човъ, верчусь—ивнеиогаа и физичесви (хоть и не худ“ М-

домъ), и нравственно. Не успвешь набридтъ а туп

надо писать урови дла Насйднива; а тмъ Ще*товъ всъ

поговаеть, чтобъ сворн ловчить записву о преобразовати

въ Универитетђ учебной органивф•, а тамъ опять про-

б“.и гнусную ди Насл%днива, чтмъ

nrepia ди урововъ. Видин Бон, а вмоти.а и не

вивовв ни иердъ вНъ. Шть пать Bcivit пропио въ

MHia веивой внагини Едены

Павловны! А это пать Войдите гь мою шкуру и

пожалите, а не браните. IIoxozeHie дьъ трудно опух»

лить въ Асвольвихъ словахъ. Оно крайне страннн

pauia, но ваваа-то ±ильни. идеть.

Царь стоить в»пво, вавъ вивто не ждал. Коптеть

дла вывупв врестьанъ у мелвопомвстннхъ пойщивовъ,

менђе тщати цушныхъ; есть Коптеть о nepexozeHiH дота

Крдитвымъ YcraH0BxeHiAMb на землю; есть Комитеть о пре-

устрйств врестьянъ государственныхъ, уд•ьь-

ныхъ, дворцовыхъ и заводсвихъ. Зр'Ьетъ мысль о ливвидаф

допа пойщиковъ Кредитнымъ YcNHoueHiHMb чраъ пер

водъ его на врестьанъ, съ отводомъ имъ .гь

соразмЫной части земли. Обь этомъ много толвовъ, но по-

куп, врой ТОДЕОВЪ объ этомъ, ничего йтъ. Дворянство

гнусно, гнусно и гнусно. Оно довазало, что быть душевла-

дЪдьцемъ безнавазанно недыа: профершпилили и совТсть, и

сердце да и умъ вдобавовъ.

Странное время! Кавое-то с%рое, неопредьевное, въ во-

торое и солнце сйтитъ и тучи ходдть. Родн совершаются.

или, свор'ђе, время родовъ подходить. Если говорить о впе-

чатлыяхъ моихъ личныхъ, то сважу ваиъ, что очень мрач-

ною картина мм ве важетса. Толви пом%щивовъ не могуть

привести ни въ чему. За новое врема и масса, и Русская мысль,

и Царь; что-жъ могутъ пойщиви? У народа—много тавта,

много политическаго смысла: его разговорами не собьешь. У

насъ нардъ больше и больше понимаеть въ чемъ хЬло. Его