Дул ветер нам попутный, но нескорый,
И после двухнедельного пути
К пустынным побережьям Лабрадора
Мы стали понемногу подходить.
И голос пел земли, встречая нас,
Что буря позади — на этот раз.
Лицо лизал морской отважный ветер
Солоноватым влажным языком,
И, редких сосен раздвигая ветви,
Ссыпался с кручи с камнем и леском.
Меняя парус, шла рыбачья шхуна,
И пена у камней ложилась с шумом.
Пустынный край! На каменистых склонах
Задумался июньский кроткий снег.
Голубизной мечтательной и сонной
Блестит оттаявший олений след.
Здесь ветер пел так долго что хотел,
Здесь воздух чистотой заиндевел.
Туда, где стаи волн блистают сталью,
Среди закостеневшей тишины
Летит, вздыхая над пустынной далью,
Душа тишайшей северной весны.
И, заглушая ветра песнопения,
Гудит тяжелых волн сердцебиенье.