесячном путешествии по Маньчжурии и Корее в 1895–1896 гг., Спб. 1897, гл. «Пайшань, область истоков Тумангана, Амнокгана и Сунгари»). Пектусан, прославленный, в корейском и китайском народном творчестве, представляет собой вулканический конус; поднимаясь над окружающей местностью более чем на тысячу метров, он живописно выделяется своими стройными очертаниями и белым цветом склонов, покрытых отложениями пемзы (отсюда и название его Пектусан, или, по-китайски, Байтоушань — Белоголовая гора).

«…откуда, казалось, не было другого выхода, как назад» — Из книги Стрельбицкого «Из Хунчуна в Мукден и обратно по Ченбайшаньскому тракту», Спб. 1897, стр. 127.

…прежней, 1894 года, экспедиции… — Имеется в виду экспедиция, возглавлявшаяся Стрельбицким.

Но и русские приносили жертвы, — тот, который был с баранами, зарезал здесь одного барана. — Стрельбицким во время его путешествия по Корее были взяты с собой в качестве провианта несколько баранов; часть их была зарезана во время нахождения его отряда в районе Пектусана, что было истолковано местным населением как принесение жертвы дракону.

Сафо, или Сапфо — греческая поэтесса конца VII–VI вв. до н. э. Лорелея — героиня легенды, созданной немецкими поэтами-романтиками — дева-сирена реки Рейна, сидящая на скале Лурлей и заманивающая своим пением корабельщиков к опасным рифам.

Из десяти снопов — четыре отдают китайцам… — Путь Гарина от Пектусана до среднего течения Амнокгана проходил по пограничной территории, принадлежавшей Китаю. Этот район имел значительное корейское население, переселившееся со своей родины в связи с захватом крестьянских земель корейскими помещиками. На китайской территории корейские переселенцы подвергались жестокой эксплуатации со стороны китайских помещиков.

Кюба — владелец одного из дорогих петербургских ресторанов.

…а худший только представил корейскому правительству. — Торговля женьшенем, составлявшая важнейшую статью корейского экспорта, была монополизирована корейским правительством, и корейское население было обязано сдавать собиравшийся им женьшень в казну.

Язон (в современной транскрипции Ясен) — предводитель аргонавтов, совершивших на судне «Арго» поход в Колхиду за золотым руном (грея. миф.). Одиссей — герой греческого эпоса, царь острова Итака, свершавший богатые приключениями путешествия.

Меркурий — бог торговли, покровитель путешественников, изображался с кошельком и жезлом в руках, с крылышками на сандалиях и шляпе (римск. миф.).

…в последнюю войну… — Имеется в виду японо-китайская война 1894–1895 годов.

Это любимая раба… — В корейском королевстве до 1910 года существовало рабство. Рабы состояли из лиц свободного состояния, осужденных в рабство по суду, из членов семей осужденных и детей, проданных в рабство их родителями. Рабское состояние являлось наследственным.

…берлиозовского «Гибель Фауста» и «Фауста» Гуно. — Имеются в виду оперы Г. Берлиоза (1803–1869) «Осуждение Фауста» (1846) и Ш. Гуно (1818–1893) «Фауст» (1858).

…во всей пятитысячелетней китайской культуре. — Начало истории Китая принято считать с XII века до н. э., — таким образом, ее общий срок существования составляет около четырех тысячелетий.

Несчастная калека на своих копытах вместо ног. — Существовавший в Китае обычай уродования ног женщинам, распространенный среди всех слоев населения, состоял в искусственном задержании роста женской стопы и изменении ее формы при помощи специальных колодок, которые надевались на ноги в детском возрасте.

Конфуций (Кун-цзы — 551–479 гг. до н. э.) — древнекитайский философ, основатель этического учения, проповедовавшего культ предков, неукоснительное соблюдение неизменяемых определенных семейных и общественных отношений.

…порт, как Шестаков. — Портом Шестакова во времена Гарина на русских картах Кореи именовался пролив между островом Маяндо и мысом Симпхе на восточном побережье Северной Кореи.

…Болгарию после войны… — Имеется в виду русско-турецкая война 1877–1878 годов, во время которой Болгария была освобождена из-под турецкого ига.

Здесь, в колониях, Франция спела свою песенку, как все латинские народы… — Имеется в виду утрата колоний Испанией и Португалией, являвшихся до XIX века крупнейшими колониальными государствами, во владении которых находились почти вся Южная Америка, южная часть Северной Америки, территории в Азии и Африке. Значительная часть испанских и португальских колоний была отторгнута более сильными империалистическими противниками в результате империалистических войн за передел колоний. Часть своих колоний эти страны потеряли в результате войны за независимость южноамериканских народов, образовавших в начале XIX века самостоятельные государства Латинской Америки. С конца XVII века главными соперниками в борьбе за колониальную гегемонию стали Англия, выдвинувшаяся на первое место среди колониальных держав, и Франция. В борьбе за колонии Англия одерживала победы над Францией, расширяя свои приморские владения не только за счет Испании, Португалии и Нидерландов, но также и за счет бывших колоний Франции.

…железная дорога — уже начинающий осуществляться факт… — На Ляодунском полуострове, во время посещения его Гариным, Россией велось строительство южной линии Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД), открывшей выход из Сибири на юг Ляодунского побережья с его незамерзающими бухтами.

…Шанхай… не принадлежит никакому государству. — Китайский город Шанхай в 1842 году по навязанному Китаю Нанкинскому договору был объявлен «открытым портом», в котором иностранцы получали право неограниченной торговли и свободы поселения. В 1843 году Китаю было навязано дополнительное соглашение, предоставлявшее иностранцам в Шанхае право личной неприкосновенности и право учреждения особых кварталов — сеттльментов. В результате большая часть города была захвачена и поделена англичанами, французами, американцами, японцами, создавшими свои сеттльменты и концессии с собственной полицией и войсками. Китайское население, вытесненное за пределы иностранных владений, заселяло рабочие окраины и ютилось в так называемом китайском торговом городе, расположенном по соседству с французской концессией.

…склады опиума, все это принадлежит самому культурному народу в мире… — Ввоз Англией и распространение в Китае опиума вызывал решительное противодействие китайского народа. В 1839 году китайским правительством были уничтожены крупные английские запасы ввезенного в страну опиума, что повлекло за собой нападение Англии, известное под названием опиумной войны. Война закончилась поражением Китая, которому был навязан Нанкинский договор 1842 года, открывавший для Англии свободу торговли в открытых портах Китая.

…дело Дрейфуса. — Процесс, организованный с провокационной целью в 1894 году во Франции реакционными военными и антисемитскими кругами против офицера генерального штаба Альфреда Дрейфуса. Обвиненный на основании подложных документов в шпионаже в пользу Германии, Дрейфус был приговорен к пожизненной ссылке на Чертов остров. Под давлением демократических кругов, в 1898 году дело было пересмотрено, но Дрейфус был снова осужден. Оправдан он был в 1906 году, когда были вскрыты подлоги в первом процессе. В защиту Дрейфуса выступил Э. Золя. В открытом письме, обращенном к президенту, он называл истинного виновника — майора Эстергази, обвинял следствие в необъективности и требовал гласного суда.

…инцидент с Фашодой… — Резкое ухудшение англо-французских отношений в конце XIX века, достигшее своего кульминационного пункта осенью 1898 года в связи с занятием французским отрядом города Фашоды (Восточный Судан), было связано с активизацией колониальной экспансии Англии и Франции в Африке, торопившихся захватить еще «свободные» или спорные территории на этом континенте. Фашодский конфликт закончился в 1899 году капитуляцией Франции.

…столкнули в море десять тысяч европейцев и своих крещеных японцев… — Упоминаемое Гариным легендарное событие в Нагасакской бухте является одним из многочисленных и характерных проявлений антихристианского, по существу антииностранного движения в странах Восточной Азии. Оно являлось своеобразной формой борьбы восточноазиатских народов с экономическим и политическим закабалением азиатских стран иностранным капиталом, огромную роль в котором играла католические миссионерские организации.

Пьер Лоти! Хризантема! — Лота Пьер (1850–1923) — французский романист, член французской академии, автор романов, действие которых происходит на экзотическом фоне. В романе «Госпожа Хризантема» (1887) Лоти идиллически изображает жизнь феодальной Японии.

…в ничтожный промежуток тридцати лет… — В Японии в 1867–1868 годах совершилась буржуазная революция («революция Мэйдзи»), положившая начало быстрому капиталистическому развитию страны и выдвижению Японии в число крупных империалистических государств.

И почувствовал это наш Гончаров… — И. А. Гончаров, посетивший Японию задолго до буржуазного переворота, писал в своих путевых очерках «Фрегат „Паллада“» о новых настроениях, о стремлении передовых людей Японии преобразовать жизнь — предпосылках последующего бурного капиталистического развития страны.

…их судьба будет не лучше Египта. — В 1850–1860 годах в связи со строительством Суэцкого канала и созданием плантационного хлопководства, Египет был вынужден заключить ряд кабальных внешних займов. Этим воспользовались иностранные державы, и прежде всего Англия, в политических целях, захватив египетские акции на Суэцкий канал и установив финансовый контроль над Египтом. В 1878 году Англия и Франция ввели в состав египетского правительства своих представителей в качестве министров.

Нерон Клавдий Цезарь — римский император (54–68), отличавшийся крайней жестокостью и лицемерием.

Борьба была слишком неравная… — Соединенные Штаты начали войну с Испанией, владевшей Филиппинами, в апреле 1898 года. Вскоре же после объявления войны эскадра США разгромила в Манильском заливе испанский дальневосточный флот, а прибывшие из Соединенных Штатов сухопутные войска (10 тысяч человек) уже в августе заняли главный город Филиппин — Манилу. В декабре 1898 года был подписан договор, по которому Испания уступила Филиппины Соединенным Штатам.

…в семнадцатом столетии — то есть во времена инквизиции.

Киплинг Редьярд Джозеф (1865–1936) — английский писатель, апологет британского империализма.

Три года назад эти острова были Гавайской республикой, и царили здесь испанцы. — Гавайская республика была провозглашена в 1893 году после свержения династии гавайских королей, утвердившихся на Гавайях в конце XVIII века. Переворот был совершен американскими плантаторами, захватившими ведущие посты в новом правительстве. Поэтому уже в 1898 году республиканское правительство Гавайев подписало соглашение с США о присоединении островов к Соединенным Штатам.

Гарленд Хамлин (1860–1940) — американский писатель, выходец из фермерской среды, в своих произведениях конца XIX века реалистически изображал жизнь американских фермеров. К концу жизни Гарленд перешел на реакционные позиции.

Гениально описанную смерть нашего хозяина и его работника? — См. прим. к стр. 691, т. 4 наст, издания.

…«Quo vadis?» (лат. — Куда идешь?) — Роман польского писателя Г. Сенкевича (1846–1916), написанный в 1894–1896 годах, рассказывает о борьбе языческого Рима с христианством. В русском переводе роман известен также под названием «Камо грядеши?» (церк. — слав.)

Мормоны — североамериканская секта, учение которой представляет смесь многобожия и христианства.

…из Сен-Жерменского отеля… — Сен-Жермен — аристократический квартал Парижа.

…услышим об объявленной французам войне. — Очевидно, речь идет об обострении англо-французских отношений в связи с колониальной борьбой в Африке.

Жорес Жан (1859–1914) — деятель международного социалистического движения. Гед Жюль (1845–1922) — французский социалист.

Сказки для детей*

Детская тематика занимает большое место у Гарина на протяжении всего его творческого пути. Обращение к ней было обусловлено страстной любовью писателя к детям, большой тревогой за судьбу молодого поколения, с которым у него связывались мысли о светлом будущем России. Почти вся небольшая мемуарная литература о Гарине подчеркивает эту его характерную особенность. А. И. Куприн рассказывает: «Несмотря на то, что у него было одиннадцать своих ребятишек, он с настоящей, истинно отеческой лаской и вниманием относился и к трем своим приемным детям» (А. И. Куприн, Памяти Н. Г. Михайловского (Гарина). Собр. соч. в шести томах, т. 6, Гослитиздат, М. 1958, стр. 601).

Говоря о любви Гарина к детям, о создании им детских сказок, Б. К. Терлецкий — приемный сын писателя — рассказывает в своих воспоминаниях: «Дети для него были источником непроходящей радости. С детьми он отдыхал, с детьми он по-детски смеялся и трепетал сам их маленькими, такими смешными, такими наивными радостями. А мы, дети, жадно ловили его свободные минуты, окружали, тянули каждый в свою сторону и просили все новых и новых сказок, какие творились им здесь же на месте, творились с неподражаемым мастерством. А затем уже наступала и наша очередь, — Николай Георгиевич настойчиво требовал сказок от нас, и наши неопытные наивные попытки заставляли его смеяться заразительно и поощрительно. Никакой принужденности не было между им и нами. Это был товарищ, это был друг, это был тот, кто умел понять нашу детскую тревогу и наш детский интерес» (Б. К. Терлецкий, Несколько воспоминаний о Н. Г. Гарине-Михайловском. ИРЛИ). Представляют интерес записи Куприна о самом процессе создания Гариным детских сказок; вспоминая о своих встречах с ним в Ялте в 1903 году, где в то время находился писатель в связи с изыскательскими работами для постройки южнобережной электрической железной дороги, Куприн пишет: «По вечерам мы долго, большим обществом, сидели у него на балконе, не зажигая огня, в темных сумерках, когда кричали цикады, благоухала белая акация и блестели при луне листья магнолий. И вот тут-то иногда Н. Г. импровизировал свои прелестные детские сказки. Он говорил их тихим голосом, медленно, с оттенком недоумения, как рассказывают обыкновенно сказки детям. И мне не забыть никогда этих очаровательных минут, когда я присутствовал при том, как рождается мысль и как облекается она в нежные, изящные формы» (А. И. Куприн, Собр. соч. в шести томах, т. 6, стр. 601).

До нас дошло лишь несколько из этих сказок. В настоящем издании печатаются сказки «Книжка счастья», «Курочка Куд» и «Попугай», являющиеся наиболее характерными образцами этого жанра у Гарина.

В детском журнале «Юная Россия» в 1908 году (февраль) был опубликован ряд сказок Гарина; первая из них — «Счастье» сопровождалась следующим примечанием редакции: «С. Н. Михайловский любезно предоставил в распоряжение нашей редакции несколько сказок, еще не бывших в печати, покойного Н. Гарина. Все эти сказки будут напечатаны в журнале „Юная Россия“ в течение текущего 1908 г.». Очевидно, редакции не были известны более ранние публикации некоторых сказок.

Текст сказки «Курочка Куд» содержит разночтения с газетным текстом, характер которых говорит о принадлежности их автору, — возможно, Гарин правил сказки для будущих публикаций.

В настоящем томе сказки печатаются по тексту журнала «Юная Россия».

Книжка счастья*

Впервые — в газете «Русская жизнь», 1894, № 103, 17 апреля, с посвящением: «Моей племяннице Ниночке» и обращением: «Милая Ниночка. Когда я был маленький, я любил читать сказки Вагнера. Это хорошие сказки».

При публикации в «Юной России» (1908, декабрь) снято обращение.

Курочка Куд*

Впервые — в «Самарской газете», 1896, № 275, 25 декабря, с посвящением: «Посвящается маленькой Веруше».

Текст «Юной России» (1908, июль) по сравнению с газетным стилистически исправлен и сокращен. Так, например, после фразы: «Его жена удовлетворенно кивнула своей длинной головой» (стр. 575) — в газете шел текст: «Это было как раз то, что должен был сказать тот, кого она выбрала себе в мужья».

После фразы: «Однажды эта утка прилетела на озеро сразу с тремя женихами» (стр. 578) — в газете было:

«— Немножко много для одной, — сказала цапля.

— У каждого свой обычай, — заметил ей муж, — поживем, увидим».

В журнальной публикации снято посвящение; в собр. соч. изд. Маркса оно заменено подзаголовком: «Сказка для детей старшего возраста».

Попугай*

Известна публикация в журнале «Юная Россия» (1908, апрель).

Орхидея*

Впервые — в журнале «Cosmopolis», 1898, № 1.

По устному свидетельству дочери писателя, Н. Н. Михайловской-Субботиной, пьеса написана на автобиографической основе.

Работа над «Орхидеей» относится, как можно судить по письмам Гарина и по отзывам современной ему критики, к 1896–1898 годам.

По свидетельству А. Санина (см. его статью в «Самарском вестнике», 1898, № 1, 1 февраля, за подписью Сашин), Гарин прочитал свою драму в редакции «Самарского вестника». Пьеса обсуждалась, вызвав ряд критических замечаний; часть из них легла затем в основу статьи Санина.

Гарин сначала предполагал напечатать пьесу в «Русском богатстве», но встретил противодействие редакции, которая забраковала ее. По этому поводу он писал Н. К. Михайловскому: «Вы пишете — драма слабая. Больше ста человек ее слушали, делали много замечаний, но прибавляли обязательно: очень сильная» (письмо от 7 февраля 1897 года. ИРЛИ).

Как видно из газетных заметок и статей, пьеса была принята дирекцией театра Литературно-артистического кружка, и 7 декабря 1897 года состоялась премьера; 9 декабря 1897 года «Орхидея» одновременно шла на сцене петербургского, нижегородского, самарского и одесского театров (см. статью Санина в «Самарском вестнике», 1898, № 1, 1 февраля).

Поставленная в Петербурге, пьеса, однако, не получила признания, так как большинство, не поняв ее социальной направленности, увидело в ней лишь описание интимной стороны жизни ее автора; это вызвало насмешки и пародии. В этом отношении характерна пародия, появившаяся вскоре после постановки пьесы на сцене (под названием: «Орхидея. Самая новейшая драма в реалистическом вкусе, с опытами гипнотизма и балаганом», за подписью: «Откровенный писатель») и принадлежащая перу К. М. Станюковича. Станюкович писал о Гарине, как о «талантливом беллетристе», написавшем «нелепую драму», которую артисты петербургского театра «оболванили окончательно» («Сын отечества», 1897, № 340, 14 декабря).

Учитывая отзывы критики, Гарин после первой постановки драмы продолжал работу над ней. В начале 1898 года в переработанном виде пьеса была выпущена литографией Московской театральной библиотеки Рассохина (цензурное разрешение от 14 января 1898 года).

Но и этой редакцией писатель не был удовлетворен.

8 своих письмах к Ф. Д. Батюшкову (очевидно, связанному в то время с театром) Гарин вносит в уже отосланный ему для постановки текст пьесы все новые и новые поправки.

Так, вставлен монолог Босницкого во втором явлении четвертого действия, начиная со слов: «Негодяи, конечно, не все» (стр. 633), и кончая словами Беклемишева: «Вам все равно?»; (см. письмо Гарина Батюшкову от 31 декабря 1897 г. ИРЛИ). В архивных документах этой прилагаемой к письму вставки не обнаружено, но она легко выявляется из печатного текста драмы.

Включен также текст от слов Босницкого: «Послушайте! Нельзя так афишировать» (стр. 632), и кончая словами: «тем смешнее будет ваше положение» (стр. 633).

Несколько позднее, в январе 1898 года (письмо хранится в ИРЛИ), Гарин писал Батюшкову: «Воображаю Ваш ужас: вы распечатываете письмо, и опять Гарин, опять „Орхидея“! Мне страшно совестно, но на этот раз действительно последний раз, потому что сейчас исчезаю в лесах Вологодских и Костромских и появлюсь на свет божий, когда с „Орхидеей“ будет уж все кончено. Вот каких две вставки я хотел бы еще сделать. Первая. В первом действии, в исповеди Рославлевой, в том месте, где она говорит, что уже презирала мужа, когда шла за него». Далее следует текст от слов: «Беклемишев. Зачем же шла?», кончая словами: «Этой свободы я и добивалась…» (стр. 608).

Работая над пьесой, писатель стремился подчеркнуть пробуждение в героине сознания безвыходности ее положения в обществе, основанном на власти денег, сознания несправедливости существующих условий жизни, обрекающих женщину на домашнее рабство. В этом отношении характерна вставка, присланная Гариным в том же письме к третьему действию «Орхидеи», — от слов: «Рославлева… Итак, переговоры», кончая словами: «А Бори все нет» (стр. 625).

В 1898 году драма «Орхидея», заново переработанная автором, была опубликована в первом номере журнала «Cos-mopolis».

В этой редакции изменен состав действующих лиц (в литографии, наряду с действующими лицами окончательного текста, фигурировали два актера и антрепренер), изменено деление на явления и их число.

Снята сцена в 3-м явлении третьего действия; в окончательном тексте это явление кончается словами Рославлевой: «Хорошо, только на минутку» (стр. 627); в литографии после этих слов шла сцена — посещение Рославлевой Алферьевым и Бос-ницким, Рославлева начинает новую деятельность, стремится избавиться от своих поклонников. Внесены изменения и в четвертое действие; в литографии оно начиналось со сцены с актерами, которые говорили об упадке драматургии и актерского ремесла, о невозможности предвидеть успех или провал любой пьесы. Журнальный текст содержит также целый ряд вставок; так, например, в 20-м явлении первого действия вставлен текст, от слов: «Босницкий (лениво повернул голову, прищурившись, смотрит на Рославлеву). Я боюсь…», и кончающийся фразой: «О состоянии женского пола в разных правлениях» (стр. 603). В сцене объяснения Беклемишева с Рославлевой (действие 3-е, явление 7) дополнена реплика Беклемишева, от слов: «Пойми, если я не в духе», кончая: «как и в первый день встречи». (стр. 630), и т. д.

В связи с опубликованием пьесы в журнале в печати появился ряд критических отзывов. Критики буржуазно-либерального и реакционного лагеря стремились истолковать драму как чисто психологическую пьесу, игнорируя ее обличительную направленность. Так, критик «Нового времени» В. П. Буренин, справедливо поставив в заслугу Гарину жизненность образа его героини и считая, что образ Рославлевой является его творческой удачей, основную идею пьесы сводил к тому, что женщины «ищут счастье в забвении и тревогах страсти и чувства, а искать-то его следует в исполнении жизненного долга» («Новое время», 1898, № 7883, 6 февраля).

Критик А. Санин в статье «Легкомысленная литература („Орхидея“, драма в 4 действиях и 5 картинах Н. Гарина)» за подписью Сашин («Самарский вестник», 1898, № 1, 1 февраля) обнаруживает непонимание идейной направленности пьесы. Все содержание драмы он сводит к «нравственной проблеме супружеского долга» и роли его в «союзе брачном и во внебрачном сожительстве».

Пересказав в пошловатом и издевательском тоне содержание драмы и отметив ряд «великолепных картин», Санин заключает, что в общем драма «оставляет впечатление чего-то глупого, пошлого и в высшей степени мизерного».

Непризнание пьесы во многом обусловливалось и тем, что. с точки зрения привычных шаблонов она была не сценична, — в «Орхидее» нет необыкновенных ситуаций, эффектного сценического действия, — в драматургических опытах, как и в остальных произведениях, Гарин стремился к отображению подлинной правды, естественного течения жизни.

Являясь как бы «драмой настроения», пьеса во многом напоминает драматизированную повесть, написанную с большой психологической проникновенностью, несомненно под влиянием чеховской драматургии, — эта ее необычность с точки зрения драматургических канонов в известной мере и вызывала отрицательные отзывы критики, отмечавшей, однако, «прекрасно написанные диалоги», исполненные подлинного драматизма.

Характерен в этом смысле приведенный ранее отзыв Буренина, причислявшего драму к числу «литературных» пьес и считавшего, что «именно ее литературность и помешала ее успеху на сцене», хотя «…„Орхидея“, — писал он, — и по замыслу и по выполнению несомненно значительно жизненнее и удачнее многих самых сценичных пьес, имевших самые „шумные“ и „блестящие“ успехи…» Показательно, что в своем отзыве о драме Буренин замалчивал ее обличительную направленность и видел «узел и смысл драмы» в «роковом вопросе о невозможности возрождения и счастья, основанных на гибели и несчастье других».

В настоящем томе пьеса печатается по тексту журнальной публикации.

…я, как Игорь, привязан теперь к двум березам… — Имеется в виду Игорь, великий князь Киевский (ум. 945). По преданию, когда Игорь попал в плен к древлянам, они привязали его к двум пригнутым березам; когда деревья распрямились, Игорь был разорван надвое.

Подростки*

Впервые — в журнале «Вестник жизни», 1907, № 1.

Написана пьеса вскоре по возвращении Гарина из Маньчжурии в Петербург, незадолго до его смерти.

Приехав в Россию, писатель был поражен происшедшими за время его отсутствия переменами в общественных настроениях в результате революционных событий. Особенно поразила его перемена в настроениях молодежи и прежде всего в настроениях собственных детей. Вот что рассказывает об этом его приемный сын Б. К. Терлецкий:

«Когда… Николай Георгиевич вернулся в 1906 году из Маньчжурии в Петербург, он, как сам признавался, не узнал нас, бывших теперь в возрасте 13–20 лет. Все мы — его сыновья, я и наши многочисленные товарищи считали себя социалистами и, как вся Россия в то время, спорили по различным программным вопросам.

Николай Георгиевич был поражен этой новой для него молодежью, он был поражен той искренностью, с какой молодежь относилась к вопросам революции. Он жадно присматривался к ней и сейчас же, уже за несколько дней до смерти, зафиксировал свои новые наблюдения в драматическом этюде „Подростки“, списанном с действительности» (Б. К. Терлецкий, Несколько воспоминаний о Н. Г. Гарине-Михайловском. ИРЛИ).

Еще находясь в Маньчжурии, Гарин сообщал одному из своих сыновей (письмо от 20 января 1906 года): «Получил письмо от Л. М., где он описывает вас всех: Сережа — С. Д. (социал-демократ. — И. Ю.), Гаря — С. Р. (эсер. — Я. Ю. ), Тема — А. (анархист. — И. Ю.). Ступеньки жизни» (ИРЛИ). Узнав, что сыновья принимают участие в подпольной работе, Гарин писал Н. В. Михайловской 24 декабря 1905 года: «Сережу и Гарю… благословляю на благородную работу, о которой, если живы останутся, всегда будут радостно вспоминать. И какие это чудные будут воспоминания на заре их юности: свежие, сильные, сочные» (ИРЛИ). В письме к жене от 7 июня 1906 года он просил ее «изо дня в день вести дневник», об их детях. «В этих маленьких блестках капель воды, — писал он, — незаметно отразилась бы и сверкнула и вся река современной русской жизни» (ИРЛИ).

Пьеса отражает ту полосу русской жизни, когда революция уже шла на убыль и начинался террор царизма, надвигалась столыпинская реакция.

С большим сочувствием писатель указывает на новые настроения молодежи, показывает, с какой страстностью относилась молодежь к вопросам революции, с каким жаром спорила по программным вопросам.

В рукописном отделе ИРЛИ хранится черновой автограф незаконченного рассказа Гарина «Казнь», тематически связанного с «Подростками», а возможно и являющегося их продолжением. В рассказе изображается последний день перед казнью осужденного двадцатипятилетнего юноши — политического заключенного.

Двадцать седьмого ноября 1906 года пьеса была прочитана на редакционном собрании журнала «Вестник жизни», на котором присутствовал А. В. Луначарский.

В то время Гарина, по свидетельству П. А. Румянцева, занимал вопрос о новом театре, в котором бы «писатели и актеры, в совместной работе, отразили весь изгиб современной бурной жизни» (П. Румянцев, Памяти Н. Г. Михайловского-Гарина, Юбилейный сборник инженеров путей сообщения выпуска 1878 года, Спб. 1913, стр. 127).

«При его непосредственном и деятельном участии» проектировалось также создать новый журнал, в котором бы «литературно-художественный отдел органически был слит с общественно-политическим» (там же, стр. 127).

На редакционном совещании «Вестника жизни» и обсуждался вопрос организации такого журнала. На этом же совещании должно было состояться чтение «Подростков». Гарин запоздал и приехал в редакцию уже после чтения пьесы, когда шли споры о роли интеллигенции в революции. Гарин, как рассказывает П. А. Румянцев, «застал горячую речь Луначарского, который развивал идею, что художник — социал-демократ не только должен бичевать буржуазный мир, не только изображать пролетариев-борцов, но и давать картины будущего, во имя которого он отрицает буржуазную культуру. Возможность рисовать идеальное будущее вызвала скептические замечания беллетристов. К ним присоединился и Гарин».

«Наши писатели — художники-интеллигенты, — сказал Гарин. — Они составляют в современном литературном движении такой же генеральный штаб, какой составляют и интеллигенты, стоящие во главе борющейся пролетарской армии. Интеллигенты, по природе своей, не могут так проникнуться идеями пролетарской борьбы, как проникаются ими сами пролетарии. Но близко уже время, когда сами пролетарии будут руководить пролетарской борьбой. И тогда писателю-пролетарию будет больше по плечу художественно изображать социалистические идеалы, чем современным беллетристам — интеллигентам» (там же, стр. 128). Это были его последние слова, относящиеся к литературе. Через полчаса Гарина не стало.

В настоящем томе пьеса печатается по тексту журнала.

Кропоткин П. А. (1842–1921) — анархист.

Грае Жан (1845–1919) — французский мелкобуржуазный социалист, один из теоретиков анархизма.

Малатеста Эррико (1854–1932) — один из лидеров итальянского анархизма.

Черкезов В. Н. (1846–1925) — анархист. Вольский А, — псевдоним польского анархиста В. К. Махайского (1867–1927).

Штирнер Макс (1806–1856) — немецкий философ-идеалист, теоретик анархизма.

Ницше Фридрих (1844–1900) — реакционный немецкий философ, проповедовал аморализм и культ «сильной личности».

Макай Джон-Генрих (род. 1864) — немецкий поэт, последователь анархизма.

Куропаткин А. Н. (1848–1925) — генерал; во время русско-японской войны — главнокомандующий русской армией в Маньчжурии.

…его и Энгельса манифест… — Имеется в виду «Манифест коммунистической партии» (1848).

Оффенбах Жак (1819–1880) — французский композитор, крупнейший мастер французской классической оперетты.

Памяти Чехова*

Впервые — в газете «Вестник Маньчжурской армии», 1904, № 22, 22 июля.

С А. П. Чеховым Гарин познакомился в 1903 году в Крыму, где весной этого года производил изыскания трассы южнобережной электрической железной дороги. В письме к Иванчину-Писареву от 5 октября 1903 года, из Крыма, он писал: «Познакомился и полюбил Чехова. Плох он. И догорает как самый чудный день осени. Нежные тонкие едва уловимые тона… А завтра… Он знает свое завтра и рад и удовлетворен, что кончил свою драму „Сад вишневый“» (ИРЛИ).

По свидетельству Ф. Ф. Вентцель, Гарин говорил о Чехове: «Это — сама простота, кротость и добродушие» (Ф. Ф. Вентцель, Из моих воспоминаний, «Звезда», 1943, №№ 5–6, стр.205).

В Государственном литературном музее (Москва) хранится подаренная Гариным Чехову книга («Детство Темы (Из семейной хроники)» и «Несколько лет в деревне», изд. 1899 года) с автографом: «Проникновеннейшему из писателей Антону Павловичу Чехову от горячо любящего Гарина. 3 октября 1903 года». Там же находится и отдельное издание «Детства Темы» (1903) с надписью: «Дорогому как Чехов вообще и лично для меня на добрую память Антону Павловичу Чехову от автора. 20 ноября 1903. Ялта».

Современники Гарина рассказывают о том, с какой чуткостью и нежностью относился он к Чехову. Ф. Ф. Вентцель вспоминает, что, когда однажды она и Гарин пришли к Чехову и застали его очень расстроенным назойливыми расспросами о его здоровье одной поэтессы, Гарин взялся уладить этот инцидент, обещал устроить так, чтобы больного Чехова больше не тревожили, а выйдя от него — он с грустью сказал:

«Вижу, скоро, скоро уйдет от нас Чехов…» (там же, стр. 206). Гарин говорил о необходимости «вдумчиво и бережно» подходить к таким «высоко одаренным и талантливым людям», как Чехов, и сам относился к нему с трогательной заботой и вниманием. В телеграмме к нему. из Москвы он писал:

«Ольга Леонардовна сообщила, что вы приедете. Необходимо предупредить кондуктора, чтобы топили. Только необходимо в Москве ехать карете, так как снега нет, со вчерашнего дня морозы. Сердечный, самый сердечный привет. Гарин» (Отдел рукописей Гос. библиотеки им. В. И. Ленина).

Чехов также тепло и дружески относился к Гарину. Обратив на него внимание сразу же после появления в печати одного из первых его произведений — очерков «Несколько лет в деревне» (см. отзыв А. П. Чехова в тт. 1 и 3 наст, изд.), он высоко ценил литературный талант писателя. К. Л. Книппер сообщал Чехову (письмо от 6 февраля 1904 года): «Николай Георгиевич уехал до 14-15-го в Ялту; говорит, что Вы и Горький смутили его тем, что цените в нем талантливого писателя: на него напала теперь в этом отношении ярость, и он печет произведения, как блины…» (Отдел рукописей Гос. библиотеки им. В. И. Ленина).

После смерти Чехова Гарин писал Б. К. Терлецкому: «Умер самый чуткий и отзывчивый и, вероятно, самый страдающий человек в России; вероятно, мы даже не можем понять сейчас всю величину и значение потери, какую принесла эта смерть» (Б. К. Терлецкий, Несколько воспоминаний о Н. Г. Гарине-Михайловском. ИРЛИ).

В настоящем томе статья «Памяти Чехова» печатается по тексту газетной публикации.

В прошлом году я производил изыскания в Крыму… — Речь идет об изыскании южнобережной электрической железной дороги.

В прошлом году шел его «Вишневый сад», и мы праздновали 25-летний юбилей А. Я. — Речь идет о первом представлении «Вишневого сада» в Московском Художественном театре, состоявшемся 17 января 1904 года, на котором было отмечено 25-летие литературной деятельности Чехова.

Стр. 658. …впервые выступил… в 78-м году… под псевдонимом «Человек без селезенки». — Первое из дошедших до нас опубликованных произведений Чехова — «Письмо к ученому соседу», журнал «Стрекоза», 1880, № 10, за подписью «…в».

…текущие события… — Здесь Гарин имеет в виду войну с Японией, начавшуюся зимой 1904 года.

Все его сочинения купил, как известно, Маркс, за 75 тысяч рублей. — Речь идет о заключении Чеховым договора с издателем «Нивы» А. Ф. Марксом. По этому договору все сочинения Чехова поступали в вечное владение издателя, — «не только прежние, но и все будущие, сейчас же после их напечатания в журнале, и Чехов не имел права передавать никому и никогда перепечатку своих произведений даже для благотворительных изданий» (Н. Телешов, Записки писателя. Воспоминания и рассказы о прошлом. Избр. произв. в трех томах, т. 3, Гослитиздат, М. 1956, стр. 84).

Накануне 25-летнего юбилея А. П. Чехова группа видных писателей во главе с Горьким попыталась расторгнуть этот кабальный договор. Горьким и Л. Андреевым было составлено письмо, под которым предполагалось собрать подписи писательской и артистической Москвы, и Петербурга. Письмо это были уполномочены передать Марксу Гарин и Ашешов. Однако Чехов, узнав об этом, просил не обращаться к издателю, и письмо так и осталось неотправленным.

А. П., провожая меня… — Речь идет об отъезде Гарина в марте 1904 года на Дальний Восток.

…а я приеду. — Чехов также собирался поехать в действующую армию. «Если буду здоров, — писал он 13 апреля 1904 года А. В. Амфитеатрову, — то в июле или августе поеду на Дальний Восток не корреспондентом, а врачом. Мне кажется, врач увидит больше, чем корреспондент» (А. П. Ч е-хов, Поли. собр. соч. и писем, т. 20, Гослитиздат, М. 1951, стр. 268).

На выставке*

Статья написана по впечатлениям Гарина во время посещения им Всероссийской торгово-промышленной и художественной выставки, открывшейся в мае 1896 года в Нижнем-Новгороде.

Сохранилась датированная 1896 годом корректура статьи (ИРЛИ), по тексту которой она и печатается. В собрания сочинений не включалась.

Впервые — в книге «В защиту слова», сб. I, изд. 2-е, Спб, 1905, где были напечатаны также: «О свободе печати» В. Г. Короленко, «О том, как газета сама себя высекла» Е. Чирикова, «Оригинальный цензор» А. Иванчина-Писарева и др.

В собрания сочинений не включалась.

Записки Волькенштейн… — Вероятно, имеются в виду «13 лет в Шлиссельбургской крепости» — записки революционерки-народоволки Л. А. Волькенштейн (1857–1906).

К современным событиям*

Впервые — в газете «Новый край» (Харбин), 1906, № 11, 14 января.

Статья написана в период пребывания Гарина на Дальнем Востоке, куда он приехал в мае 1904 года, в самом начале русско-японской войны. Желая быть свидетелем и участником событий, он получил назначение в действующую армию в качестве инженера; одновременно Гарин являлся военным корреспондентом московской газеты «Новости дня».

Здесь, на Дальнем Востоке, и оказался Гарин во время революции.

Находясь вдали от центра важнейших исторических событий, Гарин не стоял в стороне от них. В отличие от многих своих современников — буржуазных интеллигентов — он приветствовал начавшуюся в России революцию. Не являясь членом партии и не принимая непосредственного участия в революционных событиях, Гарин тем не менее тесно соприкасался с рабочим движением и оказывал большевикам в период подготовки вооруженного восстания реальную помощь. Находясь в Маньчжурии, он содействовал распространению среди солдат агитационной социал-демократической литературы, оказывал большевистской партии денежную поддержку (см. стр. 50 в томе 1 наст, издания; см. также воспоминания П. А. Заломова — героя повести М. Горького «Мать» — «Встречи, запомнившиеся на всю жизнь» — «Казахстанская правда», 1938, 20 июня).

Гарин стремился к тому, чтобы и дети его принимали участие в революционном движении. В письме к жене от 24 декабря 1905 года он писал о сыне Сергее: «Пусть пойдет к Горькому от моего имени и спросит его, что ему делать в с.-д. партии» (ИРЛИ).

Когда революция потерпела поражение, Гарин не поддался настроениям уныния и разочарования, он продолжал горячо верить в ее конечное торжество. Террор царизма вызывает его гневный протест, но вместе с тем он пытается предотвратить дальнейшее кровопролитие и возлагает в этом отношении некоторые надежды на правительство, которое, как он думает, еще можно уговорить отказаться от губительной для России политики лжи и насилия.

Гарин под влиянием ходячей тогда теории западноевропейских социал-демократов, неверно утверждавших, что условия для социалистической революции в Европе можно считать созревшими лишь тогда, когда пролетариат станет большинством нации, общества, — полагал, что революция не может победить в какой-то одной стране: «или весь мир капиталистический, или весь мир социалистический». Поэтому, с его точки зрения, совершенно бесполезно проливать кровь, так как после победы революции на другой же день снова к власти придет буржуазия, и «пока извилистая эволюция капитала не совершилась», это неизбежно.

Можно говорить о некоторой двойственности политической позиции писателя: с одной стороны — признание им закономерной неизбежности и необходимости революции, с другой — некоторые надежды на царский манифест 17 октября, на Государственную думу. В статье проявились некоторые колебания Гарина между буржуазией и пролетариатом, между реформизмом и революционностью, особенно явные в конце статьи.

В собрания сочинений статья не включалась.

В настоящем томе печатается по тексту газетной публикации.