Княгиня, какъ и всѣ почти женщины, въ горячемъ разговорѣ не умѣла понимать противника. Скажите женщинѣ въ такую минуту самымъ невиннымъ образомъ что сегодня дурная погода, и она усмотритъ въ этихъ словахъ самый оскорбительный намекъ. Точно такъ и княгиня приняла послѣднюю фразу добрѣйшаго и безобиднѣйшаго Степана Андреевича за угрозу. "Я буду сожалѣть объ этой сценѣ, то-есть онъ заставитъ меня въ ней раскаяться!" мгновенно сообразила она и почувствовала опасныя судороги въ сердцѣ. Княжна должна была пощупать ея пальцы, въ которыхъ она ощутила холодъ; горничная должна была укутать шалью ея ноги; къ вискамъ ей приложила какую-то соль; лакей поскакалъ на извощикѣ за Вретищевымъ.
Княжна, рискуя что ея поведеніе будетъ прознано совершенно неблаговиднымъ въ такія минуты, ушла въ свою комнату и, подойдя къ окну, принялась съ тупымъ равнодушіемъ глядѣть на улицу. Многое что незамѣтно накоплялось въ послѣднее время въ ея груди встало, потревоженное этою незначительною сценой... Ей не хотѣлось плакать; но тоскливое, недовольное чувство съ тупою болью надавливало ея душу. Она никого не обвиняла; ее только схватывала жажда чего-то другаго...
Вретищевъ пріѣхалъ, прописалъ княгинѣ какія-то капли и кажется успокоилъ ее. Онъ однако терпѣть не могъ паціентокъ съ нервнымъ разстройствомъ и держалъ себя сухо.
Когда онъ вышелъ въ залу, отдѣлявшую уборную княгини отъ комнатъ княжны, послѣдняя неслышными шагами нагнала его.
-- Вы собираетесь уѣхать, не повидавшись со мною? остановила она его, хмуря свои безпокойно опустившіяся брови.
Вретищевъ поздоровался съ нею, стараясь прогнать съ лица недовольное выраженіе, вызванное нервами княгини.
-- Это меня княгиня съ толку сбила, оправдывался онъ.-- Когда женщина страдаетъ нервами, я всегда чую въ воздухѣ домашнюю сцену; и въ этихъ случаяхъ постороннему человѣку всегда лучше стушеваться...
-- Это очень благоразумно, но не великодушно, замѣтила дѣвушка.
-- О, княжна, кто можетъ нуждаться въ моемъ великодушіи? возразилъ Вретищевъ.
Тѣнь лежавшая на лицѣ княжны не покидала его, и темные глаза ея еще болѣе потемнѣли во время этого коротенькаго разговора.
-- Вы придираетесь къ словамъ, Николай Михайловичъ, возразила она, и сдѣлала нѣсколько нерѣшительныхъ шаговъ къ своей комнатѣ. Вретищеву оставалось только послѣдовать за ней.-- Я тоже могла бы спросить васъ, основательно ли вы считаете себя человѣкомъ совершенно постороннимъ для насъ?
-- Я всегда очень цѣнилъ ваше вниманіе, княжна, и очень дорожу расположеніемъ княгини... оправдывался съ нѣсколько смущеннымъ видомъ Вретищевъ.
Княжна пригласила его сѣсть, а сама стала подлѣ, облокотившись красивыми руками на спинку стула.
Она замѣчала что посѣщенія Вретищева становились все рѣже и короче. Конечно, у него много дѣла, но, можетъ-быть, онъ просто хочетъ незамѣтно отстать отъ дома, отъ нея... Кровь на мгновеніе прилила къ ея матовымъ щекамъ при этой мысли и въ глазахъ блеснула какая-то искра.
-- Знаете ли, заговорила она съ подавленнымъ, тревожнымъ раздраженіемъ,-- я думаю что мнѣ не слѣдовало останавливать васъ, тамъ въ залѣ... Ваши посѣщенія становятся такъ рѣдки что право надо наконецъ сознаться что наши бесѣды не доставляютъ вамъ больше прежняго удовольствія.
Вретищевъ въ какомъ-то затрудненіи пошевелилъ губами.
-- Вы мнѣ дѣлаете вызовъ, княжна, отвѣтилъ онъ,-- и для своего оправданія я долженъ сообщить вамъ новость: у меня есть невѣста, а потому я теперь не такъ свободно располагаю своимъ временемъ.
Стулъ, который княжна покачивала за спинку, отъ небольшой неловкости ея разомъ опустился на заднія ножки и стукнулъ. Вретищевъ самъ слегка вздрогнулъ отъ этого неожиданнаго рѣзкаго звука; отчего жь не могла вздрогнуть княжна, и не объясняла ли эта маленькая случайность блѣдности, мгновенно согнавшей съ ея лица послѣднія кровинки?
Платокъ, который княжна держала въ рукѣ, при этомъ происшествіи упалъ на полъ. Княжна наклонилась чтобы поднять его, и это движеніе возвратило ея лицу часть краски.
-- Вы женитесь? переспросила она.
Ея голосъ какъ будто дрогнулъ слегка, но лицо уже сохраняло спокойное выраженіе; только блики исчезли въ глазахъ.
-- Женюсь, подтвердилъ Вретищевъ.
-- И можно узнать на комъ?
-- На сестрѣ вашего знакомаго, Ильяшеа.
-- Я не видала ея... сказала княжна.-- Поздравляю васъ, вспомнила она и протянула Вретищеву руку.
Узкіе, поблѣднѣвшіе пальцы ея были холодны, и Вретищевъ едва почувствовалъ ея пожатіе. Оба какъ-то избѣгали взглянуть другъ на друга. Но къ княжнѣ быстро возвращалось самообладаніе и даже какая-то нервная ажитація.
-- Вы не сообщили еще maman этой новости? спросила она, и на отрицательный отвѣтъ Вретищева быстро подала ему руку и повела къ матери.
-- Maman, поздравьте Николая Михайловича, онъ женится! сказала она, близко подводя доктора къ креслу, въ которомъ все еще, обложенная подушками и окутанная шалью, сидѣла княгиня.
-- Вотъ какъ? А мнѣ ничего не сказалъ! томно удивилась княгиня, и поздравила.
-- На Mlle Ильяшевой, добавила княжна.-- Ея розовыя ноздри нервно шевелились и ширились, подергиваемыя какой-то дрожью.
-- Ну, я всегда желала вамъ всякаго благополучія, и теперь желаю... заключила больная и еще разъ поздравила.
Княжна все не могла успокоиться. Она отыскала Бориса и привела его тоже поздравить Вретищева; вспомнила о дѣвицѣ Шершиной, отчасти уже знакомой читателю, но давно уже оттѣсненной въ этомъ разказѣ другими лицами, и ее привела; только Соловцова нигдѣ не могли найти, потому что послѣ размолвки съ княгиней онъ сначала заперся въ своемъ кабинетѣ, а потомъ куда-то уѣхалъ. Два слабыя розовыя пятна играли на блѣдныхъ щекахъ княжны, пропадая и вспыхивая.
Напряженное оживленіе разомъ покинуло ее, какъ только она осталась одна. Неспѣшно вернулась она въ свою комнату, и опустившись на стулъ, съ тоскою сжала руки. Въ сухихъ глазахъ она чувствовала жаръ, и сердце, отяжелѣвъ и свернувшись клубкомъ, словно не двигалось въ груди. Обрывки мыслей несвязно и тускло тянулись... Дорогъ ли ей былъ Вретищевъ? На этотъ вопросъ она могла отвѣчать увѣреннѣе, чѣмъ еслибы спросила себя: любила ли она его? Да, дорогъ, потому что она какъ-то привыкла связывать его съ тою перемѣной, съ тѣмъ выходомъ, которыхъ она ждала для себя. Она ничего не рѣшала, но она привыкла знать что подлѣ нея, въ запасѣ, есть человѣкъ готовый протянуть ей руку. Ей припоминался одинъ, уже довольно давній разговоръ съ Ильяшевымъ, еще до его поѣздки въ Петербургъ, когда она, оглянувшись на тяжело упавшую за ними портьеру, спрашивала: "или вы думаете что жизнь -- настоящая, дѣйствительная жизнь -- никогда не постучится въ эти двери?" Она припомнила и недоумѣвающую полунасмѣшливую улыбку съ какою Ильяшевъ принялъ эту фразу... Неужели онъ былъ правъ? Неужели жизнь, дѣйствительность стучится не для борьбы, не для столкновенія, а приходитъ съ готовымъ рѣшеніемъ, чтобы наложить тяжелую, неотвратимую руку? Неужели счастья такъ мало, что даже бороться изъ-за него нельзя и не съ кѣмъ, и остается только покорно примириться съ мыслью что оно и завтра, и черезъ годъ, и черезъ десять лѣтъ точно такъ же будетъ проходить мимо, какъ идетъ сегодня?
Минута которой она мечтательно ждала приблизилась; жизнь толкнулась въ ея дверь. Но развѣ такъ она собиралась ее встрѣтить? Развѣ она не приготовилась, рука объ руку съ любимымъ человѣкомъ, выступить на борьбу съ сложившимися понятіями, съ стихійнымъ сопротивленіемъ условій, подготовленныхъ ея рожденіемъ, обществомъ, предразсудками? И все это опрокинуто такъ легко, такъ просто, такъ законно? Развѣ Вретищевъ не въ правѣ былъ протянуть другой ожидаемую руку? Развѣ имѣли какое-нибудь значеніе ея заблужденія, которыми она привыкла себя тѣшить?
Ей было больно, и обидно, обидно за свои мечты, за свои заблужденія. Злая гордость минутами вставала въ ея душѣ и обливала ее ядомъ. Ждать долго, ждать самоувѣренно, и въ концѣ концовъ узнать что это только недоразумѣніе... Какъ мучительно въ эти минуты она ненавидѣла Вретищева!
Дни потянулись долгіе, ничѣмъ не наполненные. Тупая тоска, то вспыхивавшая въ капризномъ раздраженіи, то томительно застывавшая, не покидала княжны. Ждать вдругъ стало нечего.
Въ домѣ понемногу все успокоилось. Княгиня очень скоро почувствовала отсутствіе Соловцова и пожелала съ нимъ примириться. Въ душѣ оба рѣшительно ничего не имѣли другъ противъ друга и сблизились очень легко. На радостяхъ княгиня даже стала выѣзжать и принимать чаще обыкновеннаго, хоть не шумно,-- дѣло было постомъ,-- и на Вербной недѣлѣ затѣяла даже большое музыкальное soirée, воспользовавшись прибытіемъ изъ Петербурга одной изъ тѣхъ великопостныхъ знаменитостей, которыя въ столицѣ остальное время года какъ-то вдругъ стушевываются, продолжая разрабатывать свой талантъ лишь на почвѣ даровыхъ обѣдовъ и маленькихъ вечеровъ съ ужиномъ. Княжна безъ всякаго сопротивленія приняла участіе въ этихъ увеселеніяхъ; она не надѣялась увлечься ими, но зачѣмъ же было и отказываться отъ нихъ?
Музыкальный вечеръ вполнѣ удался. Общество собралось большое; заѣзжая знаменитость, въ узенькомъ фракѣ и съ резиновымъ шнуркомъ вмѣсто цѣпочки, переиграла рѣшительно все что только просила окружавшіе ее цѣнители и цѣнительницы, и вставъ изъ-за рояля, уже рѣшительно не знала что дѣлать съ собой и съ своими руками, красными отъ напряженія. Ильяшевъ былъ въ числѣ приглашенныхъ и до извѣстной степени служилъ даже центромъ всего общества. Его даже видимо стѣсняло это вниманіе, и онъ искалъ случая постоянно быть подлѣ княжны, чтобы какъ можно менѣе сталкиваться съ любопытными взглядами толпы. Вретищевъ тоже пріѣхалъ. Княжна спокойно сдѣлала нѣсколько шаговъ ему навстрѣчу, и протянувъ руку, сказала:
-- Какъ жаль что я не знакома съ вашею невѣстой; мнѣ такъ бы хотѣлось видѣть ее на этомъ вечерѣ...
-- Послѣ свадьбы нашъ первый визитъ будетъ къ вамъ, отвѣтилъ Вретищевъ.
-- Я разчитываю... заключала княжна, и прошла дальше.
Ильяшевъ, стоявшій подлѣ нея, очутился лицомъ къ лицу съ докторомъ. Было довольно странно что они еще не встрѣчались со времени помолвки Паши; но Вретищевъ, когда невѣста уговаривала его съѣздить къ брату, какъ-то вскользь усмѣхался и говорилъ что времени еще много, а знакомы они и безъ того; Ильяшевъ же, съ своей стороны, находилъ первый шагъ неумѣстнымъ.
-- Я отъ души былъ радъ, узнавъ нашу семейную новость; поздравляю васъ, заговорилъ Ильяшевъ, протягивая Вретищеву руку.
Тотъ только позволилъ пожать себѣ кончики пальцевъ.
-- Благодарю васъ, отвѣтилъ онъ, и взглянувъ на будущаго beau-frère'а скользящимъ взглядомъ, отошелъ въ сторону.
"Этотъ господинъ не желаетъ удостоить меня своимъ расположеніемъ", подумалъ ему вслѣдъ, слегка пожавъ плечами, Ильяшевъ. "Хорошо, пусть же и они ничего не ждутъ отъ меня", добавилъ онъ мысленно, мгновенно перенося раздраженіе и на Пашу.
Эта встрѣча обновила въ немъ мысль что онъ явился на вечеръ не для того только чтобы слушать великопостную знаменитость. Онъ оглядѣлся, и замѣтивъ княжну на другомъ концѣ залы, дождался пока подлѣ нея никого не было, и подошелъ къ ней. Была какъ-разъ та минута, когда знаменитость, проигравъ весь свой репертуаръ и не зная чт о съ собой сдѣлать, одичало косилась на толпу, начинавшую разбиваться на группы.
-- Не подарите ли вы мнѣ нѣсколько минутъ разговора? обратился онъ къ княжнѣ, внезапно очутясь подлѣ нея.
Княжна съ нѣкоторымъ удивленіемъ вскинула на него глазами.
-- Вы такъ спрашиваете, какъ будто имѣете дѣло ко мнѣ? сказала она.
-- И очень важное, подтвердилъ Ильяшевъ.
-- Такъ я васъ слушаю, все еще съ недоумѣніемъ согласилась княжна, и пошла вдоль стѣны къ маленькой проходной гостиной, въ которой въ то время никогоне было.
Ильяшевъ внутренно рѣшилъ не откладывать ни одной минуты дальше, и старался смирить невольное волненіе чувствовавшееся въ груди.
-- Я буду коротокъ и ясенъ.... заговорилъ онъ, усаживаясь подлѣ княжны за широкимъ трельяжемъ, разгораживавшимъ комнату.-- Я не буду объяснять вамъ что привело меня къ рѣшенію о которомъ вы сейчасъ узнаете: причины объяснятся сами. Я просто предложу вамъ вопросъ: позволите ли вы мнѣ явиться къ вамъ завтра съ формальною просьбой вашей руки?
Княжнѣ въ первую минуту показалось что она ослышалась. Она подняла на Ильяшева взглядъ полный недоумѣнія и недовѣрія; тотъ встрѣтилъ его спокойно и какъ-то серіозно улыбаясь.
-- Я не боялся чтобы форма съ которою я обратился къ вамъ, пропустивъ всѣ употребительные въ такомъ случаѣ намеки и полупризнанія, могла бы оскорбить васъ.... продолжалъ онъ сдержанно, понизивъ голосъ и любуясь этимъ красивымъ лицомъ, нервно ловившимъ и отражавшимъ каждое его слово.-- Я немножко умѣю различать женщинъ и увѣренъ что искренность не нуждается въ вашихъ глазахъ ни въ какой условной обрядности....
Прошло нѣсколько секундъ прежде чѣмъ княжна могла сообразить свой отвѣтъ.
-- То что вы сказали, произнесла она наконецъ,-- такъ для меня неожиданно что я не могу сегодня отвѣтить вамъ ни да, ни нѣтъ. Во всякомъ случаѣ я буду ждать васъ завтра....
Она поспѣшно встала. Ильяшевъ всталъ также, и наклонившись къ ея рукѣ, поцѣловалъ ее.
-- Вы не позволите мнѣ ничего сказать сегодня княгинѣ? спросилъ онъ.
-- Нѣтъ, подождите моего отвѣта.
Ильяшевъ тотчасъ простился и уѣхалъ.
Княжна не спала эту ночь. Поутру она была блѣднѣе обыкновеннаго, выходя въ гостиную. Ильяшевъ уже ждалъ ее, и какъ только она сѣла въ сторонѣ отъ другихъ, подошелъ къ ней и спросилъ вполголоса:
-- Утро вечера мудренѣе ли?
-- Вы можете переговорить съ maman, отвѣтила также тихо княжна, и вышла изъ комнаты.
Княгиня не была слишкомъ озадачена сватовствомъ Ильяшева. Въ качествѣ матери у которой взрослая дочь, она была въ постоянной готовности выслушать предложеніе, и перебирая въ мысляхъ всѣхъ знакомыхъ отъ которыхъ оно могло бы послѣдовать, не разъ уже останавливалась на Ильяшевѣ. Нѣсколько тусклое съ ея точки зрѣнія происхожденіе нашего героя отчасти смущало ее; но въ концѣ концовъ это не могло служить препятствіемъ. Въ сущности она рада была выдать дочь за кого угодно, лишь бы внѣшнія условія сколько-нибудь подходили. Надо было во всякомъ случаѣ узнать мнѣніе дочери и посовѣтоваться съ Соловцовымъ. Поэтому она отвѣтила Ильяшеву уклончиво и попросила его заѣхать вечеромъ совершенно запросто. Претендентъ, прощаясь, на всякій случай поцѣловалъ ея руку.
По уходѣ его княгиня дернула за сонетку и приказала явившемуся лакею тотчасъ попросить къ ней Соловцова.
-- Мой другъ, я хочу узнать твое мнѣніе въ семейномъ дѣлѣ... обратилась къ нему княгиня, усадивъ его близко подлѣ себя.-- У моей Barbe оказывается женихъ: Ильяшевъ. Сейчасъ онъ сдѣлалъ формальное предложеніе.
-- Ну... что жъ? произнесъ только Соловцовъ.
Всякій разъ когда требовалось подать мнѣніе, онъ испытывалъ прежде всего нѣкоторое затрудненіе.
-- Да то что я хотѣла бы обсудить это дѣло... Ты вѣдь, кажется, хорошо знаешь его, даже занялъ у него большія деньги?
-- Я въ немъ кромѣ хорошаго ничего не замѣтилъ, отвѣтилъ Соловцовъ. Онъ начиналъ освоиваться съ вопросомъ и испытывалъ удовольствіе оттого что его призвали на семейный совѣтъ.
-- Стало-быть онъ богатъ, если даетъ такія деньги взаймы? продолжала княгиня.
-- Богатъ, это-то я знаю, подтвердилъ Соловцовъ.
-- И по службѣ поставленъ отлично. По-моему, партія довольно подходящая, заключила княгиня.-- Конечно, это не то чего я желала бы для Barbe, но въ провинціи нельзя быть разборчивою. Одно только: у него тутъ какое-то родство, сестра и еще кто-то... я терпѣть не ногу этой родни безъ имени.
-- Молодые вѣроятно вѣдь въ Петербургѣ будутъ жить? возразилъ Соловцовъ.
-- Конечно; а тутъ ужь я сумѣю поставить все на должную ногу. Такъ сказать Barbe?
-- Сказать во всякомъ случаѣ надо.
Княжну тотчасъ позвали. Княгиня начала прямо съ того что поцѣловала ее въ лобъ нѣжнѣе обыкновеннаго и провела рукой по ея волосамъ.
-- Ильяшевъ за тебя сватается... Ты знала это? обратилась она къ дочери.
-- Онъ мнѣ вчера сказалъ... отвѣтила спокойно княжна.
-- Слѣдовательно его сегодняшній визитъ съ твоего разрѣшенія? Ну, такъ дальше и спрашивать нечего. Поздравляю тебя, дружокъ мой.
И княгиня опять, и еще нѣжнѣе прежняго, поцѣловала дочь. Соловцовъ схватилъ ее обѣими руками и съ чувствомъ поцѣловалъ прямо въ губы. На глазахъ у него были слезы.
Княжна осторожно освободилась отъ этихъ ласкъ, и воспользовавшись первымъ предлогомъ, ускользнула изъ комнаты.
"Что она дѣлала и зачѣмъ?" какъ-то тупо стояло въ ея головѣ и не находило разрѣшенія.
А ей просто хотѣлось новаго, и это новое можетъ-быть тѣмъ болѣе привлекало ее что въ немъ заключалась значительная доля неизвѣстнаго.
И неужели опять ждать любви, идеализировать, мечтать? Нѣтъ, ужь лучше сумѣть управиться съ тѣмъ что жизнь подставляетъ, вопреки мечтамъ и ожиданіямъ...