Молниеносное исцеление хромого от рождения в Листре произвело на народ ошеломляющее впечатление. Можно было бы сказать с л и ш к о м б о л ь ш о е. Слепота духовная, как и слепота физическая, оставляет человека либо в неподвижности, либо заставляет его делать движения лишние, не нужные, иногда гибельные. И слепые духовно, пред апостолом, либо цедят сквозь зубы лениво: «об этом послушаем в другое время» (Деян. XVII, 32), либо кричат: «боги в образе человеческом сошли к нам» (Дн. XIV, 11). Глухие не хотят слушать апостолов, как некое по-новому скучное учение человеческое, или, видя чудо, впадают в такой же восторг, как после насыщения тысяч людей пятью хлебами, и хотят чудотворца сделать своим царем, или причислить к сонму богов. Если Господь Иисус Христос только скорбно уклонился от людей, Царствия Божия не понимающих, то апостолы Павел и Варнава, естественно, возмутились духом до такой степени, что «разорвали свои одежды».
Современный, разумный, осторожный, проповедник пожалел бы, конечно, своей одежды… 1900 лет тому назад в с е б ы л о п р о щ е и г о р я ч е е. С жаром б р о с и л и с ь в толпу так плохо ею понятые апостолы, так н е к с л а в е Х р и с т о в о й п о н я т ы е. Бросились в народ, крича ( «громогласно говоря») все, что приведено в стихах 15–17.
Исцеление хромого произвело нужную реакцию, обнаружив подлинное духовное состояние народа и дало апостолам новый повод горячего свидетельства о Истине этим поверхностным и «жестоковыйным» (даже в добрых чувствах своих) людям.
«Жестоковыйность» (плотяность религиозная, фанатичность) одинаково далека от Бога, как в зле, так и в добре. Можно себе представить сколь мучительна была, для светлого, смиренного духа апостолов, эта попытка языческого обоготворения их самих. Они, учившие о совершенном о б о ж е н и и человека во Христе, должны были особенно страдать от человеческих стремлений к темному их обоготворению.
С разодранными одеждами, крича, апостолы убеждали в толпе эти младенческие сердца простыми, горячими д е т с к и м и, педагогически-трогательными в эту минуту словами: «Мужи! что вы делаете? И мы — подобные вам человеки, и благовествуем вам, чтобы вы обратились от сих ложных к Богу живому, Который сотворил небо и землю и море, и все, что в них; Который в прошедших годах допустил всем народам ходить своими путями, хотя и не переставал свидетельствовать о Себе благодеяниями, подавал нам с неба дожди и времена плодоносные и исполняя пищею и веселием сердца наши»… Из этих слов так и брызжет непосредственная любовь к Богу. Она и зажгла миллионы сердец в мире… Здесь было и материнское утешение народа в младенческом безумстве его.