220

Начиная съ Петра Великаго, въ литературз нашей не пе-

реставало слышатьса обличительное слово, направленное про-

тивъ дихоимства, ябеды, беззаконныхъ судей и приказныхъ.

Противь «застарплоа неправды» рвко говорил Посошковъ

въ евоихъ проектахъ, грима проповмь ееопна Прокопо-

вича, висал сатиры Кантемиръ, колко д откровенно выра-

жались пампеты Сумарокова и Нахимова,

пися 10лый рядъ между которыми встрмаеиъ

«Ябеду» Каписта и «Несшханное диво иди честный секретарь»

Судовщикова. Ни императрица Екатерина 11, ни Фонъ-Ввзинъ

не обошли этого общественнаго вопроса, и перо послднто

завтщало намъ превосходныя «письма, вайденныя по блажен,

ной кончицЈ надворнаго совмнваа Взяткдна»;

прошлаго eT01tTia съ самымъ живымъ, энергическпъ

возвышали свой голосъ противь и вая•

токъ, и это одна изъ самыхъ характеристическихъ сторовъ

втихъ Невољно раждаетса вопросъ : почему же, не

смотра на такое дружное литературное «за-

втар%даа неправда» долго оставалась и

— нечего таить —

Я еихъ порь остается въ нашихъ нравахъ ?

Справедливы ли жалобы на недостатокъ правосуд(я ? спра-

тиваетъ «Всякая Всячина», журналъ, издававшшся статсъ-

секретаремъ Екатерины 11, Козицкииъ; справемввы ли вти

жалобы теперь, когда честный гражданинъ долженъ признать-

ся, что можетъ быть никогда правительство не боЛе

заботы о своихъ подданныхъ, какъ въ настоящее время? Мы

не можешь c0MBtBaTbcs, что «великой upiTH0

что она сама справедлива и что жепетъ въ са.

момъ виПть справедливость и въ AHcniE