29-го декабря 1904 г. Лаучантхоу.
Кавалерійскій набѣгъ отряда ген.-адьют. Мищенко, смѣло задуманный и блестяще выполненный, окончился однако почти ничѣмъ, такъ какъ нельзя же считать сколько нибудь удовлетворительнымъ практическимъ результатомъ лишь едва-едва благополучное (съ изрядными впрочемъ потерями) возвращеніе значительнаго отряда (съ артиллеріей). Причина неудачи, столь повидимому странной, заключается опять въ излишней нашей откровенности: мы не сумѣли скрыть приготовленій къ набѣгу, а японцы по обыкновенію оказались о немъ освѣдомленными... Участники этого, съ чисто кавалерійской точки зрѣнія блестящаго набѣга, разсказываютъ о немъ такъ:
Рекогносцировка Дью-чжуана пишетъ полк. Агаѳоновъ въ "Русск. Инв." выяснила, что онъ былъ занятъ ротой пѣхоты и взводомъ кавалеріи. Полусотня отдѣльнаго дивизіона развѣдчиковъ сотника Шатилова, высланная изъ средней колонны, раньше прочихъ убѣдилась въ этомъ и донесла начальнику отряда, что японцы изъ города бѣгутъ. Генералъ Мищенко выдвинулъ для преслѣдованія 5-й Уральскій полкъ войскового старшины Соловьева. Пока шло донесеніе, пока шло приказаніе, японцевъ и слѣдъ простылъ; уральцы успѣли прищемить только хвостъ бѣжавшаго противника, частью изрубили японцевъ, частью взяли въ плѣнъ.
Генералъ Самсоновъ, получивъ отъ высланныхъ на развѣдку драгунъ, а также и изъ средней колонны свѣдѣніе, что Нью-чжуанъ свободенъ, двинулъ свою колону въ обходъ города съ западной стороны; средняя пошла прямо, а лѣвая обошла городъ съ востока. По пути къ Нью-чжуану генералъ Самсоновъ получилъ отъ драгунъ рядъ донесеній и вещественныхъ доказательствъ о ихъ работѣ впереди. Унтеръ-офицеръ 4-го эскадрона Нѣжинскаго драгунскаго полка Быбинъ, изъ разъѣзда вольноопредѣляющагося Хрипунова, явился съ проволокой и доложилъ, что наши разрушили телеграфъ и телефонъ; рядовой 2-го эскадрона Нѣжинскаго же полна Шишкинъ привезъ жестяной ящикъ съ разрушенной въ деревнѣ телеграфной станціи, бланки, и телеграммки т. д. Вдали было видно, какъ Черниговскій разъѣздъ съ обнаженными шашками кинулся на длинный обозъ. Вправо, спѣшно изъ города удирали на трехъ нагруженныхъ арбахъ китайцы.
-- Корнетъ Нога, обратился генералъ Самсоновъ,-- распорядитесь, чтобы стражники осмотрѣли подводы.
-- Слушаю-съ, ваше пр--во, сейчасъ "пощупаемъ".
Въ мгновеніе ока нѣсколько стражниковъ налетѣли на удиравшихъ китайцевъ и принялись "щупать". На подводахъ оказалась китайская капуста и подводы эти сейчасъ же были отпущены съ миромъ.
Одно время колонна двигалась вдоль телеграфной линіи, соединяющей Нью-чжуанъ съ деревней на сѣверо-западъ отъ него. Легенькіе, чрезвычайно практичные при перевозкѣ, бамбуковые военно-походные телеграфные столбы были всѣ уничтожены. Въ самой деревнѣ оказался японскій складъ. Вскорѣ тамъ вспыхнулъ пожаръ,-- это хозяйничали черниговцы. Многіе нижніе чины захватили себѣ попоны, одѣяла, но главнымъ образомъ все было предано огню.
Когда мы вошли съ западной окраины въ Нью-чжуанъ, то встрѣтили среднюю колону; пришлось спѣшиться и дожидать, пока она переходила черезъ единственный въ этой части города мостъ, черезъ рѣчку. Отъ нечего дѣлать мы пошли осматривать китайскія богатыя фанзы. Нарумяненыя бабушки (женщины) и дѣти боязливо и съ негодованіемъ смотрѣли на насъ; дѣвушки закрывали лица. Осмотромъ руководилъ поручикъ пограничной стражи С--въ. Принявъ въ шутку важный видъ, онъ, съ нагайкою въ рукахъ, энергично кричалъ на китайцевъ:
-- Ибэнъ ю?! (японцы есть?).
Степенный, но плутоватый китаецъ присѣдалъ и распахивалъ, передъ важно выступавшимъ С--мъ, двери и занавѣски фанзъ, открывалъ сундуки, шкапы и скороговоркой приговаривалъ въ носъ:
-- Ибэнъ мэ-юлая, ибэнъ мэ-юлая. (Японцевъ не было).
Нѣкоторыя фанзы внутри были украшены замысловатой, тонкой рѣзьбой, дорогими шкапами, шкатулками, столиками и другой утварью; въ сѣняхъ въ цилиндрахъ изъ циновокъ, наполненныхъ зерномъ, у нѣкоторыхъ сверху воткнуты были боги, т. е. небольшіе идолы.
Окончивъ осмотръ и убѣдившись, что "ибэнъ мэ -- ю", мы отправились къ своимъ лошадямъ.
Пройдя Нью-чжуанъ, всѣ три колонны опять сблизились и остановились. Впереди были высланы развѣдчики. Я подъѣхалъ къ средней колоннѣ. Впереди, передъ колоной, столпилось много офицеровъ; они кого то окружили и что-то разсматривали. Оказалось, что на носилкахъ лежалъ раненый японскій офицеръ, около него ухаживали два японца, а нашъ докторъ г-нъ Витовтъ-Гинтылла, дѣлалъ ему перевязку. У японца была огнестрѣльная рана, пуля насквозь пронзила ногу выше колѣна, докторъ засовывалъ въ нее зондомъ розовую марлю; боль вѣроятно была адская, но японецъ лежалъ спокойно, ни одинъ мускулъ не обнаруживалъ его страданій, только правая нога, обутая въ отличный нечерненной кожи лакированный ботфортъ, съ носка слегка дрожала. Удивительное самообладаніе.
Отъ Нью-чжуана до Инвоу около сорока верстъ; на полпути рѣшено было стать на ночлегъ. Около 4 1/2 часовъ, колонны двинулись далѣе на югъ; наша колонна сначала шла прямикомъ по полямъ, а затѣмъ вышла на большую мандаринскую дорогу. Къ генералу Самсонову пріѣхалъ Нѣжинскаго драгунскаго полка штабъ-ротмистръ Сукачевъ и доложилъ, что, согласно приказанія, былъ задержанъ транспортъ въ сто арбъ съ бобовымъ масломъ и свѣчами; конвой у транспорта разбѣжался; прорубили дно въ ящикахъ и, масло было выпущено, а транспортъ подожженъ. Дѣйствительно сзади насъ въ нѣсколькихъ мѣстахъ вспыхнули пожары. Черный дымъ густымъ, зловѣщимъ чернымъ облакомъ заволокъ горизонтъ. Все, что внушало подозрѣніе уничтожалось. Картина была грандіозная: вечерѣло, три длинныя змѣи коней подвигались на югъ, а сзади зловѣщее облако обозначило путь десяти тысячъ коней русской конницы и заволокло послѣдніе лучи солнца, какъ бы скрывая отъ нихъ наши дѣянія.
Выйдя на мандаринскую дорогу, мы миновала постоялый дворъ, внутри было много нагруженныхъ арбъ, лошадей и муловъ. Колонна уже прошла мимо, но корнету Ногѣ показалось что-то подозрительнымъ на постояломъ дворѣ. Испросивъ разрѣшеніе и взявъ нѣсколько стражниковъ, онъ отправился "щупать товары". Не прошло и полчаса, какъ постоялый дворъ былъ уже охваченъ пламенемъ.
-- Господа, смотрите, Нога устроилъ илюминацію, замѣтилъ кто то изъ свиты генерала Самсонова, обернувшись назадъ.
Черезъ нѣсколько времени прискакалъ и самъ Нога.
-- Что ты тамъ устроилъ? спросилъ генералъ.
-- А я ваше пр--во, слегка заикаясь, доложилъ Нога,-- уничтожилъ обозъ. Тамъ были японскія подводы съ военными припасами, разбираться было, некогда; свезли арбы вмѣстѣ, облили керосиномъ, благо его было много -- нѣсколько арбъ были имъ нагружены, и подожгли, а сами ходу, чтобы подъ взрывъ керосина не попасть.
-- Да вы убѣждены, что это японскій обозъ? переспросилъ генералъ.
-- Такъ точно, ваше пр--во, можетъ быть стояло нѣсколько и китайскихъ запряжекъ, кто ихъ разберетъ -- зачѣмъ идутъ въ одномъ транспортѣ съ японскими.
-- Ну, а животныхъ куда же вы дѣли?
-- Пустилъ на волю, разбѣжались.
Дѣйствительно, около колонны уже появились гарцующіе на свободѣ мулы и лошади. Потомъ нѣсколько лучшихъ переловили. Докторъ Арцимовичъ на каждомъ ночлегѣ объявлялъ китайцамъ, что желаетъ купить нѣсколько лошадей, послѣднія ему нужны были для себя и завѣдуемаго имъ летучаго отряда. Шутники говорили, что эти лошади бѣгутъ къ доктору. А докторъ парадировалъ накупленномъ манзюнѣ, названномъ имъ въ честь знаменитаго хунхуза "Тули-саномъ".
Уже стало темно, а мы все шли и шли на югъ; ѣсть хотѣлось ужасно, а Нога и Скрынниковъ, какъ нарочно разсказывали о кулинарныхъ прелестяхъ инкоускихъ ресторановъ. По разсчету времени мы уже давно прошли мѣсто ночлега. Дѣйствительно, квартирьеры проморгали насъ и колонна ушла значительно впередъ. Въ одной деревнѣ получился заторъ: темно, одновременно въ селеніе втягивалась наша колонна и части изъ сосѣдней, кромѣ того, съ юга 5-й Уральскій полкъ тащилъ японскій транспортъ въ 130 повозокъ; около каждой шелъ китайскій погонщикъ, держа на палкѣ бумажный фонарь съ украшеніями и надписями.
Подъ арбами глухо и густо гудѣли подвѣшенные колокола, замѣняющіе у китайцевъ наши бубенчики и колокольчики, вѣрнѣе родоначальники нашихъ бубенчиковъ и колокольчиковъ. Эта процесія ночью казалась фантастической и оригинальной. Если нашъ "однозвучный даръ Валдая" создалъ цѣлую поэзію, то вѣроятно и китаецъ сжился съ спокойнымъ, солиднымъ, гулкимъ колоколомъ не такъ себѣ. Подводы были нагружены жизненными припасами, какъ-то: мукой, сушеной рыбой, соленой рѣдькой и свеклой, пивомъ, пряниками; на нѣкоторыхъ везлись бобовые жмыхи и т. д. На одной арбѣ на палкѣ развѣвался красный флажекъ съ китайской надписью; я сорвалъ его и просилъ переводчика прочесть, что на немъ написано, это было обращеніе къ хунхузамъ, чтобы они не трогали транспортъ. Уральцы, захватившіе его, говорили, что, когда прикрытіе замѣтило приближеніе ихъ, то разбѣжалось. Что касается вкусныхъ вещей, то ихъ живо разобрали солдаты и казаки, а арбы и сырной товаръ отправили въ среднюю колонну въ генералу Мищенкѣ.
Въ концѣ концовъ за день мы захватили болѣе трехсотъ подводъ, уничтожили нѣсколько не особенно обширныхъ складовъ, разрушили телеграфную и телефонную линію. Что касается дѣятельности подрывныхъ командъ, высланныхъ отъ всѣхъ частей, принимавшихъ участіе въ набѣгѣ и отправленныхъ на желѣзную дорогу между Айсянзаномъ и Хайченомъ, то первоначально было задумано взорвать хайченскій мостъ; предпріятіе это, къ сожалѣнію, по разномыслію руководителей подрывныхъ командъ, не удалось, а было взорвано полотно дороги въ двадцати мѣстахъ и испорчена желѣзнодорожная телеграфная линія.
Было около десяти часовъ вечера, когда колонна генерала Самсонова, возвратясь по мандаринской дорогѣ на сѣверъ, свернула въ д. Лаучантхоу и расположилась на ночлегъ.
Завтра подходимъ къ Инкоу -- къ цѣли вашего медленнаго набѣга. Японцы удивительно безпечны, позволяютъ намъ почти безнаказанно гулять въ ихъ глубокомъ тылу. Одинъ шутникъ офицеръ прибилъ на телеграфномъ столбѣ свою визитную карточку съ надписью: "Маршалу Оямѣ, имѣю честь почтительнѣйше поздравить съ наступающимъ новымъ годомъ и благодарить за то, что русскимъ разъѣздамъ разрѣшается ходить въ тылу японской арміи такъ же свободно, какъ въ Тамбовской губерніи". Очевидно они ошеломлены: телеграфъ пересталъ работать, поѣзда прекратили движеніе, русскія войска куда-то не торопясь идутъ. Все это немного не по трафарету, безъ котораго нашъ очень точный и методическій противникъ иногда теряется. Удастся-ли намъ извлечь изъ такого благопріятнаго положенія достойные результаты? Съ этой мыслью каждый изъ насъ засыпалъ. Не скрою, лично я почти былъ увѣренъ, что ночью японскіе снаряды насъ посѣтятъ и могутъ надѣлать большой переполохъ. Но надо отдать полную справедливость, что драгуны на сторожевомъ охраненіи несутъ службу отлично. Начальникъ вашей драгунской колонны каждый вечеръ передъ отправленіемъ очередной части на сторожевое охраненіе давалъ самыя точныя, подробныя указанія.
Мы спали въ повалку на соломѣ, посланной на канѣ; моимъ сосѣдомъ оказался корнетъ Нога.
-- А знаете-ли, я сегодня здорово измотался сладко позѣвывая, говорилъ мнѣ Нога,-- когда вернемся, то непремѣнно выпрошусь недѣли на двѣ въ отпускъ въ Харбинъ отдохнуть и побыть хоть немного въ дамскомъ обществѣ, а то съ этими походами да набѣгами совсѣмъ въ хунхуза обратился. А хорошо этакъ поужинать за чисто и хорошо сервированнымъ столомъ, хо-о-ро-ш оо, подтвердилъ онъ собственную мысль, зѣвнувъ глубоко -- во весь ротъ, и замолкъ...
30-го декабря 190І ". Хунципхау.
Въ этотъ день мы атаковали Инкоу.
Диспозиція для атаки была отдана въ полденъ въ день боя на большомъ привалѣ у д. Такаукхэнъ, для точности привожу ее почти дословно:
"Диспозиція по конному отряду No 6, д. Такаукхэнъ, 30-го декабря, 12 часовъ дня, карта 2-хъ верстная.
"Противникъ силою отъ 300 до 1.000 человѣкъ, по свѣдѣніямъ жителей, занимаетъ станцію Инкоу, гдѣ сосредоточены большіе склады. Я рѣшилъ атаковать станцію и произвести въ ней полный разгромъ для чего:
I. Сборный отрядъ полковника Хоранова -- всего 25 сот. и эск. Съ большого , привала выступить въ 3 ч. дня и слѣдовать до Дыньцзасынъ, Цумсинпфуцза, Кинзифу, Кіэецзячао, Дунцзяпуцза, атаковать станцію согласно данныхъ личныхъ указаній. Выступить съ большого привала въ 2 ч. дня, слѣдовать на линію желѣзной дороги, согласно данныхъ мною указаній.
II. Лѣвая колонна ген.-м. Телешева -- всего 20 сотенъ и 12 кон. орудій. Выступить съ большого привала въ 2 ч. 30 мин. дня и слѣдовать на дер. Циньшицяоцзы, не доходя которой стать въ резервный порядокъ на лѣвую сторону большой дороги.
III. Правая колонна ген.-м. Самсонова -- всего 11 эск. и сот. и 10 оруд. Выступить съ большого привала у Хаукаукхэиъ въ 2 ч. 30 мин. 30-го декабря и слѣдовать на дер. Цяньшицяоцзы, не доходя которой стать въ резервный порядокъ по правую сторону большой дороги.
IV. Резервная колонна ген.-м. Абрамова -- всего 11 сот. Выступить съ большого привала у Такаукхэнъ въ 3 ч. 30 мин. дня 30-го декабря и слѣдовать по большой дорогѣ до Хаусичауцза, гдѣ стать въ резервномъ порядкѣ, озабочиваясь связью съ транспортами.
V. Транспорты (санитарный и вьючный) подъ прикрытіемъ 6-ти сотенъ. Слѣдовать за резервной колонной и стать вагенбургонъ у д. Тумчханпфунза. Поддерживать связь съ резервной колонной.
VI. Общій перевязочный пунктъ у дер. Тумчханхпфуцза распоряженіемъ отряднаго врача.
VII. Послѣ ночного боя всѣмъ собраться къ большой дорогѣ между Хоусичауцза и Такаукхэнъ.
VIII. Всѣмъ нижнимъ чинамъ объяснить маневръ и сообщить секретныя слова.
IX. Я буду у артилеріи у большой дороги.
X. Замѣстители: ген.-маіоръ Телешовъ, ген.-маіоръ Самсоновъ.
Подписали: начальникъ отряда ген.-ад. Мищенко. Начальникъ штаба, полковникъ кн. Вадбольскій. Разослана въ 1 ч. 15 мин. Капитанъ Свѣчинъ.
День для атаки выдался неудачный: все время стояла дивная погода съ небольшимъ морозомъ, а 30-го декабря при морозѣ въ три градуса (R) подулъ тайфунъ, поднялось облако пыли. Утро было туманное, холодное, близость болотъ и воды давала себя чувствовать, небо облачное, едва позволявшее пробиваться солнечныхъ лучахъ.
Настроеніе у большинства мрачное; на сборномъ пунктѣ кой-гдѣ слышатся разносы за опозданіе. Тронулись. Прошли версты три шагомъ. У д. Яутынь остановились и спѣшились. Позади у мѣста ночлега средней колонны поднимались тучи чернаго дыма; это подожгли захваченные вчера запасы.
Корнетъ Нога успѣлъ уже куда-то слетать и возвратился къ колоннѣ въ сопровожденіи своего китайца-переводчика, у послѣдняго за плечами болталась японская винтовка.
-- Откуда это у него ружье? поинтересовался я.
-- А онъ вчера японца сгребъ живьемъ въ плѣнъ.
Постоявъ немного для урегулированія движенія колоннъ, шагомъ тронулись дальше по замершемъ болотамъ и къ 11 час. 15 мин. утра подошли къ дер. Такаукхэнъ, гдѣ назначенъ быль большой привалъ. Генералъ Самсоновъ тотчасъ же уѣхалъ къ начальнику отряда, генералъ-адъютанту Мищенко.
Деревня изобиловала, какъ и прочія въ доливать Ляохэ и Тайцзыхэ, черезъ которыя мы шли, соломой, чумизнымъ, гаоляннымъ зерномъ и рисомъ плохого сорта. Куры, утки, поросята, свиньи всюду гуляли, соблазняя нашихъ солдатъ и казаковъ. Японцы, очевидно, не трогало китайскаго добра, довольствуясь свои мъ привознымъ. Нигдѣ не видно слѣдовъ раззоренія. Впрочемъ, въ какомъ видѣ у японцевъ ближайшія деревни за ихъ центромъ, мнѣ неизвѣстно.
Въ ожиданіи дальнѣйшаго движенія, я пошелъ въ деревню интервьюировать, слегка подшалѣвшнгь при нашемъ появленіи, китайцевъ.
-- Дуй у го ибэнъ Инкоу? (Японское войско есть въ Инкоу?) спрашиваю одного сына поднебесной имперіи.
-- Ю, ю, показывая что то на пальцахъ, отвѣчаетъ китаецъ.
-- Та пхоу ю? (Пушки есть?)
-- Пу тун... (не понимаю), тянетъ въ носъ мой собесѣдникъ.
-- Какой ты братецъ чудакъ, не понимаешь. Та пхоу ю? коверкалъ я, -- понимаешь: та пхоу, надсѣдался я и мимикой воспроизводилъ орудійный выстрѣлъ, крича пу-уу-у...
-- Тун, зжи дею! (Понимаю, знаю!) въ свою очередь кричитъ обрадованный китаецъ н прибавляютъ: ю, ю! (т.-е. есть, есть).
"Непріятное извѣстіе", подумалъ я.
--- Дэ сое та пхоу Инкоу? (Сколько пушекъ въ Инкоу?) не отсталъ я отъ китайца.
-- Ши лю. (Шестнадцать).
Положимъ, у насъ двадцать двѣ, но все же было бы лучше, если бы японскихъ пушекъ въ Инкоу не было. А можетъ быть вретъ каналья. Такъ или иначе, но я позволю себѣ утверждать, что нашъ отрядъ ожидалъ и разчитывалъ встрѣтить въ Инкоу японскія горныя пушки.
Въ два часа дня генералъ Самсоновъ собралъ командировъ отдѣльныхъ частей своей колонны и посвятилъ ихъ въ планъ атаки Инкоу. Въ три часа мы наконецъ тронулись шагомъ впередъ, а въ четыре часа, верстахъ въ шести отъ Инкоу, снова остановились и построили резервную колонну. Состоявъ немного, снова двинулись. Передъ нами открылась равнина, верстахъ въ пяти на юго-востокъ показался паровозъ, тащившій нѣсколько платформъ. Двѣ забайкальскія батареи тотчасъ же вынеслись на позицію и въ 4 часа 12 минуть открыли огонь по поѣзду. Паровозъ значительно прибавилъ ходу. Ровно черезъ тринадцать минуть со стороны желѣзной дороги послышались взрывы. Это наши подрывники кавказской бригады взорвали полотно желѣзной дороги.
Опоздали, какая досада! подумалъ каждый изъ насъ. Немного раньше и поѣздъ нарвался бы. Теперь онъ благополучно проскочилъ въ Инкоу; говорятъ, въ немъ привезли изъ Хайчѳна пѣхоту. Весьма вѣроятно, что въ открытыхъ платформахъ японцы пострадали отъ забайкальской шрапнели.
Однако время уходило и надо было приниматься за главное. Генералъ Мищенко, слѣдившій за стрѣльбой забайкальскихъ батарей съ крыши фанзы, спустился и поѣхалъ впередъ къ д. Хуантай, отдавъ приказаніе всей артилеріи занять позицію противъ станціи Инкоу и начать обстрѣливать ее. Поршневая и 20 я конная стали правѣе и нѣсколько позади д. Хуантай, забайкальцы лѣвѣе. Генералъ Мищенко находился на крышѣ фанзы у большой дороги при выѣздѣ изъ деревни. Генералъ Самсоновъ наблюдалъ за боемъ на поршневой батареѣ. Огонь на станціи открыли въ 4 часа 45 минутъ. На артилерійскую подготовку дано было только полъ часа, но она продолжалась до совершенныхъ сумерекъ -- до 6 часовъ 10 минуть вечера. Послѣ первыхъ выстрѣловъ на станціи что то вспыхнуло и начался пожаръ. Артилеріи дано было выпустить полъ комплекта снарядовъ, т.-е. около двухъ тысячъ. Поднялся грохотъ ужасный. Послѣ пробныхъ выстрѣловъ батареи поддерживали огонь залпами, обстрѣливая площадь станціи такъ называемаго русскаго поселка.
Снаряды съ воемъ засыпали станцію и перелетали далеко за нее, нащупывая склады. Артилерія стрѣляла съ дистанціи около 4-хъ версгь. Съ минуты на минуты мы ждали отвѣта -- японскихъ шимозъ, но ихъ не было. Китайцы драли во всю по льду очень широкой здѣсь Ляохе. Казалось, что слѣдовало бы артилерію подтянуть поближе, но вечерѣло и спѣшенныя части уже тронулись по указаннымъ направленіямъ къ станціи. Приходилось пожалѣть о потерянномъ времени, которое мы убили на неоднократныя остановки и свертываніе резервныхъ колоннъ. Соображенія мои могутъ быть совершенно неосновательны, такъ какъ я не былъ посвященъ въ детали предпріятія, но мнѣ, какъ очевидцу и простому наблюдателю, казалось, что огонь, особенно поршневой батареи, стрѣлявшей фугасными снарядами, надѣлалъ бы значительно больше бѣдъ, съ болѣе близкаго разстоянія.
Уже стало почти темно, какъ на лѣвомъ флангѣ 20-й конной батареи, стоявшей почти рядомъ съ поршневой, кто-то властно кричалъ: "перестать стрѣлять". Генералъ Самсоновъ, стоя за правомъ флангѣ поршневой, недоумѣвалъ, кто это распоряжается на его батареяхъ.
-- Очередной ординарецъ, обратился генералъ,-- будьте любезны, узнайте въ чемъ дѣло.
Оказалось, что на батарею пріѣхалъ ординарецъ начальника отряда, прапорщикъ Котешвили, и отъ имени его приказалъ прекратить огонь. Генералъ Самсоновъ очень мягко замѣтилъ ретивому прапорщику, что правильнѣе было бы, если бы онъ потрудился приказаніе начальника отряда передать ему -- начальнику даннаго участка, тѣмъ болѣе, что онъ самъ здѣсь на лицо, на батареѣ.
Артилерія замолкла. Надъ станціей зарево то замирало, то снова становилось яснѣе. артилеристы занялись укладкой, а мы съ тревожнымъ чувствомъ всматривались въ темную даль, скрывавшую отъ насъ штурмовыя колонны. Время ползло медленно. Я подошелъ къ офицеру на поршневой батареѣ.
-- Много выпустили снарядомъ? поинтересовался я.
-- Всего 518.
-- Какой прицѣлъ у васъ былъ.
-- Основной 88, контрольный 86, шкала 88--94. Обстрѣливалъ площадь.
Въ 6 часовъ 25 минутъ отъ генерала Мищенки пріѣхалъ офицеръ и передалъ генералу Самсонову, что начальникъ отряда приказалъ отправить три эскадрона къ станціи и выслать охотниковъ для наблюденія за дѣйствіями спѣшенныхъ частей полковника Хоранова. На лѣвомъ флагѣ въ это время послышалась ружейная пальба.
Генералъ Самсоновъ попросилъ къ себѣ командира Нѣжинскаго драгунскаго полка и отдалъ ему приказаніе выслать къ станціи эскадроны, согласно указаній генерала Мищенки.
Въ 7 часовъ 15 минутъ со стороны станціи послышалась ружейная трескотня. Начали. Что-то у нихъ теперь? Но вотъ раздалось ура! Огонь прекратился, смолкло и ура. Черезъ десять минуть снова раздалась ружейная трескотня, было нѣсколько выдержанныхъ залповъ, но больше ружейный огонь имѣлъ безпорядочный характеръ. Пулеметовъ не было слышно и вѣрнѣе всего, что ихъ въ Инкоу не было.
-- Значить, отбиты, замѣтилъ кто-то,-- опять ружейная пальба, пойдутъ въ атаку еще разъ.
Выславъ нѣжинцевъ къ станціи, генералъ Самсоновъ получилъ приказаніе отступать согласно диспозиціи. Бой на станціи понемногу замиралъ. Временами слышны были какъ-бы взрывы патроновъ. Ночь была свѣтлая, но какая-то мглистая. Мы медленно вытянулись на сѣверъ, при чемъ генералъ Самсоновъ со своимъ штабомъ слѣдовалъ съ аріергардомъ.
Результата боя мы еще не знали. Пронеслась тревожная вѣсть, что у насъ большія потери и что раненъ полковникъ Сергѣй Петровичъ Ванновскій. Не хотѣлось вѣрить въ неудачу; успѣхъ самъ просился къ намъ въ руки, несмотря на медленность нашего движенія. Тяжело было отходить отъ Инкоу, это чувство передалось всѣмъ: шутки, разговоры замолкли, каждому хотѣлось вѣрить, что ваша задача будетъ исполнена. Тяжелая, непріятная это была ночь...
30-го декабря 1904 г.
Итакъ около половины восьмого вечера по приказанію ген.-адъютавта Мищенки мы тронулись отъ Инкоу согласно диспозиціи по большой дорогѣ на сѣверъ. Бой спѣшенныхъ частей у станціи затихалъ, имъ приказано было отходить также по большой дорогѣ. Высланные изъ колонны ген.-маіора Самсонова три эскадрона Нѣжинскаго драгунскаго полка прикрыли ихъ и помогали вывести раненыхъ и убитыхъ. Японцы не преслѣдовали. Ночное движеніе колонны ген.-маіора Самсонова, несмотря на удивительный порядокъ, введенный въ ней съ перваго дня набѣга, было сразу затруднено. Отойдя всего какую нибудь версту отъ позиціи, колонна была остановлена, ей пересѣкла дорогу колонна ген.-маіора Абрамова. Выждавъ болѣе получаса, тронулись дальше. Чрезъ каждыя 2--10 минутъ тыкались и останавливались, то и дѣло впереди происходили задержки. Какіе то всадники мелкой типичной забайкальской рысцой перегоняли васъ. По всей вѣроятности это были высланные впередъ для занятія ночлеговъ. Во всякомъ случаѣ такой одиночный порядокъ слѣдованія нельзя призвать подходящей формой въ особенности при отходномъ движеніи. Безцеремонность этихъ одиночныхъ всадниковъ доходила до того, что въ узкихъ мѣстахъ дороги, гдѣ не было обочинъ, эти джигиты пробирались между отдѣленіями, шедшихъ по шести въ прекрасномъ порядкѣ, драгунъ, толкались, пыхтя своими несносными трубками.
Я не могу не подчеркнуть дисциплинированности драгунскихъ частей: ими ночью почти такъ же легко управлять, какъ и днемъ. Это обстоятельство еще рельефнѣе обрисовалось, когда мы пришли въ деревнѣ, въ которой предполагали ночевать. Деревня оказалась занятой частями другой колонны. Вдали селенія стояли сотни, дожидавшіяся, когда для нихъ очистится мѣсто. Скопленіе вьючныхъ лошадей, спѣшенныхъ людей, озабочивающихся устройствомъ ночлега, ночь совершенно застопорили ваше движеніе. Генералъ Самсоновъ повелъ свою колонну стороной; пришлось преодолѣть оврагъ, перейти небольшую рѣчку, ледъ которой проваливался, и потомъ опять выбираться на дорогу между биваками. Не смотря на ночь, на препятствія и мѣста, гдѣ приходилось пробираться по одному, драгунская колонна не разорвалась и по выходѣ на большую дорогу живо возстановила походную колонну и продолжала свое движеніе дальше къ с. Хунципхау въ томъ же прекрасномъ порядкѣ, какъ и раньше съ перваго шага отъ позиціи.
По дорогѣ той дѣло попадались вьючныя сѣдла. Очевидно, набитой спинѣ мула или вьючной лошаденки уже не подъ силу было тащитъ на себѣ что-либо, на другую лошадь навьючивать погонщику было лѣнь, а потому, ни что-же сумняшеся, онъ снималъ и бросалъ вьючное сѣдло тутъ же на дорогѣ. Положимъ, китайскіе вьюки стоили не дорого (5--7 рублей), но все же это былъ очевидный упрекъ тому, зачѣмъ мы потащили за собой и мучили полторы тысячи вьючныхъ животныхъ.
Я бы, конечно, могъ умолчать объ этихъ дефектахъ, но это была бы ошибка съ моей стороны, какъ спеціальнаго военнаго кореспондента-офицера. Существуетъ мнѣніе, что русскій человѣкъ тѣмъ и силенъ, что не боится обнаруживать своихъ ошибокъ. Въ данномъ случаѣ на сцену выступаетъ техника мало вообще знакомаго кавалерійскаго дѣла. Я не сомнѣваюсь, что мы сдѣлаемъ еще нѣсколько набѣговъ, но уже такого промаха, какъ вашъ инкоускій вьючный транспортъ, мы не повторимъ.
Несмотря на искусственно созданный тормазъ, въ видѣ этого транспорта, набѣгъ все же намъ почти удался. Мы дали серьезную встряску японцамъ, когда благодаря порваннымъ нами телеграфамъ и разрушенію желѣзнодорожной линіи, они не сразу сообразило, въ чемъ дѣло. Теперь они, конечно, не будутъ такъ безпечны и позаботятся о болѣе прочномъ охраненіи своихъ фланговъ и тыла. А мы, я полагаю, имѣя такой чудный конскій матеріалъ, какъ у драгунъ, донцовъ, кавказцевъ, уральцевъ и оренбурцевъ, будемъ покрывать разстоянія настоящимъ кавалерійскимъ махомъ, Да не посѣтуютъ на меня забайкальцы, ихъ лихости можетъ быть нѣтъ предѣла, но ихъ конскій составъ лучше не брать въ кавалерійскіе набѣги.
Это прекрасная, работоспособная лошадка, но она -- тихоходъ, отличный партнеръ японской кавалерійской лошади, но для настоящихъ, съ европейской точки зрѣнія, набѣговъ, она надо пригодна, а потому практичнѣе ей давать другія задачи, а на войнѣ всегда дая кавалерія дѣла, сколько угодно, лишь бы не угасалъ духъ предпріимчивости.
Забайкальскій казакъ зарекомендовалъ себя даже на своемъ тихоходѣ прекраснымъ воиномъ при рѣшеніи соотвѣтствующихъ задачъ, какъ напримѣръ, на Ялу, гдѣ надо было потихоньку отходить; но для форсированныхъ спеціально кавалерійскихъ предпріятій у забайкальскаго коня нѣтъ главнаго элемента -- быстроты и выносливости на быстрыхъ аллюрахъ; тихо же забайкалка будетъ работать безъ конца.
На ночлегъ колонна генерала Самсонова пришла въ половинѣ двѣнадцатаго ночи. Всѣ были измучены, но надо было забыть усталость. Предстояла тревожная ночь. Каждый понималъ, что японцы не дадутъ намъ отойти такъ-же покойно, какъ мы пришли. На измученныхъ коняхъ драгуны пошли на сторожевое охраненіе, а начальникъ колонны и его начальникъ штаба, подполковникъ Посоховъ, принялись за трудную ночную работу. Надо было снестись съ начальникомъ отряда, получить приказанія и передать ихъ въ части.
Что касается штурма станціи Инкоу смѣшанными частями, то я наблюдалъ его, пока была возможность, съ поршневой батареи и выѣзжалъ впередъ по направленію къ с. Хуанфань; но, какъ было выше сказано, артилерія замолкла и смѣшанныя части пошли въ атаку въ 6 ч. 10 м. вечера, т. е. когда стало совершенно темно, а потому мои личныя наблюденія были прерваны".
Корреспонденть же "Русск. Вѣд." даетъ описаніе штурма.
Планъ былъ таковъ: впередъ должны были выдвинуться двѣ колонны генераловъ Телешова и Самсонова, подъ прикрытіемъ которыхъ артиллерія могла бы обстрѣлять станцію и склады, послѣ чего обѣ колонны и всѣ батареи должны были отойти на сѣверъ къ колоннѣ ген. Абрамова, а въ это время 19 спѣшенныхъ сотенъ и нѣсколько отдѣльныхъ подрывныхъ командъ ворвались бы на станцію и подожгли бы склады.
Согласно полученному приказанію, наша колонна въ 4 часа двинулась впередъ, имѣя въ авангардѣ полкъ казаковъ и взводъ артиллеріи. Такъ какъ насъ со всѣхъ сторонъ окружали большія деревни, обсаженныя деревьями, то мы не видѣли ни полотна дороги, ни телеграфныхъ столбовъ, хоти дорога была отъ насъ уже очень близко; поэтому полною неожиданностью для насъ были начавшіеся вдругъ сильная трескотня и залпы влѣво и сзади насъ, а вскорѣ затѣмъ мы увидѣли за рощицами дымъ паровоза, какъ бы обгонявшаго насъ, потому что вѣтка отъ Дашичао на Инкоу идетъ не прямо на западъ, а на западо-юго-западъ. Авангардный взводъ тотчасъ же снялся съ передковъ и открылъ огонь, но, къ несчастью, безрезультатно, и поѣздъ съ пѣхотой проскочилъ въ Инкоу. Терско-кубанцы, направлявшіеся въ полотну, чтобы взорвать его опоздали всего минутъ на 10--15 и не могли остановить поѣзда лишь потому, что пѣхота съ платформы открыла по полку бѣшеный огонь пачками.
Продвинувшись еще на нѣсколько саженъ впередъ, батареи снялись съ передковъ и открыли огонь по станціи съ дистанціи приблизительно 4 1/2 верстъ. Всего стрѣляли 22 орудія, изъ коихъ четыре поршневыхъ пушки; стрѣляли гранатами, и, говорятъ, онѣ-то и подожгли часть складовъ. Несмотря на присутствіе такого большаго отряда паровозъ съ одной платформой помчался обратно изъ Инкоу въ Дашичао; его засыпали шрапнелью, а онъ только набавлялъ ходу, но проскочить ему все-таки не удалось, потому что къ этому времени полотно было уже разрушено въ нѣсколькихъ мѣстахъ, и паровозъ упалъ съ насыпи. Несмотря на то, что колонна наша не должна была атаковывать станціи, донцы всѣ были спѣшены и посланы впередъ. Около батарей остались лишь коноводы и взводъ со знаменемъ; ни прикрытія къ батареямъ, ни резерва въ распоряженіи начальника колонны не было. Между тѣмъ оказалось, что поѣздъ съ пѣхотой, слѣдуя въ Инкоу, остановился за одной изъ деревушекъ и высадилъ почти что въ тылъ намъ нѣкоторую часть пѣхоты, которая и начала наступать на насъ вдоль полотна дороги. Мы были очень непріятно изумлены, услышавъ сзади себя пачечный огонь, который то прекращался, то снова разгорался, и каждый разъ все ближе и ближе, изъ чего было ясно, что наступаетъ пѣхота, а отступаетъ -- кавалерія. Ген. Мищенко прислалъ офицера-ординарца узнать, въ чемъ дѣло, но, пока строили всевозможныя предположенія, положеніе стало уже угрожающимъ: пули стали падать на батарею, и самая серьезная опасность грозила передкамъ и коноводамъ. Батареи немедленно отошли на Мандаринскую дорогу, а коновода побѣгали впередъ къ спѣшеннымъ частямъ, послѣ чего обѣ колонны отступили на сѣверъ. На Мандаринской дорогѣ, которая, какъ всѣ эти дороги, опущена нижо горизонта и устлана плитами и потому трудно проходима, даже днемъ, столпились всѣ три колонны. Части сохранили порядокъ, но вьючный транспортъ разсѣялся по всей колоннѣ; вездѣ валялись вьюки; мулы съ ревомъ метались по всѣмъ направленіямъ. Темно. Сзади -- зарево громаднаго пожара и ружейная пальба. Несмотря на это настроеніе у всѣхъ было приподнятое,-- ужъ если намъ жутко, то каково чувствуютъ себя японцы! Мы поминутно оглядывались, все ожидая взрыва, такъ какъ самое важное было -- поджечь и взорвать склады огнестрѣльныхъ припасовъ. Но взрыва все не было. Потомъ оказалось, что полк. Хорановъ, назначенный начальникомъ штурмующей колонны, выбралъ самый неудачный способъ для исполненія возложенной на него задачи: ему казалось самымъ простымъ завладѣть складами открытой силой, и потому онъ, выстроивъ своихъ людей, повелъ ихъ въ атаку прямо въ лобъ; идти пришлось по льду громадныхъ лужъ или озеръ, которыя оставляетъ рѣка послѣ разлива; освѣщенные заревомъ пожара, люди безъ выстрѣла шли впередъ. Разсказываютъ, что когда наши, не выдержавъ огня, легли, на багрово-красномъ фонѣ дыма и пламени вырисовалась фигура офицера съ обнаженной шашкой въ рукахъ:
-- Нѣжинцы и черниговцы за мной!.. Не посрамимъ нашихъ полковъ!.
И въ ту же минуту фигура опустилась. Это былъ полк. Ванновскій, тяжело раненый въ этомъ дѣлѣ. Самъ полк. Хорановъ шелъ впереди; имѣя рядомъ съ собой сына; бѣдный юноша былъ раненъ тяжело двумя пулями. По словамъ свидѣтелей, храбрый полковникъ повелъ атаку съ такой безумною отвагой, что было ясно, что онъ не вѣдалъ того, что творить. Не смотря на большія для коннаго отряда потери атакующіе не дошли. Между тѣмъ войти въ поселокъ отдѣльными маленькими командами было вовсе не трудно, потому что японцевъ было слишкомъ недостаточно, чтобы охранять станцію со всѣхъ сторонъ, и разъѣздъ драгунъ съ запада безпрепятственно подъѣхалъ къ зданіямъ и складамъ, о чемъ и было доложено генералу Мищенко, но онъ, разъ положившись на полк. Хоранова, не желалъ вмѣшиваться, дабы не вышло путаницы и стрѣльбы по своимъ. До чего осторожны и предусмотрительны наши враги, видно изъ того, что они не только обновили и усилили окопы, когда-то возведеннные нами около поселка, но даже склады всѣ оказались обнесенными загражденіями; а мы все воображаемъ, что достаточно одного удара, чтобы привести въ разстройство японскую армію,-- этотъ хорошо организованный механизмъ".
Участники штурма отличались выдающейся доблестью. Но словамъ корр. "Русск. Инв." руководившій смѣшанными частями полковникъ Хорановъ, извѣстный своей беззавѣтной храбростью, сказалъ возвратившись изъ боя:
-- Я тамъ былъ самый плохой!
Этими словами онъ, конечно, хотѣлъ отмѣтить, какими молодцами дрались офицеры и нижніе чины.
Къ глубокой скорби мы потеряли подъ Никоу нѣсколько славныхъ выдающихся офицеровъ:
Палъ смертію храбрыхъ 2-го Дагестанскаго полка подъесаулъ Колюбакинъ, бывшій л.-ги. Коннаго полка, хорошо извѣстный Петербургу какъ страстный ѣздокъ-охотникъ на скачкахъ. Колюбакинъ былъ убитъ во время атаки Инкоу; пуля попала прямо въ сердце, онъ только успѣлъ сказать своему вѣстовому конногвардейцу:
-- Прощай, я умираю...
Тѣло Колюбакина привезли въ Мукденъ и временно предали тамъ землѣ; убитъ также молодой офицеръ Черниговскаго драгунскаго полка, корветъ Ронановъ; послѣ раненія онъ жидъ около получаса; двумя пулями въ грудь былъ сраженъ 24-го Донского казачьяго полка подъесаулъ Калининъ; значительныя потери понесъ отрядъ и нижними чинами.
Возвращеніе экспедиціи ген. Мищенка, т.-е. обратный путь отъ Инкоу на сѣверъ, преставляло по словамъ корр. "Руск. Вѣд." большой интересъ. Въ Инкоу мы проскочили незамѣтными; вѣроятно, маршалу Ойямѣ даже въ голову не приходило, что такой большой отрядъ рискнетъ совершить въ тылъ его арміи, а 30-го, вечеромъ, онъ уже, конечно, зналъ точно и мѣстонахожденіе отряда, и его силу, и при способности, японской пѣхоты совершать большіе переходы онъ легко могъ преградить намъ обратный путь. Было уже извѣстно, что отъ Хай-чена къ Нью-чжуану идетъ не большой отрядъ пѣхоты съ артиллеріей, слѣдовательно черезъ Нью-чжуанъ и даже мимо него идти было опасно; перейти черезъ Ляохе на правый ея берегъ прямо противъ того мѣста, гдѣ мы ночевали въ ночь на 31-е верстахъ въ 15-ти сѣвернѣе Инкоу, было опасно, а можетъ-быть даже невозможно, потому что морскіе приливы мѣняютъ уровень воды и ломаютъ ледъ на большомъ протяженіи вверхъ отъ устья рѣки; кромѣ того нейтральная полоса между рѣкой и Синминтинской желѣзной дорогой въ этомъ мѣстѣ слишкомъ узка, и японцы легко могли бы преградить намъ путь. Если ко всему этому прибавить 200 слишкомъ человѣкъ раненыхъ, которыхъ генералъ Мищенко не согласился оставить въ Инкоу, какъ то предлагали нѣкоторые, а рѣшилъ доставить въ Мукденъ во что бы то ни стало, то станетъ ясно, что задача, которую предстояло разрѣшитъ, была не ивъ легкихъ. Медлить было нельзя, тѣмъ болѣе, что къ Додичао подходили съ юга эшелонъ за эшелономъ.
Въ одиннадцатомъ часу колонна ген. Телешова получила приказаніе идти впередъ прямо на Нью-Чжуанъ. Идя перемѣннымъ аллюромъ, колонна была около города часа въ 2 дня и, не доходя версты три, расположилась на привалѣ. Такъ простояли часа два, пока не прискакали казаки съ приказаніемъ немедленно идти прямо на западъ къ переправѣ и перейти на правый берегъ. Разсчетъ оказался совершенно вѣрнымъ,-- наше быстрое появленіе и стояніе у самаго города произвело на японцевъ такое впечатлѣніе, какъ будто мы хотимъ брать городъ во что бы то ни стало; все, что было въ окрестности, все было стянуто для обороны, а тѣмъ временемъ двѣ колонны и транспорты спокойно переправились черезъ рѣку. Теперь наша очередь. Крупной рысью двинулись мы къ западу и лишь отойдя отъ города верстъ 8--10, перешли въ шагъ. Воображаю, какого было изумленіе и негодованіе японцевъ, когда вмѣсто ожидаемаго нападенія они увидѣли насъ улепетывающими!
Шли мы очень быстро, потому что приближался вечеръ и необходимо было по крайней мѣрѣ батарею перевести на тотъ берегъ прежде наступленія темноты, тѣмъ болѣе, что согласно донесенію разъѣздовъ переправа была занята двумя эскадронами японской кавалеріи. Эскадроны эти впрочемъ при приближеніи нашего авангарда отступили. 31-го подошли мы къ переправѣ и, не доходя до рѣки приблизительно 2-хъ верстъ, наша колонна должна была предефилировать мимо кумирни, въ которой заперлось 3--4 человѣка японцевъ, самымъ дерзкимъ образомъ встрѣтившихъ и провожавшихъ насъ выстрѣлами!
А на слѣдующій день, 1-го утромъ, мы были неожиданно атакованы пѣхотой и должны были поспѣшно отступить; но что характернѣе всего, восемь человѣкъ японцевъ подъ командой унтеръ-офицера перебѣгая изъ деревушки въ деревушку, хотѣли стать на нашемъ пути отступленія и если бы имъ дѣйствительно удалось занять гдѣ-нибудь фанзу, то они сумѣли были нанести намъ немалый вредъ. На этотъ разъ нашелся, впрочемъ, такой хорунжій, который бросился на нихъ и изрубилъ всѣхъ.
Переправились мы благополучно, хотя это была очень опасная переправа потому что у береговъ ледъ былъ сломанъ и орудія не сразу попадали на ледъ, а должны были сначала опуститься въ воду,-- къ счастью, все обошлось благополучно. Переправившись на правый берегъ, мы попали на полуостровъ, съ трехъ сторонъ омываемый рѣкою; этотъ песчаный полуостровъ обнесенъ былъ валомъ во избѣжаніе наводненій, и на немъ помѣстилась деревня настолько большая, что пять полковъ кавалеріи и батарея свободно размѣстились на ночлегъ.
Деревня эта, какъ всѣ китайскія деревни, обнесена была глинобитной стѣной и имѣла четыре выхода, причемъ прямо противъ сѣвернаго выхода, въ верстѣ отъ него, въ маленькой деревушкѣ, примыкавшей непосредственно къ валу, идущему параллельно рѣкѣ, засѣли японскіе драгуны. Такъ какъ мы почему-то считали себя въ полной безопасности на этомъ берегу, то это слишкомъ близкое, сосѣдство никого не пугало. Тутъ мы встрѣтили новый годъ, а затѣмъ легли спать и проснулись только тогда, когда надъ деревней стали уже рваться шрапнели. Кто-то атакуетъ насъ со стороны Нью-чжуана. Первый взводъ батарея съ есауломъ Ивановымъ немедленно пошелъ защищать переправу къ южной окраинѣ деревни; остальные два взвода и ящики вытянулись въ колонну и вышли на сѣверъ. Тутъ столпилась масса народа, и никто не зналъ, что дѣлать дальше,-- двигаться впередъ было невозможно, потому что справа и съ фронта сыпались пули. Кто-то изъ штабъ-офицеровъ распорядился вызвать еще взводъ.
Командиръ 2-го взвода хорунжій Кобылкинъ повиновался и вывелъ свой взводъ на позицію, но когда орудія были уже сняты съ передковъ, опасались, что не извѣстно, какая изъ впереди лежащихъ деревень занята непріятелемъ. Споръ разрѣшилъ наводчикъ Коноваловъ, лучшій изъ наводчиковъ батареи. Оказывается, японцы занимаютъ опушку ближней деревни,-- саженяхъ въ 400, не далѣе. Это были, вѣроятно, вчерашніе два эскадрона, занявшіеся теперь разстрѣливаніемъ дагестанскаго и терскокубанскаго подковъ, выдвинувшихся впередъ. Потери этихъ полковъ могли бы быть очень велики, если бы въ это время Кобылкинъ не открылъ огня и такъ удачно, что, по свидѣтельству дагестанцевъ, бывшихъ очень близко, японцы сразу хлынули назадъ, а главное сосредоточили весь огонь на взводѣ. Положеніе взвода, оставшагося безъ всякаго прикрытія, стало опаснымъ,-- на него наступали съ двухъ сторонъ. Пришлось стрѣлять изъ одного орудія на западъ, а изъ другаго на сѣверъ. Хорунжему Кобылкину разбиваютъ челюсть.
Командованіе принимаетъ сотникъ Величковскій; его ранятъ въ руку и въ бокъ. Взводомъ начинаетъ командовать наводчикъ Коноваловъ. Прислугу спасло то обстоятельство, что по счастливой случайности орудія стояли въ ложбинѣ, еле замѣтной для глаза; пули рикошетировали и перелетали черезъ головы. Въ концѣ-концовъ прислугу все-таки перебили бы, но въ это время сотникъ Кислитскій вывелъ третій взводъ батареи изъ сферы ружейнаго огня, снялся съ передковъ и заставилъ японцевъ быть осторожнѣе; узнавъ объ опасномъ положеніи 2-го взвода, есаулъ Ивановъ поспѣшилъ туда. Какъ трудно вывести орудія изъ такого огня, можно судить потому, что послѣдній зарядный ящикъ ушелъ на одной лошади вмѣсто шестерки. Только подведутъ передокъ,-- падаетъ дышловой; приходится перепрягать; перепрягли -- падаетъ другой! Все-таки батарея отбилась отъ пѣхоты, насѣвшей на нее съ трехъ сторонъ, прикрыла отступленіе пяти полковъ и сама ушла безъ особыхъ потерь, оставивъ японцамъ въ видѣ трофеевъ лишь трупы лошадей. Полки въ резервныхъ колоннахъ прошли верстъ 15 рысью; но отошли мы отъ ночлега не очень далеко благодаря тому, что стали кружатъ,-- сначала пошли на сѣверо-западъ, потомъ повернули на югъ-западъ и, наконецъ, свернули на сѣверо-востокъ. При этомъ пришлось оставить японцамъ громадный гуртъ скота и лошадей, отобранныхъ частью у японцевъ, частью у китайцевъ на основаніи "косвенныхъ уликъ".
Послѣ маленькой передышки мы снова помчались. Настроеніе было тревожное, потому что никто не зналъ, гдѣ находится ген. Мищенко. Связь съ колонной Абрамова была потеряна съ вечера, и лишь въ утру вернулся разъѣздъ, посланный для возстановленія связи, и сообщилъ, что средняя колонна находится верстахъ въ 10-ти отъ насъ, но ген. Мищенко при ней нѣтъ и никто не знаетъ, куда онъ ушелъ.
Кто-то высказалъ соображеніе, что Мищенко, зная объ опасности, угрожающей всему отряду, рѣшилъ пожертвовать нашей колонной, оставивъ насъ на растерзаніе врагамъ, а самъ съ двумя другими колоннами вышелъ уже къ Давану. Еще кто-то слышалъ, что наша армія, начавшая общее наступленіе, въ результатѣ теперь отступаетъ ни Телинъ. Въ это время колонну нашу обогналъ казакъ и сообщилъ,-- что ген. Мищенко со своими двумя забайкальскими полками совершенно истребилъ японскій отрядъ, атаковавшій насъ, и взялъ два орудія!
Къ несчастію, въ эту войну всѣ хорошія вѣсти не оправдываются,-- такъ было и на этотъ разъ. Оказалось, что Мищенко, узнавъ о движеніи японскаго отряда изъ Нью-чжуана къ переправѣ, послалъ ген. Телешеву приказаніе окружить и уничтожить этотъ отрядъ, а самъ пошелъ намъ на помощь, но не успѣлъ, и мы были уже далеко, когда получено было это приказаніе.
Наконецъ, мы догоняемъ колонну Абрамова,-- оказывается, мы забрали слишкомъ на западъ, и колонна съ транспортами и ранеными очутилась правѣе насъ. Насъ останавливаютъ и водворяютъ на мѣсто.
Но 1-е января былъ особенно злосчастный день и этимъ не кончились злоключенія нашей колонны. Идемъ убійственно медленно,-- транспортъ съ ранеными не позволяетъ средней колоннѣ идти быстрѣе, а мы равняемся на нее. Уже темно, а мы все не можемъ дойти до деревни, назначенной для ночлега. Наконецъ подходимъ и останавливаемся. Офицеръ-ординарецъ отъ батареи, ѣхавшій все время впереди, возвращается и весело сообщаетъ намъ:
-- А мы-то не хуже японцевъ сигнализируемъ фонарями!
-- Какъ сигнализируете? Кому?
-- Колонны между собой переговариваются фонарями. Мы махнемъ фонаремъ два раза, средняя колонна -- два раза. Они махнутъ,-- мы отвѣчаемъ.
Я не сталъ разспрашивать, такъ какъ былъ слишкомъ утомленъ, хотя усомнился, потому что изъ опыта знаю, что всѣ наши импровизаціи бываютъ весьма неудачны. Спать хочется страшно, а насъ все держатъ въ полѣ. Иду въ штабъ, чтобы узнать въ чемъ же дѣло. Оказывается, потеряна связь со средней колонной!
-- Кому же вы сигнализировали фонарями?
-- Никто ни понимаетъ, какъ это могло случиться.
Часамъ къ одиннадцати ночи мы, наконецъ размѣстились по фанзамъ и тотчасъ-же улеглись спать. Вмѣстѣ съ тѣмъ приказано было разсѣдлать лошадей, которыя всѣ эти дни не имѣли отдыха и выбились изъ силъ
Ровно въ 3 1/2 часа ночи поднимается суматоха,-- по словамъ казака, прибѣжавшаго изъ штаба, наступаетъ японская пѣхота и бьютъ въ барабанъ.
Черезъ нѣсколько минутъ весь отрядъ былъ уже на ногахъ. Всѣ огни въ деревнѣ были погашены, и люди въ полной темнотѣ должны были сѣдлать и аммуничить лошадей.
Стоимъ на морозѣ часъ, два... Начинаемъ догадываться, что, вѣроятно, это шли съ барабаннымъ боемъ не японцы, а наши -- извѣстно было, что генералъ Косаговскій долженъ былъ выйти намъ на встрѣчу. Я не выдержалъ и снова залегъ въ фанзѣ. Утромъ разсказываютъ намъ слѣдующую исторію: возвращается съ развѣдки разъѣздъ; чтобы часовой какъ-нибудь съ просонковъ не выстрѣлилъ, начальникъ разъѣзда, неожидая вопроса, кричитъ часовому пароль -- "барабанъ", тотъ, испугавшись, убѣжалъ и доложилъ, что наступаютъ де-японцы и бьютъ въ барабанъ, а у японцевъ-то, оказывается, барабановъ нѣтъ и въ заводѣ!
Больше приключеній не было никакихъ, и отрядъ 3-го спокойно вошелъ въ Даванъ, гдѣ къ величайшей нашей радости увидѣлъ "пѣхотнаго солдата въ натуральную величину",-- это была пѣхота Косаговскаго. На насъ смотрѣли съ восторгомъ и съ восхищеніемъ, какъ на выходцевъ съ того свѣта. "Какъ? Что? Благополучно?" Ну, а мы конечно, подбодрились и съ усмѣшкой отвѣчали: "Это что! Пустяки! Будь во главѣ настоящій кавалерійскій генералъ, не то еще могли бы сдѣлать".
