В результате русского наступления для Германии возникает то неудобство, что больше уже не существует запаса пространства, которое можно было бы стратегически использовать. («Дейче цейтунг ин Норвеген» от 20 января с. г.)
С каким свирепым окаянством
Враги в советский вторглись двор!
Они гналися за пространством ,
Им русский нужен был простор.
Враги ожглись. И вот тогда-то
«Пространство» стало им претить:
В том, что им стало туговато,
«Пространство», дескать, виновато,
«Пространство» надо сократить.
Досокращались в полном смысле:
Их фронт разорван, скомкан, смят,
Вчера громили их на Висле,
Сейчас на Одере громят.
И вот – какое постоянство! –
Враги опять морочат свет:
Эх, будь у них теперь пространство!
Беда, пространства больше нет!
Мы объяснять не станем длинно,
Как проиграл наш враг войну.
Пространство в этом неповинно.
Мы на себя берем вину.
К просторам русским для фашистов
Навек заказаны пути:
Убийц, воров-рецидивистов
Казнят иль держат взаперти!