Мы как рабы безгласные. До третьей недели поста никак не удосужились написать тебе, хотя и много раз собирался писать; то немощен, то устал, то недосужно было, то неожиданные посетители помешали. Вот так время и проходило. Не раз собирался я написать общее письмо сестрам N, да все не удавалось. Недосуг увеличился и оттого, что пожелали устроить придел во имя святителя Амвросия и благоверного князя Александра Невского. Устроить как-нибудь будет нехорошо; а устроить хорошо, -- будет стоить немалых расходов. А кроме того, из старого неудобно устраивать новое хорошее. Вот архитектор приходит, и толкует так и сяк, а через это отнимает у меня время; а затем приходит рядчик и подрядчик. Вот тут и сбывается старинная поговорка: "Толкуй больной с подлекарем". Кроме же всего этого и пищеварительные органы ослабели, и требуют разного угождения, да еще безвременно, и не по должному порядку. Вот тут думай, и рассуждай, и пригадывай, как и что. Не без причины повторяется пословица: "У кого что болит, о том он и говорит".
О твоем обычном продолжающемся мудрствовании теперь говорить не буду. А пожалуй скажу одно, что нельзя верить тому, как и что толкуют неопытные. Всякого своя совесть, а не чужая, оправдывает и осуждает. Имеем апостольскую заповедь, глаголющую: "Темже прежде времене ничпгоже судите, дондеже приидет Господь, Иже во свете приведет тайная тмы, и объявит советы сердечныя; и тогда похвала будет комуждо от Бога" (1 Кор. 4: 5), а не от людей, и не по суду людей.
Хотя теперь и Четыредесятница, но не хочется упустить случая написать вам докучливую сказку, которую мы недавно прочитали, в одной книге напечатанную: жили были журавль да овца, накосили они себе стожок сенца; не начать ли басню опять с конца. Басня эта очень похожа на мое положение. Всякий день начинай опять с конца выслушивать докучливую сказку.