Въ то время какъ происходилъ этотъ разговоръ между Сесиліей и леди Гленальвонъ, Гордонъ Чиллингли сидѣлъ одинъ съ Миверсомъ въ комфортабельной квартирѣ стараго циника-холостяка. Гордонъ завтракалъ у своего родственника, но завтракъ былъ давно уже конченъ; между ними завязался разговоръ весьма интересный для младшаго и не лишенный также интереса для старшаго.
Дѣйствительно, Чиллингли Гордонъ, въ краткій промежутокъ протекшій со дня вступленія его въ Палату Общинъ, успѣлъ пріобрѣсти славу которая облегчаетъ человѣку доступъ въ высшія сферы парламентской карьеры -- славу не столько блестящую, сколько прочную. Природа не одарила его качествами геніальнаго оратора, ни энтузіазмомъ, ни воображеніемъ; она не дала ему неосторожныхъ порывовъ жгучаго слова изливающагося изъ страстнаго сердца. Но онъ обладалъ свойствами нужными для того чтобы говорить убѣдительно: у него былъ чистый, металлическій голосъ, жесты благовоспитаннаго человѣка приличные случаю, не лишенные достоинства, хотя можетъ-быть слишкомъ тихіе, всегда готовые отвѣты, прилежаніе и правильная метода для изложенія подготовленныхъ доказательствъ принципа или факта. Но главныя достоинства за которыя цѣнили его вожди собранія, были здравый смыслъ и свѣтскій тактъ дѣлавшіе его надежнымъ ораторомъ. Этими достоинствами онъ былъ много обязанъ своимъ частымъ бесѣдамъ съ Чиллингли Миверсомъ. Этотъ джентльменъ, благодаря ли своимъ качествамъ человѣка общественнаго, или вліянію газеты Londoner на общественное мнѣніе, пользовался интимными сношеніями съ вождями всѣхъ партій и былъ вполнѣ пропитанъ свѣтскою мудростью. "Ни что, говорилъ онъ, не вредитъ такъ молодому парламентскому оратору, какъ крайность мнѣній въ ту или другую сторону. Остерегайтесь этого. Всегда допускайте что многое можетъ быть сказано съ обѣихъ сторонъ. Когда вожди вашей стороны впадаютъ въ крайность, вы можете безразлично идти за или противъ нихъ, смотря по тому что болѣе согласно съ вашею книжкой.
-- Итакъ, сказалъ Миверсъ, лежа на диванѣ и докуривая вторую сигару (онъ никогда не позволялъ себѣ болѣе) итакъ, я думаю, мы довольно ясно опредѣлили въ какомъ именно тонѣ должна быть ваша сегодняшняя рѣчь. Это важный случай.
-- Правда. Первый разъ пренія такъ устроилась то мнѣ придется говорить часовъ въ десять или позднѣе. Это само по себѣ ужь есть большой шагъ; мнѣ приходится отвѣчать кабинетъ-министру, къ счастію онъ малый не далекій. Какъ вы думаете, не рискнуть ли мнѣ на какую-нибудь шутку или по крайней мѣрѣ остроту.
-- На его счетъ? Положительно нѣтъ. Хотя его обязаности принуждаютъ его проводить эту мѣру, тѣмъ не менѣе окь далеко не былъ сторонникомъ ее когда она обсуждалась въ кабинетѣ. И хотя, какъ вы говорите, онъ недалекъ, но именно этого рода посредственности существенно необходимы для составленія всякаго респектабельнаго кабинета. Шутить надъ нимъ! Знайте что кроткая посредственность не любитъ шутокъ -- на свой счетъ. Тщеславный человѣкъ! ловите случай который представляетъ вамъ то обстоятельство что вы не одобряете его мѣры и заставьте его хвалить васъ: льстите ему. Но будетъ о политикѣ. Всегда вредно обдумывать слишкомъ долго то что вы уже рѣшили говорить. Взвѣшивая слова свои слишкомъ тщательно, можно впасть въ слишкомъ большую серіозность, и поступить нескромно. Итакъ Кенелмъ возвратился?
-- Да. Я узналъ объ этомъ вчера вечеромъ у Уайта отъ Траверса. Сэръ-Питеръ заходилъ къ Траверсу.
-- Траверсъ продолжаетъ одобрять ваше сватовство за его дочери?
-- Мнѣ кажется болѣе чѣмъ когда-нибудь. Успѣхъ въ Парламентѣ сильно дѣйствуетъ на человѣка который имѣетъ успѣхъ въ свѣтѣ и уважаетъ мнѣніе клубовъ. Но вчера вечеромъ онъ былъ радушнѣе обыкновеннаго. Между вами, кажется немного побаивается чтобы Кенелмъ не одѣлался моимъ соперникомъ. Я вывелъ это заключеніе изъ его намека на не совсѣмъ непріятный разговоръ который имѣлъ съ нимъ сэръ-Питеръ.
-- За что Траверсъ питаетъ непріязнь къ бѣдному Кенелму? Онъ казалось былъ прежде довольно расположенъ къ нему.
-- Но не какъ къ будущему зятю, даже прежде чѣмъ я имѣлъ въ виду сдѣлаться имъ. О когда, послѣ появленія Кенелма въ Эксмондгамѣ, когда Траверсъ былъ тамъ, онъ узналъ, я думаю, отъ леди Чиллингли, что Кенелмъ влюбился въ какую-то другую дѣвушку и хотѣлъ жениться на ней, но она отвергла его предложеніе, и еще болѣе когда онъ услыхалъ что Кенелмъ послѣ того путешествовалъ на континентѣ въ обществѣ безнравственнаго пьяницы и буйнаго сына кузнеца, вы можете себѣ представить какъ такому образованному и разумному человѣку, какъ Леопольдъ Траверсъ, было тяжело думать о возможности выдать дочь свою за того кто такъ мало былъ способенъ сдѣлаться хорошимъ зятемъ. Я нисколько не боюсь Кенелма. Кстати, не говорилъ ли вамъ сэръ-Питерь о здоровьи Кенелма? поправился ли онъ? Полтора года тому назадъ онъ былъ на краю гроба, когда сэръ-Питеръ и леди Чиллингли были призваны въ городъ докторами.
-- Боюсь, любезнѣйшій Гордонъ, что вамъ нѣтъ надежды на Эксмондгамское наслѣдство. Сэръ-Питеръ говоритъ что его странствующій Геркулесъ такой же молодецъ какъ и былъ и теперь болѣе ровнаго темперамента, молчаливѣе и серіознѣе, однимъ словомъ, съ меньшими причудами. Но когда вы говорите что не боитесь соперничества Кенелма, слѣдуетъ ли понимать это только относительно Сесиліи Траверсъ?
-- Также какъ и относительно всего другаго въ жизни; что же касается до наслѣдства Экомондгамскаго, то онъ можетъ завѣщать его кому вздумаетъ, и я имѣю основаніе думать что онъ никогда не завѣщаетъ его мнѣ. Скорѣе ужъ священнику Джону или сыну священника, почему бы даже не вамъ? Я часто думаю что для успѣховъ предстоящихъ моему честолюбію мнѣ лучше не владѣть землею; земля многое затмѣваетъ.
-- Гм. Въ этою, пожалуй, есть доля правды. Однако страхъ обладать землею повидимому не дѣйствуетъ на васъ когда дѣло идетъ о женитьбѣ на Сесиліи Траверсъ?
-- Отецъ ея, по всему вѣроятію, проживетъ до тѣхъ поръ когда я буду отдыхать въ Верхней Палатѣ; а мнѣ бы не хотѣлось быть безземельнымъ перомъ.
-- Въ этомъ вы правы; но я долженъ вамъ сказать что теперь какъ пріѣхалъ Кенелмъ, сэръ-Питеръ непремѣнно хочетъ чтобы сынъ его сдѣлался вашимъ соперникомъ.
-- Относительно Сесиліи?
-- Можетъ-быть; но относительно репутаціи въ парламентѣ, навѣрное. Старшій представитель графства намѣревается удалиться изъ парламента, и сэръ-Питера уговорили позвать сына выступить кандидатомъ, какъ я слышалъ, съ увѣрнностію въ успѣхѣ.
-- Какъ! несмотря на удивительную рѣчь которую on произнесъ въ день своего совершеннолѣтія?
-- Теперь поняли что это была лишь насмѣшка надъ новыми идеями и ихъ органами, включая и Londoner. Но если Кенелмъ вступитъ въ парламентъ, онъ будетъ не на вашей сторонѣ; и если я не слишкомъ преувеличиваю его способности,-- что довольно вѣроятно,-- онъ будетъ соперникомъ котoрымъ пренебрегать нельзя. Развѣ только онъ впадетъ въ ошибку которая въ нашъ вѣкъ сдѣлала бы его человѣкомъ неспособнымъ къ публичной жизни.
-- Какая же это ошибка?
-- Измѣна крови Чиллингли. Въ Англіи теперь такой вѣкъ что надо быть Чиллингліемъ. Еслибы Кенелму вскружило голову какое-нибудь политическое отвлеченіе, назовите его какъ хотите, "любовь къ отечеству" или какое-нибудь старомодное чудачество въ этомъ родѣ, то я боюсь, сильно боюсь что онъ сочтетъ себя не въ шутку убѣжденнымъ.