[Fam., VIII, 13]
Рим, июнь 50 г.
Целий Цицерону привет.
1. Поздравляю тебя с тем, что ты в родстве с человеком, клянусь богом верности, прекрасным1078; ибо такого я мнения о нем. Но прочее, чем он до сего времени был себе мало полезен, уже отпало с возрастом, а если что-нибудь и останется, то, будь уверен, быстро будет устранено благодаря общению с тобой и твоему авторитету и скромности Туллии. Ведь он не упорен в пороках и не туп к пониманию того, что лучше. Затем (что самое важное) я очень люблю его.
2. Ты будешь доволен, Цицерон, что запрет, наложенный нашим Курионом по поводу провинций1079, имел великолепный исход; ведь когда было доложено о запрете (о чем доложили на основании постановления сената) и когда первым высказал мнение Марк Марцелл1080, который признал нужным обратиться к народным трибунам1081, сенат в полном составе отверг это. Помпею Великому1082 теперь, разумеется, так не по себе, что он едва находит то, что ему нравится. Подали голос за то, чтобы обсудить вопрос о том, кто не хочет ни передать войско, ни передать провинцию1083. Как Помпей перенесет это, напишу, когда узнаю. Что именно произойдет для государства, если он либо окажет вооруженное сопротивление, либо не обратит внимания, увидите вы, богатые старики.
Когда я пишу это письмо, Квинт Гортенсий1084 находится при смерти.