Начинаю всё больше и больше помнить это. Вчера, казалось, помнил почти всегда. Так ч[то] думается, ч[то] мое радостное состояние не от «желудка». Вчера поправ[ил] письмо амер[икан]цу и Переворот. Нынче с утра не одеваясь переделал всё пись[мо] ам[ерикан]цу — не переделал, а поправил. Вчера утром б[ыл] кореспонд[ент] Рус[ского] Сл[ова]. Я рассказал и продиктовал ему о Вехах. Особенно худого нет, но лучше б[ыло] бы не делать. Письмо мужика уж оч[ень] — и законно — хочется сделать известным. Приехала Лина с детьми. Душан вернулся, опасность миновала «пока». Вечером, кажется, огорчил Лину, говоря о детском религиозном воспитании — дурно. Весна чудная. Теперь 11-й час. На душе хорошо, но нет охоты писать. И прекрасно. Вчера б[ыл] оч[ень] интересный челов[ек], пришедший пешком из Симбир[ска]. Много он сказал хорошего, но лучше всего то, что по его мнению: Главное, в чем нуждается теперь народ — это в духовной пище.