Судно, или кит?
На другой день друзья выползли из своего жилья, когда голод стал слишком томить их. Нужно было пожевать залежавшейся медвежатины, чтобы хоть немного заморить червячка. Молча уселись они на снег, разрыли снежную кучу, под которой держали мясо, и уселись с ножами друг против друга, отрезав себе по куску холодного, почти ледяного мяса.
Якунька открыл рот и остался так, забыв снова его закрыть. Глаза его смотрели через голову Андрея, а медвежатина торчала между зубами.
Через миг он выплюнул мясо, вскочил и замахал руками.
— Идут! Опять идут! Назад повернули!
На этот раз виден был не только дым, но и весь пароход, который, видимо, шел прямо на них.
Что чувствовали мальчики, трудно, конечно, себе и представить. Радость, восторг и, вместе с тем, смертельный ужас, что их опять не заметят или не захотят взять.
Судно было еще очень далеко.
— Это китобойцы, — сказал Якунька.
— Почему ты знаешь?
— Они бегают за китами. Смотри!
Он указал пальцем немного правее судна.
Андрей увидел китовый фонтан, высоко выброшенный кверху. Скоро он заметил и спину кита, темневшую над водой.
Кит был гораздо ближе парохода, и за ним-то и „бегали" китобойцы.
Мальчики опять вытащили фуфайки и начали махать ими, нацепив на багры. Китобойцы, однако, были слишком заняты китом. Ничего, кроме кита, для них не существовало. Теперь на пароходе можно было уже различать маленьких людей, которые толпились на передней части судна.
Пароход осторожно, медленным ходом, „подкрадывался" к самому киту. Мальчики уже различали коренастого гарпунщика. Он стоял впереди всех на носу и целил в кита из гарпунной пушки.
Андрей вспомнил, как они с Якунькой смотрели на Семена, подползавшего к нерпам. Но теперь их занимала не сама охота, а вопрос: „Возьмут ли их, или не возьмут эти люди?"
Облако дыма выпрыгнуло из пушки, и видно было, как большой гарпун полетел прямо в кита. Кит всплеснул тучу пены и брызг и исчез под водой. И только после этого донесся до мальчиков запоздавший гром пушки.
Якунька даже различал веревку, которая тянулась от кита к пароходу.
Охота на кита приходила к концу. Китобойная пушка стреляет гарпуном, который нужен не только для того, чтобы подцепить глупого кита на веревку: он его и убивает. На конец гарпуна навинчивается разрывной снаряд, который взрывается, когда попадает в кита. Часто кита удается убить одним выстрелом. Так было и на этот раз.
Подстреленный кит выплыл в какой-нибудь тысяче шагов от льдины мальчиков.
Пароход следовал за ним.
С капитанского мостика увидали ребят. Высокий человек в треухе и широкой малице махал им рукой, и для большей убедительности, снял шапку и покрутил ее над головой.
