На другой день Кенелмъ удивилъ общество за завтракомъ появившись въ простомъ платьѣ въ которомъ онъ впервые познакомился съ хозяиномъ дома. Объявляя о своемъ отъѣздѣ онъ не взглянулъ на Сесилію, но глаза его остановились на мистрисъ Кампіонъ, и онъ улыбнулся, можетъ-быть нѣсколько печально, когда увидѣлъ что лицо ея просіяло при этомъ извѣстіи и услышалъ короткій облегчительный вздохъ ея. Траверсъ всячески старался убѣдить его остаться еще нѣсколько дней, но Кенелмъ былъ твердъ въ своемъ рѣшеніи.
-- Лѣто проходитъ, сказалъ онъ,-- а мнѣ нужно уйти далеко прежде чѣмъ завянутъ цвѣты и выпадетъ снѣгъ. Черезъ два дня я буду спать уже на чужой землѣ.
-- Вы отправляетесь за границу? спросила мистрисъ Кампіонъ.
-- Да.
-- Неожиданное рѣшеніе, мистеръ Чиллингли. На дняхъ вы говорили о поѣздкѣ къ Шотландскимъ озерамъ.
-- Правда; но я сообразилъ что тамъ соберется множество праздничныхъ путешественниковъ, изъ которыхъ многіе можетъ-быть знаютъ меня. За границей я буду свободенъ, потому что тамъ меня никто не знаетъ.
-- Надѣюсь что вы вернетесь къ тому времени какъ наступитъ пора охоты, сказалъ мистеръ Траверсъ.
-- Думаю что нѣтъ. Я не охочусь за лисицами.
-- Во всякомъ случаѣ мы вѣрно встрѣтимся въ Лондонѣ, сказалъ Траверсъ.-- Я думаю что послѣ долгой жизни въ деревнѣ провести одинъ или два сезона въ шумной столицѣ будетъ пріятнымъ разнообразіемъ для души и тѣла; да и Сесиліи пора представиться ко двору чтобы подробное описаніе ея туалета появилось на столбцахъ Morning P ost.
Сесилія, повидимому, была слишкомъ занята приготовленіемъ чая и не обратила вниманія на это упоминаніе о ея предстоящемъ дебютѣ.
-- Я буду страшно тосковать по васъ, воскликнулъ Траверсъ нѣсколько минутъ спустя съ большимъ чувствомъ.-- Признаюсь вы меня совсѣмъ разстроили. Ваши острыя слова еще долго будутъ звучать въ моихъ ушахъ послѣ того какъ васъ не будетъ.
За чайнымъ приборомъ послышался шорохъ какъ бы женскаго платья при быстромъ движеніи.
-- Сесилія, сказала мистрисъ Кантонъ,-- дождемся мы когда-нибудь чаю?
-- Простите, сказалъ голосъ позади чайника,-- я слышу что Помпей (терріеръ) воетъ на лужайкѣ. Дверь заперта. Я сейчасъ вернусь.
Сесилія встала и ушла. Мистрисъ Кампіонъ заняла ея мѣсто у чайника.
-- Какъ это нелѣпо что Сесилія такъ любитъ эту безобразную собаку, сказалъ Траверсъ ворчливо.
-- Безобразіе и составляетъ ея красоту, возразила мистрисъ Кампіонъ смѣясь.-- Мистеръ Бельвойръ выбралъ ее потому что у нея самая длинная спина и самыя короткія ноги какія онъ только могъ найти въ Шотландіи.
-- А, это ей подарилъ Георгъ; я и забылъ, сказалъ Траверсъ съ довольнымъ смѣхомъ.
Прошло нѣсколько минутъ прежде чѣмъ возвратилась Сесилія со своимъ терріеромъ. Хорошее расположеніе духа ея казалось возвратилось съ появленіемъ этого новаго члена общества; она говорила очень быстро и весело, щеки ея горѣли какъ бы отъ избытка веселья:
Но когда, полчаса спустя, Кенелмъ простился съ ней и съ мистрисъ Кампіонъ у дверей залы, румянецъ ея пропалъ, губы плотно сжались и прощальныя слова ея нельзя было разслышать. Когда, же его фигура (рядомъ съ ея отцомъ, который провожалъ своего гостя до воротъ) показавшись на лужайкѣ исчезла за деревьями, мистрисъ Кэмпіонъ своею материнскою рукой обаяла ее за талію и поцѣловала ее. Сесилія вздрогнула и обернувшись къ своему другу улыбнулась, но такою улыбкой -- одною изъ тѣхъ улыбокъ что кажутся полны слезами.
-- Благодарю васъ, сказала она кротко и пошла къ саду; помедлила съ минуту около калитки которую Кенелмъ отворялъ наканунѣ вечеромъ. Потомъ пошла тихими шагами на возвышеніе къ развалинамъ монастыря.