—121—

и условясь лишь въ томъ, чтобы эти

были переданы Русскому Двору въ одинъ и тотъ же день “

1)афъ Л. Н. Толстой писалъ Фету: „ЧТО вы думаете о

ПольсКихъ дьахъ? В'Ьдь дтЬло-то плохо! Не придется ли намъ

съ вами и съ Борисовымъ снимать опять мечъ съ заржавлен-

наго гвоздя“ 69)?

5 апр±ля 1863 года, послы и пов±рен-

ный въ хЬлахъ прибыли одинъ за другимъ шь князю

Горчакову, и соблюдая порндокъ своего старшинства въ дипло-

матическомъ корпусђ (сперва герцогь Монтебелло, потомъ

лордъ Непиръ и наконецъ графъ Тунъ), вручали по очереди

воти съ депешъ, полученныхъ каждымъ изъ нихъ отъ пра-

вительства. Князь Горчаковъ, какъ говорнтъ, принималъ депеши,

не входилъ ни въ съ иностранными ми-

нистрами и объявилъ имъ только, что депеши будуть пред-

ставлены на pucM0TprhHie государя“ 70).

депеша основывала право вм%шате.льства въ

ПольскВ[ дЪла на 1-ой статй заключительнаго акта Мнскаго

конгресса, воторою Царство Польское присоединено въ

свой на перечисленныхъ въ той же

и воторыя, по Правительства ел Британскаго величе-

ства, не были исполнены Графъ Русселъ находилъ,

что даже nocrh 1830—31 годовъ, Русское Прави-

телъство не ийло права обращаться съ Подьшею какъ съ

завоеванною страною, не, нарушая обязательствъ, занесенныхъ

въ договоръ, потому что самою Польшею оно влахђеть въ силу

заключеннаго съ восемью Европейскими державами,

мь томъ чис.й и съ Но независимо отъ помяпутыхъ

обязательствъ, на какъ на член'ћ Европейской семьи,

лежитъ и другая обязанность: не уйкойчивать въ

noaozeHia, служащаго источникомъ опасности не только для

РоиЈи, но и для мира Европы. Польскаа смута возбуждаетъ

—итвенное MAHie въ прочихъ государствахъ, вызываетъ

тревогу въ правительствахъ и грозить серьезными

а потому 11равительство королевы „ревностно надгЬетсн", что