Несколько дней не писал, чувствовал себя телесно оч[ень] дурно и душевно подавленным, но не злым, слава Богу. Писал пустые письма и читал. Приехали милые Поша, Ив[ан] Иванович и Николаев. Нынче чувствую себя так хорошо, как давно не было. Черт[ков] подавлен, и мне больно и за него и за себя. Всё живее и живее чувствую потребность писать для grand monde[большого света], и только для него. Ив[ан] Ив[анович] с своими маленькими книжечками оч[ень] подсвежил это желание. Нынче всё утро читал легенду о Кришне. И то самое, что (Ударение Толстого) я отверг, имея в виду наш круг, превосходно для народа: легенда, подобная Христианской, среди другого, чуждого народа. Мы решили:
1) Очерк Индии, ее истории и теперешнего положения,
2) Легенда Кришны и 3) Изречения Кришны. Можно потом
4) Изречения новейших — Рамакришны и Вивикананды. Потом
5) Обзор Китая и 3 религии, 6) Буддизм, 7) Конфуиц[ианство],
8) Таосизм, 9) Магомета изречения, 10) Бабизм.
Завтра возвращается Саша и 5 Сухотиных — радость. Вчера были два посетителя: интелигент калмык, литератор, возвращающийся к земле, и революционерка — просила 1000 р[убле]й для освобождения брата 15 лет на 12 лет каторги.