На слѣдующій послѣ боя день, 29-го іюля, высланный изъ Портъ-Артура съ важными депешами миноносецъ "Рѣшительный", прорвавъ двѣ линія непріятельской блокады, прибылъ въ Чифу. Пока нашъ мѣстный консулъ велъ переговоры съ мѣстнымъ китайскимъ губернаторомъ о предоставленіи названному миноносцу необходимаго времени для исправленія поврежденій машины, командиръ миноносца лейтенантъ Рощаковскій, на основаніи бывшихъ у него инструкцій контръ-адмирала Григоровича, вступилъ въ соглашеніе съ начальникомъ стоявшей въ порту китайской эскадры адмираломъ Са, вслѣдствіе котораго миноносецъ спустилъ военный флагъ и вымпелъ и разоружился, передавъ китайскому адмиралу замки пушекъ, ружья и ударники отъ минъ.
Въ ночь на 30-е іюля къ Чифу подошелъ японскій крейсеръ въ сопровожденіи 2-хъ контръ-миноносцевъ, сейчасъ же направившихся внутрь порта. Не взирая на разоруженіе нашего миноносца и на протесты китайскаго адмирала, японскій десантъ при офицерѣ, подъ предлогомъ переговоровъ, произвелъ разбойничье нападеніе на безоружный экипажъ нашего судна.
Не имѣя оружія для сопротивленія, лейтенантъ Рощаковскій приказалъ приготовить миноносецъ "Рѣшительный" къ взрыву и когда японцы начали поднимать свой флагъ, оскорбилъ японскаго офицера лейтенанта Терашиму ударомъ по лицу и, сбросивъ его въ воду, приказалъ командѣ выбрасывать непріятеля. Наше сопротивленіе не могло бытъ, однако, дѣйствительнымъ и японцы завладѣли миноносцемъ. Взрывы носового натроннаго погреба и въ машинномъ отдѣленіи произошли, но миноносецъ "Рѣшительный" не затонулъ, и сильно погруженный носомъ быль захваченъ японцами и выведенъ изъ порта.
Послѣ нападенія японцевъ лейтенантъ Рощаковскій, мичманъ Петровъ, механикъ Кисляковъ, и 21 человѣкъ команды были спасены шлюпкою съ стоявшаго на рейдѣ китайскаго крейсера; лейтенантъ Каневскій и 22 человѣка команды -- людьми плавучаго маяка и шлюпками съ комерческихъ судовъ. Погибли минеръ Валовичъ и кочегаръ Звирбулисъ {По позднѣйшимъ свѣдѣніямъ оказался живъ и находится въ плѣну.}. Въ схваткѣ съ японцами командиръ миноносца раненъ пулею въ бедро, а мичманъ Петровъ, сопротивляясь подниманію японскаго флага, получилъ тяжелый ударъ прикладомъ въ грудь, вызвавшій внутреннее кровоизліяніе; нижнихъ чиновъ ранено 4, всѣ легко. Всѣ раненые помѣщены въ мѣстный французскій миссіонерскій госпиталь.
По Высочайшему повелѣнію 30-го іюля министръ иностранныхъ дѣлъ поручилъ россійскому послу въ Парижѣ обратиться къ французскому правительству съ просьбою передать чрезъ представителя республики въ Токіо отъ имени императорскаго правительства самый энергическій протестъ по поводу вопіющаго нарушенія японцами какъ нейтралитета Китая, такъ и общепризнанныхъ началъ международнаго права нападеніемъ на разоруженный миноносецъ "Рѣшительный" въ нейтральномъ порту. О такомъ заявленіи Россіи доведено и до свѣдѣнія иностранныхъ державъ. Одновременно россійскому посланнику въ Пекинѣ предписано предъявить категорическій протестъ китайскому правительству съ указаніемъ на серьезныя послѣдствія, къ которымъ можетъ привести допущенное имъ нарушеніе нейтралитета. Японскому правительству очевидно не оставалось ничего болѣе, какъ, по примѣру прежнихъ случаевъ столь же вопіющаго нарушенія основъ международнаго нрава, опубликовать офиціальное сообщеніе, въ которомъ голословно заявляется, что "Рѣшительный" не былъ разоруженъ и что его команда первая напала на японцевъ; и то, и другое выставлено причиною захвата нашего миноносца. Одновременно было опубликовано офиціальное сообщеніе китайскаго правительства, опровергающее во всѣхъ отношеніяхъ японское сообщеніе и устанавливающее неоспоримость факта разбойничьяго нападенія на нашъ разоруженный миноносецъ.
Сотрудникъ "Matin", Жанъ Родъ, посѣтилъ въ госпиталѣ въ Чифу раненаго командира миноносца "Рѣшительный".
Въ самомъ началѣ бесѣды лейтенанту сообщили, что море выбросило на берегъ тѣло русскаго моряка.
Вотъ что разсказалъ раненый командиръ о захватѣ "Рѣшительнаго":
"Два японскихъ миноносца и одинъ крейсеръ прибыли въ три часа утра. Немедленно нѣсколько шлюпокъ съ вооруженными матросами подошли къ намъ. Японскій офицеръ взошелъ на мой миноносецъ и предложилъ мнѣ сдаться или сражаться.
Я ему отвѣчалъ, что, будучи разоруженъ и находясь въ нейтральномъ порту, я не могу сражаться и не желаю сдаваться.
Несмотря на мои протесты, японскіе моряки появились на палубѣ, захватили разные предметы и начали подымать свой флагъ.
Я тогда сказалъ ихъ офицеру:-- "У васъ есть сабля,-- убейте меня поскорѣе. Я вамъ клянусь, что не буду защищаться, но, пока я живъ, не подымайте вашего флага".
Такъ какъ онъ настаивалъ на своемъ, я сказалъ командѣ: слѣдуйте моему примѣру,-- и ударивъ офицера кулакомъ въ лицо, сбросилъ въ море. Онъ ухватился за меня и повлекъ меня за собою. Мы упали въ японскую шлюпку. Я былъ надъ нимъ. Онъ укусилъ меня въ палецъ. Японцы сбросили меня въ воду, я поплылъ къ своему миноносцу, откуда японцы дали болѣе двадцати выстрѣловъ по мнѣ. Одна пуля попала мнѣ въ ногу.
Тогда я поплылъ къ какой-то джонкѣ, но китайцы оттолкнули меня ударами бамбуковыхъ тростей.
Въ это время моя команда кулаками поражала вооруженныхъ японцевъ и спасалась вплавь.
У насъ оказалось четыре раненыхъ и два безъ вѣсти пропавшихъ.
По моему приказу, былъ приготовленъ взрывъ, во время котораго было убито 15 японцевъ. Китайскіе солдаты, составлявшіе нашу охрану, убѣжали, когда началась свалка".
