Тавтология придает речи большую силу и одушевление или повторением одного и того же слова или совокуплением двух и трех подобозначащих. Она весьма употребительна и в других языках, особенно в речи безыскусственной, первобытной; так, Я. Гримм в "Deutsche Rechtsalterthümer" (с. 13) приводит множество выражений тавтологических из древних памятников немецкого права. Тавтология одного языка отличается от тавтологии другого тем, что в одном она принята одними словами, и понятиями, в другом -- другими. Следовательно, чтобы изучить тавтологию русскую, надобно знать те выражения, в коих она употребляется. Так как может повторяться или один и тот же звук, т. е. один и тот же корень, или одно и то же понятие в нескольких синонимах, то и тавтология может быть или в звуках и корнях или в понятиях, т. е. или тождесловие или подобословие.
Повторение одного и того же звука состоит в том, что берется один корень и от него производятся два слова, или глагол и существительное, или существительное с прилагательным и т. п. Повторение может быть в определении: святой святын ѣ приложиться (167), с тарину стародавную (315), молодымъ молодицамъ на перениманье (283). В дополнении: а поносъ понесла и дитя родила (45), шутку шутить (254) сыгришъ сыгралъ Царяграда (132). В обстоятельствах: золотомъ золотилъ (272), черные вороны табуномъ табунилися (288), перекрестился крестомъ своимъ (343), въ полонъ полонитъ (243), какъ бы двухъ коней въ поводу повелъ (212). В подлежащем и сказуемом: шуточка пошучена (99), послы поздоровались, какъ послы послуются (126), подпись подписана (171). Эта тавтология в отношении к следующим может быть названа одночленною.
Тавтология в совокупности слов подобозначащих бывает двухчленная и трехчленная. Двухчленная: колы бель люльку д ѣ лали (293), глубота глубота океанъ море ( 1), чтобы вид ѣ ть при пути дороженьки (256), кабы прежде у меня не служилъ вѣрою и правдою (90), я сама д & #1123; вица знаю в ѣ даю (209), про то не знаешь не вѣдаешь (50), а и жилъ былъ богатый гость (13). Трехчленная: съ к ѣ мъ побиться подраться поратиться (260, 388). Из некоторых выражений видно, что трехчленная есть развитие двухчленной прибавлением к сей последней третьего понятия, а именно: а и смилуйся с милосердися, смилосердися покажи милость (277), она съ вечера трудна больна, съ полуночи недужна вся (14), осталося житье бытье богатество (345), журить бранить, его на умъ учить (74).
Тавтология может осложняться следующим образом: или между синонимами вставляются другие слова: божился добрый молодец ратился (372), чѣмъ мн ѣ -ко будетъ князя дарить, чѣмъ св ѣ та жаловати (3). Или тавтология распространяется на целые предложения, притом двояким образом: или части предложения соответствуют друг другу, как синонимы: а утоптана трава, утолочена мурова (305), или, кроме этого соответствия синонимического, в каждом предложении еще соответствие звуковое: суженое пересуживаешь, ряженое переряживаешь (141), суды рассуживаетъ и ряды разряживаетъ (31). Или, когда говорится о каком лице, в одном предложении имя, а в другом отчество; отчество соответствует имени, синоним синониму: нон ѣ Настасья просватана, душа Дмитревна запоручена (137). К тавтологии предложений относятся и следующие: становился стоять персидский посолъ (109), становилъ стоять молоду жену (100). Здесь тождесловие между предложением придаточным и главным.