Назар Стодоля
Действующие лица
Xома Кичатый, сотник.
Галя, дочь его.
Стеха, молодая ключница у Кичатого.
Назар Стодоля, друг его.
Гнат Карый, друг его.
Хозяйка на вечерницах.
Слепой кобзарь, евреи-музыканты, молодые казаки и девушки, сваты от Чигиринского полковника.
Действие происходит в XVII столетии, близ Чигирина, в казацкой слободе, в ночь на рождество Христово.
Акт первый
Вечер. Внутренность светлицы, богато убранной коврами и бархатом. В стороне стол, покрытый дорогим ковром; кругом скамьи под бархатом, окаймленные золотом. На столе стоят фляги и разные кушанья, горят восковые свечи. Стеха убирает [накрывает на] стол.
Стеха ( отходит от стола )
Всё! Как будто всё… Постой-ка, не забыла ли чего? Рыба, мясо, баранина, свинина, колбаса, вишневка, сливянка, мед, венгерское — всё, всё! Тут и выпивка и закуска… Скорее бы гости! Что ж они так долго не идут? И вздумал же седоусый в такой праздник, когда добрые люди колядуют, ожидать гостей, да еще каких гостей — сватов от такого же старого дурня, как и сам!.. Поглядим, что из этого выйдет. Холодного железа не согнешь. А если бы не таился да посоветовался со мною этак недели за две до праздника, то дело было бы верное; а то спохватился в самый сочельник, да и ластится: «И такая, и сякая, и добрая, и разумная ты, Стеха, — помоги! Я уж тебе и то, и се, и третье, и десятое…» Поглядим, поглядим, удастся ли нашему теляти да волка съесть… ( Помолчав.) Не сказал ведь дочке ни слова, за кого и как собирается выдать, думает, наша сестра — коза: куда хочу, туда и гоню. Э, нет, погоди-ка, голубчик!.. «Упроси ее», — говорит. Да и что такое этот поганый хорунжий! А полковник хоть и старый, — дай бог ему здоровья! — да все-таки пан!.. Тут бы она и потеряла рассудок. Другому не справиться, а я коль возьмусь, так и добьюсь. Девке девку сбить с толку нетрудно, а еще такую, как моя панночка, — и-и!.. Да уж, как говорится, поймал — не поймал, а погнаться можно. Зато, если удастся, то-то я погуляю!.. А она поплачет немножко, потужит, а потом хоть бы что! Да и Назар не раз спасибо скажет.
Из боковых дверей выходит Галя.
Ну, что? Неплохо убрано? То-то вот и оно!
Галя Что это ты, Стеха, делаешь? Разве у нас сегодня гости?
Стеха Да еще какие гости, если бы вы знали!
Галя Какие же такие гости? Откуда?
Стеха Угадайте.
Галя Уж не из Чигирина ли? Да?
Стеха Из Чигирина, да кто такой?
Галя Какие-нибудь старшины?
Стеха То-то и есть, что не старшины, и…
Галя Так кто же такой? Может… да нет! Сегодня не такой день… А мне батюшка вчера говорил…
Стеха Говорил, да не договорил. А я знаю, да не скажу…
Галя ( обнимая Стеху ) Стеха, голубка, ласточка моя, скажи, не мучь меня.
Стеха А что дадите? Скажу…
Галя Еще сережки или перстень, или, что хочешь, подарю, только скажи.
Стеха Ничего мне не надо, дайте только шубку надеть сегодня на вечерницы.
Галя Ладно, надевай, только чтобы не заметил отец.
Стеха Вот еще! Разве я дура? Слушайте же. ( Вполголоса.) Сегодня придут сваты.
Галя ( в восторге ) От Назара! От Назара!
Стеха Да там уже увидите, от кого.
Галя Разве не от Назара, Стеха? А? Ты меня, право, пугаешь!
Стеха Я вас не пугаю, я только так говорю.
Галя Нет! Ты что-то знаешь, да не хочешь сказать.
Стеха ( лукаво ) Ничего я не знаю. Где уж мне, ключнице, знать о господских делах!
Галя Ты надо мной смеешься! Я заплачу, ей-богу, заплачу и батюшке скажу.
Стеха Что же вы скажете?
Галя Что ты меня напугала… Теперь уж не дам тебе шубки. А что — получила?
Стеха Ох, какие вы пугливые! Уж и поверили!
Галя Ну, от кого же? От Назара?
Стеха Да от кого же больше? Уж, конечно, не от старого Молочая, нашего полковника.
Галя Ну его, он такой гадкий! Чуть он на порог — я сейчас же из хаты. И как это его казаки слушаются, понять не могу. У него, постылого, только и разговору, что про вареники да про наливку.
Стеха А разве это не годится?
Галя Еще бы! Ведь он казак да еще полковник! Вот мой Назар, мой чернобровый, всё про войну да про походы, про Наливайка, про Остраницу да про синее море, про татар да про турецкую землю… Страшно, страшно, а хорошо, — слушала бы — не наслушалась, да всё смотрела бы в его карие очи… Мало дня, мало ночи…
Стеха Еще наслушаетесь и налюбуетесь. Потом и наскучить может…
Галя О, боже упаси! До самой смерти, пока не умру, всё буду смотреть на него да слушать его. Скажи, Стеха, любила ли ты когда, обнимала ли стан казацкий, высокий, так… чтобы руки задрожали и сердце замлело? А когда целуешь… что тогда? Как это, должно быть, любо! Как весело! ( В восторге поет и пляшет.)
Гой, гоя, гоя!
Что это со мною?
Полюбила казака,
Не знаю покоя.
Я его боялась…
Что же после сталось? —
На улице повстречалась,
С ним поцеловалась.
А мать поглядела…
Какое ей дело!
Выдавайте замуж,
Если надоела!
Стеха Ишь, как ловко! От кого же это вы научились?
Галя Да от тебя же… Разве забыла, как на прошлой неделе на улице танцевала? Тогда еще батюшки не было дома… Вспомнила?
Стеха Когда это? Вот еще выдумали!
Стучатся в дверь.
Галя ( торопливо ) Ой, беда! Кто-то идет! ( Убегает.)
Стеха Кто там?
Xома ( за дверью ) Я, я! Открывай живей.
Стеха отворяет дверь. Входит Xома, отряхиваясь.
Xома Что? Еще не было?.. Ух, какая вьюга на дворе!
Стеха Кого не было?
Хома Кого? Гостей!
Стеха Каких гостей? От пол…
Xома Тс!.. Ну да!..
Стеха Нет, не было.
Xома Смотри же, молчок!.. Отец Данило, спасибо, разрешил{2}. Не забудь только завтра утром послать ему вишневки, — знаешь? — той, что недавно доливали. Пускай его пьет на здоровье. Да что это их нет так долго? Не испугались ли метели? А ветер будто стихает.
Стеха Испугаются они, как бы не так! И в воробьиную ночь приедут ради такой панночки, как наша.
Хома Конечно, конечно!
Стеха Само собой. Он ведь старик… а панночка…
Xома Сама ты старуха, сорока бесхвостая!
Стеха Гляди! Сразу и рассердились. Разве я про вас?
Хома Так что же, что не про меня? Зато про моего… ну… полковника.
Стеха Ишь как! А панночка? Говорили вы с ней? Что она?
Xома А что она? Ее дело такое: что прикажут, то и сделает. Молода, глупа; твое дело научить ее, вразумить, что любовь и всё такое прочее — пустяки, безделка. Сама ведь понимаешь!
Стеха Я-то понимаю, да вот с какого конца начать, не знаю. Полюбила дочка ваша Назара так, что и рассказать нельзя. Вот и сегодня со мной говорила. Молись, говорит, Стеха, богу, чтобы скорей меня замуж за Назара выдали, — половину богатства своего отдам!..
Хома А ты и поверила?
Стеха Почему же нет? Она такая добрая.
Xома Дура ты, дура! А если я сам тебе все богатство наше отдам, что тогда будет? А? Как ты думаешь? ( Ласкает ее.) То-то и есть, дурочка ты, бессережная!..
Стеха Что же мне делать, если я дурочка?
Xома Делай, что велят. Слышишь? Все, что у меня есть, — твое.
Стеха Не надо мне вашего добра, и без него была бы я счастлива, только не забудьте бедной Стехи, когда станете большим паном. Я вас так верно люблю, так страдаю, а вы… ( Притворно грустит. )
Xома Ну, затянула панихиду!.. Опять за свое. Сказал, сделаю, так оно и будет.
Стеха Мало ли что люди обещают, когда их нужда заставит!
Xома Довольно зря болтать! Ступай-ка к Гале да поговори с нею хорошенько, по-своему, и если что не так, то завтра и мы с тобой врозь…
Стеха Сказал пан — кожух дам, да слово его греет. А я только грех на душу возьму.
Xома Какой тут грех? Пустое это всё!
Стеха Побожитесь, что женитесь, — тогда, ей-богу, все сделаю! А без меня, вот вам слово, ничего не выйдет, ей-богу!
Xома Вот же, ей-богу, право
Стеха Женитесь?
Xома Ладно!
Стеха На мне?
Xома Вот репей, так репей! Ты у меня в печенках сидишь со своими причудами!
Стеха Какие же тут причуды?
Xома Ну ладно, ладно! Слушай теперь! Надо обдумать всё так хитро, чтобы она и не знала, от кого сваты, а то, чего доброго, всё пойдет вверх тормашками.
Стеха Да уж мне не учиться, как дело повернуть. Наговорю таких сказок моей панночке, что твой кобзарь… Старый, скажу, человек, как поразмыслишь, во всем лучше молодого. Молодой… да что там говорить? Никуда молодой не годится, а к тому же докучен да ревнив, а старик тихоньким будет да послушным.
Xома Верно, верно! Умна ты, девушка!.. Ступай к Гале да, смотри, хорошенько потолкуй с нею.
Стеха А потом можно будет мне пойти на вечерницы? Я уже совсем управилась. Пустите, будьте ласковы, в последний разочек.
Xома У тебя только вечерницы на уме. Ох уж эта мне Мотовилиха!..
Стеха Мотовилиха? Уж не наговорила ли вам чего старая шлюха? Что ж тут такого, что я с казаками пляшу! А когда вы заигрываете с молодицами, я ведь молчу!
Xома Ступай, ступай… да позови мне Галю, а сама приготовь полотенца.
Стеха Всё уже готово. ( Уходит.)
Хома Связался я с бесом! ( Оглядывается.) Что ж поделаешь? Без этого нельзя. В таком деле, как ни верти, требуется либо черт, либо баба! ( Немного помолчав.) Чего доброго, еще и меня одурачит, тогда и оставайся на веки вечные в дураках. Да нет, лихо ее матери! Только бы ты своими хитростями помогла мне породниться с полковником, а там уж как и что, это еще поглядим… Ишь ты, мужичка! Как нос задирает! Погоди! ( Продолжительное молчание.) Думай, голубушка, да гадай… а оно совсем по-другому будет. Закинь только удочку — рыбка сама клюнет. Шутка ли — полковничий тесть! А что дальше — наше дело. Лишь бы через порог, а что за порогом — и сами поглядим. В каких-нибудь Черкассах, а то и в самом Чигирине, гуляй с полковничьей булавою!.. И слава, и почет, и червонцы греби: все твое. А пуще всего червонцы. Их люди по запаху чуют, хоть и не показывай, — все поклонятся… Ха-ха-ха! Вот тебе и сотник!.. Еще в Братстве сердце мое чуяло, что из меня выйдет большой пан{3}. Бывало, говорю одно, а делаю другое. За это меня называли двуличным… Дураки, дураки! Разве когда говоришь про огонь, так тут же и лезь в огонь? Либо когда про чернобровую сироту, так вот и женись на ней? Брехня! От огня подальше. Женись не на черных бровях, не на карих очах, а на хуторах да мельницах — вот тогда и будешь человек, а не дурень.
Входит Галя.
Галя ( весело ) Добрый вечер, батюшка! Где это вы так долго замешкались? Вы меня, кажется, звали?
Xома Звал, звал. ( Осматривает ее.) Что же ты не все ленты вплела? А впрочем, ладно, пока и этих хватит… Слушай. Надо поговорить нам о важном деле. Знаешь ли, что мы сегодня сватов ждем?
Галя Сегодня? В сочельник — под самое рождество?
Хома Так что же? Отец Данило, спасибо ему, разрешил. Смотри ж, не отказывай сватам!
Галя Как же это можно? Или жених стар очень, что ли? Вот послушайте, каких небылиц наговорила мне Стеха. Смех, да и только!
Xома Что же она тебе наговорила?
Галя Говорит, будто старик… да нет, не скажу, право, не скажу, потому такая чепуха. И сама не знает, что говорит.
Xома Разве не правда? Старик лучше молодого.
Галя Так и она говорит!
Xома А тебе как кажется?
Галя Как же это можно? То старик, а то молодой!
Xома Так, по-твоему, молодой лучше?
Галя Еще бы!
Xома Подумай хорошенько и поймешь, что отцова правда, а не твоя. Ну что молодой? Разве что усы черные — только и всего… Не век же тебе им любоваться: придет время подумать кой о чем и о другом. Захочется почета, уважения, чтобы кланялись тебе пониже. А кому это полагается? — полковнице… это я так, к примеру говорю… а не жене какого-нибудь хорунжего, у того только и богатства, что черный ус. Поверь мне, дочка, на тебя никто и смотреть не захочет.
Галя Да я и не хочу, чтобы на меня другие смотрели.
Хома Глупости болтаешь! Думаешь, не надоест ему всю жизнь на тебя одну смотреть! Одна ты на божьем свете? Есть и получше! Того гляди, разлюбит.
Галя Назар? Меня? Нет, никогда на свете.
Хома Я и не говорю, что вправду так оно и случится, а просто пример привожу, чтобы понятней было: все мы на один покрой.
Галя О нет, не все!.. Он не такой, он не разлюбит.
Хома А что? Разве он тебе поклялся уже?
Галя. А как же!
Хома А ты и поверила?
Галя Я бы и без клятвы поверила.
Xома Глупая ты, глупая! Разве не знаешь, что кто много обещает, тот ничего не дает? Ой, опомнись да послушайся отцовского совета. Хорошо, что я уж такой, — что пообещаю, то и сделаю. Ну, не дай я тебе приданого, что тогда, а? Пожалуй, он тебя и нищей возьмет: мало ли каких дураков нет на свете? Да что из того? Подумай, что бы ты тогда делала?
Галя Что все делают — зарабатывала бы на хлеб.
Хома А что лучше: самой ли работать, или смотреть, как другие на тебя работают?
Галя Как кому.
Хома То-то и горе, что ты еще глупая. Я бы тебе много чего еще сказал, да некогда: того и гляди, сваты на порог. А есть у тебя полотенца?
Галя ( весело ) Есть, есть! Как я рада! У меня сердце не на месте. Вам тоже так весело?
Хома Весело, очень весело… Ступай, да не забудь сказать, когда придут колядовать, чтобы их гнали в шею.
Галя За что? Это же старый обычай. Да и справляют его раз в году.
Хома А сваты бывают раз в жизни…
Галя А ведь правда, чтоб не помешали… Еще и обряда не дадут справить. Побегу скажу, чтобы заперли ворота и калитку. ( Уходит.)
Хома ( ходит, задумавшись ) Кажется, дело идет на лад. Она поверит, что сватов прислал Назар, сдуру и согласится… сваты не проговорятся, свадьбу можно отложить до той недели, а за неделю и нашего брата, мужика, уговоришь, чтоб не брыкался, не то что девку… Только бы черт не принес того воробья желторотого! Тогда пиши пропало. Переполошит всё! ( С важностью. ) А подумаешь и так: какое ему дело до Гали? Это же мое дитя, мое добро, стало быть — моя власть и моя сила над нею. Я отец, я царь ей… А ну его! Не такое дело, чтобы долго раздумывать. Только бы не оплошать, береженого и бог бережет, или как там еще говорят: ровней сгладишь, тесней ляжешь.
Галя ( вбегает в восторге ) Приехали! Приехали!
Xома (вздрогнув) Ох, как ты меня испугала! Ступай к себе в комнату, — придешь, когда кликну.
Галя Зачем в комнату? Я здесь останусь, никто не увидит.
Хома Нельзя: обычай не велит.
Галя Ну, ладно, уйду. ( Уходит.)
Хома с важностью садится за стол. За дверью стучат три раза. Входят два свата с хлебом и, низко кланяясь хозяину, кладут хлеб на стол.
Сваты Дай боже вечер добрый, вельможный пане!
Хома И вам добрый вечер. ( Дает знак свату. Тот кланяется. Хома шепчет ему на ухо и потом продолжает.) Добрый вечер, люди добрые! Просим садиться, будьте гостями. Откуда это вас бог несет? Издалека или из близких мест? Может, вы какие охотники? Может, рыбаки или, может, вольные казаки?
Сват ( тихо покашливает ) И рыбаки и вольные казаки… Мы люди немецкие, идем из земли турецкой… Вот как-то в нашей земле выпала пороша. Я и говорю товарищу: «Чего нам смотреть на погоду — пойдем искать звериного следу». Вот и пошли. Ходили, ходили, ничего не нашли. Глядь, идет нам навстречу князь, поднимает кверху плечи, говорит нам такие речи: «Эй, вы, охотники, ловцы-молодцы, будьте ласковы, докажите дружбу. Попалась мне куница — красная девица. Не ем, не пью и не сплю с того часа, а всё думаю, как бы ее достать. Помогите мне ее поймать, тогда, чего душенька ваша пожелает, всё просите, всё дам: хоть десять городов или тридевять кладов, чего вам ни захочется». Ну, нам того и надо. Пошли мы по следам: по всем городам, везде и всюду — и в неметчину и в туретчину… все царства и государства прошли, а все куницы не нашли. Вот мы и говорим князю: «Что за дивная та зверушка? Верно ли, что лучше нет? Идем другую искать». Так где тебе! Наш князь и слушать не хочет. «Куда, говорит, я ни ездил, в каких царствах, в каких государствах не бывал, а такой куницы, сиречь красной девицы, не видал». Снова пошли мы по следу и как раз в это село зашли, — как его прозывают, не знаем. Тут опять выпала пороша. Мы, ловцы-молодцы, давай следить, давай ходить; сегодня на заре встали и тут на след напали. Верно, что зверь наш зашел во двор ваш, в хату пробрался, в горнице остался, тут он и отыскался. Тут и притаилась наша куница, в вашей хате красная девица. Вот нашему слову конец, а ваш ответ всему делу венец. Ради бога, отдайте нашему князю куницу — свою красную девицу. Отвечайте добром, решили ли отдавать, или надо ей еще подрастать.
Xома ( притворно, с сердцем ) Что за напасть такая! Откуда вы такую беду накликаете? Слышишь, Галя? Галя! будь ласкова, посоветуй, что мне делать с этими ловцами-молодцами…
Галя выходит на середину светлицы, останавливается и, стыдливо потупив глаза, перебирает пальцами передник.
Хома Видите, ловцы-молодцы, что натворили: меня, старика, с дочкой пристыдили! Ай-ай-ай, так вот что мы сделаем: хлеб святой примем, доброго слова не чураемся, а чтоб вы нас не пугали, будто мы прячем куницу, сиречь красную девицу, мы вас повяжем. Пришел и нам черед складное слово сказать. Ну, дочка, довольно тебе молчать да хмуриться, или нечем тебе ловцов-молодцов повязать? Слышишь, Галя? Может, полотенец нет? Может, ничего не припасла? Не училась прясть, не училась шить — тогда повяжи чем знаешь, хоть веревочкой, если есть.
Галя уходит в свою светлицу и немедленно возвращается, неся на серебряном блюде два вышитые полотенца, и кладет на хлеб, принесенный сватами; потом подходит к отцу и низко кланяется и целует руку; потом берет блюдо с полотенцами и подносит сватам — сперва одному, потом другому. Сваты, взявши полотенца, кланяются Хоме.
Сват Спасибо отцу, что свое дитя рано будил и всякому добру учил. Спасибо и тебе, девушка, что рано вставала, тонкую пряжу пряла, приданое припасала.
Галя берет полотенце и перевязывает через плечо одному и другому, потом отходит и робко поглядывает на двери.
Xома ( к Гале ) Догадался уж, догадался! Хочешь и князя повязать… Погоди, завтра вместе его повяжем. Ишь, верно, испугался, что не показался. Постой еще, попадешься — не убежишь.
Сват Он и сам прилетит, как услышит, что вы так похваляетесь.
Xома Ну, пока еще полетит, нам ждать нечего. Просим садиться. Что там есть, поедим, что дадут, выпьем, да кое о чем побеседуем. А ты, Галя, тем часом не гуляй, в ковши меду наливай да подноси гостям хлеба-соли, проси их с приветом и ласкою.
Сваты чинно садятся за стол. Галя принимает от отца чарку и флягу и подносит старшему свату. Сват не принимает.
Сват Мы вам такой беды натворили, что боимся, как бы вы нас не отравили… Пригубьте сначала сами. ( Кланяется.)
Галя, посматривая на отца, робко и стыдливо подносит [чарку] к губам и подает свату.
Сват ( подняв чару ) Теперь правильно. Пошли же, боже, нашим молодым счастья, и богатства, и доброго здравия, чтоб и внуков поженить и правнуков дождаться…
Свата прерывает хор колядников под окнами. Все слушают со вниманием. Хома с досадою покручивает усы; Галя весело посматривает на окно. Сват в продолжение колядки [несколько раз] повторяет:
Хорошо колядуют наши казаки.
КОЛЯДКА
Видит же бог, видит творец,
Что мир погибает,
Архангела Гавриила
В Назарет посылает.
Благовестил в Назарете,
Стала слава в вертепе.
О прекрасный Вифлеем,
Отверзи врата Эдема!
Хома ( к Гале, с сердцем ) Я же наказывал тебе, чтобы никого не пускали! Замечталась, забыла!
Входит Назар с молодыми казаками.
Назар Дай боже вечер добрый, помогай вам во всех добрых делах!
Все казаки повторяют то же. Назар, не снимая шапки, в ужасе останавливается, посматривает то на гостей, то на Галю. Все молчат.
Хома ( смешавшись ) Спасибо… спасибо… милости просим. Садитесь, пожалуйста…
Молчание продолжается. Галя, улыбаясь, украдкой поглядывает на Назара.
Назар Сядем, сядем, было бы где, — мы гости незваные. Может, помешали, так мы уйдем, откуда пришли. ( Смотрит на сватов. ) Так вот почему полковник послал меня с грамотами в Гуляй-поле! ( Глядя на Галю.) Весело, весело! Наливай полней горилки… и я выпью за твое здоровье! Да не бойся, не бойся, наливай!..
Галя в ужасе роняет поднос и флягу.
Хома ( в бешенстве ) Кто смеет издеваться над моей дочерью?
Назар Я! Или не узнал? Я, Назар Стодоля! Тот самый, за кого ты вчера обещал выдать дочку свою, тот самый, кого ты знаешь с той поры, как он вырвал тебя из-под ножа гайдамацкого! Вспомни еще: я тот, кто и самому гетману не позволит над собою смеяться!.. Узнал?
Xома Узнал. ( Равнодушно. ) Дальше что?
Галя Разве не ты прислал?
Xома Молчи! Прочь отсюда!..
Назар (останавливает Галю) Постой, останься тут! И тебя дурачат!
Хома Не дурачу, а как отец приказываю… Она просватана за Чигиринского полковника.
Назар ( с презрением ) Полковника! Вчера была моя, сегодня полковника, а завтра чья будет? Слышишь, Галя?
Галя ( падая на руки Назара ) Слышу! О, почему я не глухая?
Сват Осмелюсь доложить…
Назар Молчи, поганец, шептун…
Хома Отдай мне дочку мою! ( Робко подходит к Назару. )
Назар Прочь, Иуда!
Хома ( в ужасе ) Прохор, Максим, Иван, Стеха! Гей, кто там есть! Возьмите его, разбойника, он убьет меня!
Назар Пускай бог тебя убьет, детопродавец… ( К Гале. ) Галя, сердце мое! Скажи хоть одно слово: не знала ты, за кого? Отвечай: не знала?
Галя ( приходит в себя ) Не знала, ей-богу, не знала!
Назар ( к Хоме ) Слышишь ты?
Xома Не слышу, оглох!
Назар ( к гостям ) Люди добрые! Если вы не оглохли, так послушайте. Он называл меня своим сыном, а я его отцом, тогда он все слышал, а сегодня оглох… Где же его правда? Честный он человек? Правдивый, а?
Гости молчат.
Гнат ( подходит к Назару ) Он не человек. Брось его, — такая дрянь не стоит путного слова. ( Берет его за руку. )
Назар Постой… Нет, он человек, он называл меня сыном. ( К Хоме. ) Правда?
Хома Не тебе учить, как мне кого называть. Я ей отец, а не тебе, значит, моя воля отдать ее за кого хочу.
Назар А если она не захочет, тогда что?
Хома Заставлю.
Назар Можно ли кого заставить утопиться или повеситься? Разве ты бог, что в силах творить чудеса? Разве ты дьявол, что нет у тебя жалости к родному ребенку? Видишь, у нее есть сердце, а ты вместо сердца суешь камень. Слушай, и ты когда-то был молодой, и ты когда-то знал радость и горе. Скажи, что чувствовало, что говорило твое сердце, когда над тобой насмехались?
Хома Болтай еще!..
Назар ( в исступлении ) Ты еще глумиться надо мною!.. Да я растопчу тебя, как жабу! Лгун! ( Быстро подходит к нему и хватает его за горло. )
Галя ( схватив руку Назара ) Что ты делаешь! Убей меня… На, режь! Назар молча опускает руки.
Xома ( подбегает к сватам ) Видели? Хотел меня задушить! Сваты молчат.
Гнат ( к Назару ) Мы еще с ним расплатимся, придет час. Идем с этого базара.
Назар Не пойду! С места не тронусь.
Гнат Ну, так торгуйся. Может, уступят дешевле.
Галя Боже мой, боже мой, они издеваются надо мною!
Xома Не издеваются, а торгуются.
Гнат Довольно, брат… идем.
Назар Постой, еще не опоздали. ( Подходит к Хоме. ) Прости меня, я сгоряча забылся… Ты добрый человек. Прости или зарежь меня, только не говори, что она не моя, не говори!.. Смотри: я гетману никогда не кланялся. ( Падает на колени. ) Ради спасения твоей души, если у тебя есть бог в сердце, ради всех святых, если ты в кого веруешь, ради спасения твоей дочери, если она тебе дорога, — взгляни на меня! Пускай сваты со своим хлебом идут, откуда пришли. Христом богом молю, не губи ее, бедную. Лучше ее нет на свете, за что ты хочешь убить ее? Возьми голову мою, вот на, разбей ее обухом. Не надо мне головы, только дай своей дочке пожить еще на свете, не заедай ее века, она не виновата.
Хома, дрожа, посматривает на гостей.
Гнат ( быстро подбегает к Назару ) Кого ты просишь? Кому кланяешься? Перед кем падаешь ниц? После этого я на тебя и смотреть не хочу… Прощай! Кланяется дьяволу! Он тебя кипящей смолою напоит! ( Хочет идти. )
Назар ( удерживает его ) Постой!.. Дай еще одно слово сказать.
Галя ( обнимая ноги отца ) Вы обещали покойнице матери, когда она умирала, вы у самого гроба клялись выдать меня за Назара… Что вы делаете? Чем я вас прогневала?.. За что вы хотите меня убить? Разве я вам не дочь? ( Заливается слезами. )
Назар Камень! Железо! Ты огня захотел?.. Будет огонь, будет! Для тебя всю преисподнюю вызову… Жди меня!.. ( Гале. ) Бедная, бедная, нет у тебя отца, есть у тебя палач, а не отец! Бедненькая, сердце мое, пташечка моя бесприютная! ( Целует ее. ) А я еще беднее тебя, у меня и палача нет, некому и зарезать меня. Прощай, мое сердце, прощай. Скоро увидимся.
Галя безмолвная падает на руки Назара… Он целует. Хома силится вырвать ее. Назар отталкивает его и снова целует Галю.
Назар ( к сватам ) Расскажите полковнику, что видали и что слышали… Скажите, что его невеста у вас на глазах целовалась со мною. ( Галя обнимает его и целует. ) Видите, видите!.. Прощай же, мое сердце, моя голубочка! ( Целует ее. ) Я знаю, что мне делать. Я найду правду… Прощай, вернусь, ожидай!..
Галя падает без чувств. Назар, закрыв лицо руками, удаляется. Гнат и казаки за ним. Хома и сваты подбегают к Гале.
Акт второй
Внутренность простой хаты, опрятно убранной. На столе горят свечи. Хозяйка прибирает около печи.
Хозяйка Господи, Господи! Как подумаешь, когда еще мы были в девушках: заслышишь где-нибудь вечерницы, так даже тыны трещат: а теперь… вот скоро третьи петухи запоют, а вечерницы еще и не начинались. Оно хоть и праздник, — известно, колядуют, — а все-таки пора бы… Нет, что ни говори, а свет переменился. Хоть бы и запорожцы… ну, какие теперь запорожцы? Тьфу на их удаль, да и только!.. Такие ли были раньше? Бывало, как налетят из своей Сечи, что твои орлы-соколы! Бывало, схватит тебя который, до земли не допустит, так и носит… Ой-ой-ой! Куда это все подевалось?.. ( Покачавши грустно головой, поет. )
Звезда с месяцем над долиною
Повстречалася;
Дожидалася ясной зорюшки,
Не дождалася.
Я домой пришла, горько плакала.
Не молилася,—
На постель свою, неутешная,
Повалилася.
Не заснула я, все мне чудилась
Ночка темная
И вишневый сад, очи карие,
Брови черные.
На заре-заре я очнулася.
И сказала так:
За Дунай-реку чернобровый мой
На гнедом коне
Полетел орлом!.. Я все плакала,
Все смеялася.
Казаки домой от Дунай-реки
Возвращалися.
Не вернулся мой… Свою молодость
Что же трачу я?
Звезда с месяцем повстречалася,—
И заплачу я.
Точнехонько моя доля! Будто эту песню про меня сложили. Где мои молодые лета? — и следу нет, словно по воде поплыли. ( Помолчав. ) Что ж это в самом деле никто не идет? Ох, уж эта мне полоумная Стеха! Пошла за девушками да где-то и застряла с казаками. И свела ж их вместе нечистая сила! Добро бы этот Кичатый был парубок, а то старый уже человек… Ну и взял бы себе в ключницы не молоденькую, а рассудительную, преданную, да чтоб была на все руки, да старенькая, а эта… так и вертится, словно кубарь… Как-то он еще свою дочь пристроит? Гляди, лезет в полковницы! Долго ли она будет любоваться полковничьей лысиной вместо ясного месяца? Ох, ох! старики, старики! Сидеть бы вам на печи да жевать калачи: так нет, давай им женку, да еще молодую! Как бы не так!.. Вот Стодоля — молодец! Я его знаю, уж он протопчет тропинку через полковничий сад… Да и дурак бы он был, кабы не протоптал. Про себя скажу, что… того… Кто-то идет… Сейчас, сейчас… Наконец-то. (Открывает дверь.)
Входят Назар и Гнат.
Хозяйка Свят, свят, свят!.. Откуда, какою дорогою, каким ветром, какими путями занесло вас в мою хату?
Гнат Не спрашивай, голубка, состаришься, а старость, ей-богу, тебе не к лицу. Чего же ты насупилась?
Хозяйка Садитесь, пожалуйста, садитесь!
Гнат Ну, брось, не сердись. Мало чего с языка не слетит! Не все хватай, что плывет. У тебя сегодня вечерницы?
Хозяйка Разве наши вечерницы для вас? Вы пришли только так — посмеяться!..
Гнат Ну и посмеемся, коли будет весело.
Хозяйка ( глядя на Назара ) Будет весело, да не всем.
Гнат Ну, это мы увидим потом… А если бы нам чего-нибудь такого, для чего чарки делают, да и зубам поищи-ка работы. Проклятый скряга и поужинать не дал. Ну, что рот раззявила? Скорей!
Хозяйка Сейчас. ( Отходя. ) Бедненький Назар! ( Достает с полки флягу с вином и закуску и ставит на стол. Назар печально смотрит на Игната. )
Гнат ( к хозяйке ) Теперь знаешь что? Возьми метлу и смети-ка с месяца пыль, чтобы стало светлее. Ишь, как потемнело! А мы тем временем потолкуем о деле.
Хозяйка Что это, бог с вами!.. Разве я ведьма?
Гнат Я так, наобум сказал… Заткни себе уши. Поняла?
Хозяйка А!.. вы хотите поговорить вдвоем втихомолку? Ладно, я пойду за Стехою. ( Надевает свиту и уходит. )
Гнат ( посмотрев ей вслед ) Ушла… Ну, что ж ты смотришь на меня, словно не узнаешь?
Назар Теперь бы и отца родного не узнал.
Гнат Умные люди все так делают: и в барских хоромах и в мужичьей хате! ( Наливает рюмку и подносит. ) Не хочешь? Как хочешь! А я бы советовал чарочку, другую адамовых слезок, как говаривал, бывало, отец эконом. Братский монастырь ты небось не забыл?
Назар Нет, ты лучше скажи, зачем ты меня привел сюда?
Гнат Затем, чтоб поговорить с тобой, как с казаком, а не с бабою. За казацкий ум и за казацкую волю! ( Выпивает. )
Назар Счастливый ты человек!..
Гнат Ты счастливее!
Назар Побыл бы ты в моей шкуре!.. Идем, Гнат! Мне тут душно.
Гнат Погоди, еще рано… Посмотрим, как добрые люди веселятся, и посоветуемся, куда нам идти.
Назар Мне все равно, куда ни поведешь.
Гнат Ты опять баба! Разве пристали казаку такие речи?
Назар Горько мне, Гнат! Ты смеешься, а у меня печенки воротит! Разве мое горе смешно для тебя?
Гнат Смешновато…
Назар А я думал, ты добрый.
Гнат А я думал, ты казак, а ты, вижу, — баба!.. Ну, скажи мне, что это ты сходишь с ума? Где у тебя твой ум? Стоит ли женщина, будь она хоть дочкой немецкого цезаря, стоит ли она такого дорогого добра, как мужской ум?
Назар Стоит.
Гнат Враки! Ты знаешь, в какую цену поставил царь Соломон золотой плуг? При нужде, говорит, кусок хлеба дороже, чем золото. А я скажу, чарка горилки казаку милее всех женщин на свете!
Назар Морочишь ты меня, Гнат, а мне теперь так нужен преданный друг.
Гнат Ладно. Я и есть этот друг, потому что говорю тебе правду. А если хочешь, я для тебя и врать начну. Все, что хочешь.
Назар Не смейся, а говори толком, что же мне, по-твоему, делать. Тебе можно и говорить и думать.
Гнат Вот что. Прежде всего выпей горилки. Она и без меня наставит тебя на ум. ( Наливает рюмку. ) Не забыл ли ты, как умно рассуждает латинский пиит…{4} как его… ну, тот, за которого меня в Братстве попарили розгами, когда отец ректор нашел у меня за голенищем его премудрые вирши. Он говорит: «Все пустяки, кроме горилки, а иногда и женщина — кстати». Вот как-то! ( Выпивает. )
Назар ( презрительно ) Жалкий ты, несчастный человек! Я думал, что в тебе есть хоть крошка добра, а в тебе нет даже и того, что есть у скотины. О, если бы ты мог заглянуть сюда ( указывает на сердце ), куда сам бог не заглядывает! Да нет! Может, ты только так говоришь… Друг ты мой добрый, мой верный, ведь плакал же ты когда-нибудь: плачь со мною теперь, хоть притворяйся, да плачь. Не мучай меня. У меня от горя сердце рвется! Пусть уж черти смеются в аду: им любо… А ты все же человек… ( С участием смотрит на него. )
Гнат Верно, я человек, я мужчина, а ты и в самом деле баба, еще раз тебе говорю: черт знает, из-за чего убиваешься!