Были семинаристы. Я говорил с ними с усилием и опять без памятования о Боге в них.. Ходил тихо по саду. Миташа Об[оленский].
29 Мая. Встал здоров. Вышел. Тульск[ие] просители. Опять забыл и недобро говорил с ними, отказывая. Пошел в сад и оч[ень] хорошо думал. Запишу. Вчера хорошее письмо Ч[ерткова] к Кузьмину. Нынче чуть-чуть поправил «Н[ет] в м[ире] в[иноватых]» и занялся о любви. Недурно поправил. Ездил хорошо в Колпну. Записать:
1) Общение человека с человеком есть единственное и величайшее таинство: сознание себя (Бога) в другом. Только бы понимать его таинство.
2) Люди, мало мыслящие и занятые своими целями, не могут переноситься мыслью в других. — А это-то и важно.
3) Сходясь с людьми, не думай о своей выгоде, а о том, как ты будешь судить о себе, а думай о выгоде того, с кем сходишься, и не думай о том, как он будет судить о тебе.
4) Оч[ень] хотелось бы в Н[ет] в[иноватых] показать, как все люди живут одним своим и глухи ко всему остальному.
Милый Ив[ан] Ив[анович] огорчился на Ч[ерткова]. Письма довольно приятные. Написал О Женщ[ипах] письмо и ответ на осуждения. Поразительная история Кашинской. Спор о вегетарьянстве Николаевой (В подлиннике описка: Николаева) с.... (забыл). Я вмешался и огорчил, вероятно, NN. (Так в подлиннике). И мне больно стало.