-- Обѣдалъ-ли ты, Калэбъ, спросила м-съ Гартъ, занятая приготовленіемъ вечерняго чая, здороваясь съ мужемъ, который ушелъ изъ дому съ ранняго утра и только теперь вернулся.
-- Отлично пообѣдалъ холодной бараниной и еще чѣмъ-то, отвѣчалъ онъ.-- Гдѣ Мэри?
-- Кажется, въ саду, вмѣстѣ съ Лэтти.
-- Фрэдъ еще не приходилъ?
-- Нѣтъ. Но неужели ты уйдешь безъ чаю, Калэбъ? спросила м-съ Гартъ, видя, что ея разсѣянный супругъ снова надѣвалъ шляпу, только что имъ снятую.
-- Я сейчасъ вернусь; мнѣ нужно повидать Мэри на одну минуту.
Мэри, въ это время, находилась въ самомъ уютномъ уголку сада, гдѣ между двумя грушевыми деревьями висѣли качели. Надвинувъ на глаза, въ видѣ защиты отъ яркихъ лучей солнца, пунцовый платочекъ, надѣтый на голову, она высоко взбрасывала качели съ сидѣвшей на нихъ Лэтти, которая громко взвизгивала и смѣялась отъ души.
Увидавъ отца, Мэри бросила веревку отъ качели и, откинувъ нѣсколько назадъ платочекъ, съ нѣжной, веселой улыбкой пошла ему на встрѣчу.
-- А я пришолъ за тобой, Мэри, сказалъ м-ръ Гартъ.-- Пройдемся немного.
Мэри очень хорошо поняла, что отецъ хочетъ ей сообщить что-нибудь важное. Съ ранняго дѣтства она привыкла догадываться, что слегка нахмуренныя брови и серьезный голосъ отца выражаютъ что онъ озабоченъ.
-- Тебѣ придется довольно долго погрустить до свадьбы, Мэри, сказалъ отецъ, смотря не на нее, а на конецъ палки которую держалъ въ рукѣ.
-- Чего-жъ мнѣ грустить, отецъ? возразила Мэри смѣясь.-- Я прожила 24 года и всегда была весела; не придется-же мнѣ ждать свадьбы еще столько-же лѣтъ; мнѣ кажется, все это время ты былъ доволенъ Фрэдомъ, прибавила она, шаловливо заглядывая отцу въ лицо.
Калэбъ состроилъ ртомъ какую-то гримасу и изъ предосторожности отвернулся.
-- Вспомни отецъ, какъ ты его хвалилъ въ послѣдній четвергъ! приставала Мэри.-- Ты говорилъ, что онъ необыкновенно хорошо изобрѣтаетъ источники доходовъ и вообще знаетъ толкъ въ хозяйствѣ.
-- Будто я это говорилъ? съ лукавой усмѣшкой спросилъ Калэбъ.
-- Конечно! я даже записала твои слова, поставила противъ нихъ число, anno Domini, и все какъ слѣдуетъ. Ты вѣдь любишь акуратность. Фредъ такъ хорошъ къ тебѣ, такъ уважаетъ тебя; право, рѣдко можно встрѣтить человѣка съ такимъ отличнымъ характеромъ, какъ Фрэдъ.
-- Э-ге-ге! да ты видно подольщаешься ко мнѣ, чтобы я, въ самомъ дѣлѣ, вообразилъ, что это выгодная для тебя партія!
-- Совсѣмъ нѣтъ, отецъ; я люблю Фрэда вовсе не за то, что считаю его выгодной партіей.
-- А за что-жъ ты его любишь.
-- А просто за то, что привыкла его любить. Я никого не журю такъ охотно, какъ его, а это вѣрный признакъ, что онъ будетъ моимъ мужемъ.
-- Слѣдовательно, ты ужь порѣшила это дѣло въ своей головѣ, Мэри? Судя по всему, что случилось въ послѣднее время,-- (Калэбъ подъ этой фразой подразумѣвалъ очень многое) -- твои чувства къ Фрэду не измѣнились, иначе ты-бы мнѣ созналась; лучше поздно, чѣмъ никогда. Женщина не должна насиловать своего сердца; этимъ она не принесетъ счастія своему мужу.
-- Чувства мои не измѣнились, отецъ, отвѣчала спокойно Мэри;-- я останусь вѣрна Фрэду до тѣхъ поръ, пока онъ не перемѣнится ко мнѣ. Мы не можемъ обойтись другъ безъ друга, а тѣмъ болѣе -- полюбить кого-нибудь; ему -- жениться на другой женщинѣ, а мнѣ выйдти замужъ за другого мужчину, все равно, что на старыхъ дорогихъ мѣстахъ воздвигнуть новыя строенія. А что намъ придется долго ждать свадьбы, это Фрэдъ давно знаетъ.
Вмѣсто того, чтобы отвѣчать дочери, Калэбъ стоялъ молча и вертѣлъ палкой въ густой травѣ.
-- Я тебѣ новость принесъ, заговорилъ онъ, наконецъ, взволнованнымъ голосомъ.-- Что ты скажешь, если Фрэдъ поселится въ Стон-Кортѣ и будетъ управлять этимъ имѣніемъ?
-- Да развѣ это возможно? спросила Мэри съ удивленіемъ.
-- Тетка Бюльстродъ хочетъ сдѣлать его своимъ управляющимъ; бѣдняжка была сейчасъ у меня и со слезами просила о томъ. Она желаетъ обезпечить мальчика; и дѣйствительно, такое дѣло будетъ для него очень выгодно. Если онъ съумѣетъ скопить деньжонокъ, то можетъ обзавестись своимъ собственнымъ хозяйствомъ, а онъ способенъ быть хорошимъ фермеромъ.
-- Ахъ, Фрэдъ будетъ очень, очень счастливъ! Это дѣло такъ хорошо, что не вѣрится, чтобы оно исполнилось!
-- Одного не забудь, проговорилъ Калэбъ, оборачиваясь къ дочери,-- что мнѣ придется взять имѣніе на свои плечи, быть отвѣтственнымъ лицомъ, слѣдить рѣшительно за всѣмъ. Матери это не понравится, хотя она и не скажетъ,-- поэтому Фрэду надо будетъ держать ухо востро.
-- Не слишкомъ-ли это для тебя хлопотливо, отецъ? Не большая радость навязать на тебя новыя заботы.
-- Нѣтъ, нѣтъ, дитя; трудъ для меня наслажденіе, лишь-бы только мать не тревожилась. Притомъ, когда Фрэдъ на тебѣ женятся -- (тутъ голосъ Калэба слегка дрогнулъ) -- онъ сдѣлается акуратенъ и бережливъ. Ты умомъ вся въ мать, а отчасти и въ меня,-- съумѣешь держать его въ порядкѣ. Онъ сейчасъ сюда будетъ; я нарочно тебя предупредилъ, чтобы ты сама передала ему все дѣла, а мнѣ послѣ этого легче будетъ переговорить съ нимъ. Мы вмѣстѣ обсудимъ вопросъ и сдѣлаемъ нужные разсчеты.
-- Ахъ, ты, мой милый, добрый старичокъ! воскликнула Мэри, обвивая руками шею отца, а онъ смиренно нагнулъ голову, очень довольный этой лаской дочери.-- Ну, есть-ли на бѣломъ свѣтѣ другая дѣвушка, которая можетъ сказать, что у нея такой безподобный отецъ, какъ у меня!
-- Полно вздоръ говорить, дитя; мужъ будетъ тебѣ всегда казаться лучше отца.
-- Никогда! возразила Мэри съ улыбкой.-- Мужья -- люди второстепеннаго разряда; ихъ постоянно надо держать въ рукахъ.
Подходя къ дому вмѣстѣ съ отцомъ и съ Лэтти, которая прибѣжала къ нимъ, Мэри увидала Фрэда у калитки, ведущей въ огородъ, и пошла къ нему на встрѣчу.
-- Какое на васъ прекрасное платье,-- мотъ вы этакій, сказала Мэри, когда Фрэдъ остановился передъ нею и съ комической церемонностію, почтительно приподнялъ шляпу.-- Вы не учитесь экономіи.
-- Можно-ли такъ зло шутить, Мэри! возразилъ Фрэдъ.-- Посмотрите на края моихъ обшлаговъ. Если я кажусь порядочно одѣтымъ, то это по милости тщательной чистки платья. У меня въ запасѣ три пары и одна изъ нихъ -- свадебная.
-- Воображаю, какъ въ ней вы будете хороши! Точно старинная картинка модъ.
-- Въ два года фасонъ платья не можетъ очень состариться.
-- Развѣ вы думаете, что наша свадьба будетъ черезъ два года? Будьте благоразумны, Фрэдъ, не льстите себя напрасный надеждами.
-- Почему-жъ нѣтъ? Человѣкъ только и живетъ надеждами. Если мы не женимся черезъ два года, то исполненіе нашихъ желаній потеряетъ ужь свою прелесть.
-- А я слышала исторію объ одномъ молодомъ человѣкѣ, который все лелѣялъ себя разными сладкими надеждами я жестоко ошибся.
-- Мэри, если вы собираетесь мнѣ сказать что-нибудь непріятное, я удеру, уйду къ м-ру Гарту. У меня и безъ того на душѣ не весело; отецъ упалъ духомъ, дома нашего теперь не узнаешь... Я не перенесу дурной вѣсти...
-- А какъ по вашему -- дурная будетъ вѣсть, если я вамъ скажу, что вамъ предстоитъ жить въ Стон-Кортѣ, что вы будете управлять тамошней фермой и что при благоразумной экономіи получите возможность завести свое собственное хозяйство и сдѣлаться знаменитымъ агрономомъ? Боюсь только, что вы очень растолстѣете.
-- У васъ все шутки на умѣ, Мэри, отвѣчалъ Фрэдъ, невольно краснѣя.
-- Я вамъ передала слова моего отца, а онъ никогда вздору не говоритъ, возразила Мэри, пристально глядя на Фрэда, который шелъ съ ней рядомъ и такъ жалъ ей руку, что она готова была вскрикнуть, хотя и виду не подавала, что ей больно.
-- Ахъ, если-бы это случилось, изъ меня вышелъ-бы отличнѣйшій человѣкъ, Мэри! воскликнулъ Фрэдъ,-- и мы могли-бы тогда, наконецъ, жениться.
-- Тише, тише, сэръ. Почему вы знаете, что я не отложу нашу свадьбу еще на нѣсколько лѣтъ? Въ это время вы успѣете снова испортиться, я полюблю другого и буду имѣть отличный предлогъ васъ надуть.
-- Мэри, прошу васъ, не шутите этимъ, проговорилъ Фрэдъ дрожащимъ голосомъ; -- подтвердите мнѣ серьезно, что все сказанное вами правда и что вы очень довольны, потому что любите меня больше всего на свѣтѣ!
-- Это все правда, Фрэдъ, и я очень довольна потому, что люблю васъ больше всего на свѣтѣ, повторила, какъ попугай, Мэри.
Они остановились въ эту минуту на крыльцѣ, подъ широкимъ навѣсомъ, и Фрэдъ, нагнувшись къ Мэри, произнесъ почти шопотомъ:
-- Помнишь, когда мы съ тобой въ первый разъ обручились колечкомъ отъ зонтика, Мэри? Ты тогда...
Глаза Мэри весело засмѣялись, но злодѣй Бэнъ вдругъ выскочилъ на крыльцо съ собачкой Брауни, которая громко лаяла сзади его, и крикнулъ:
-- Фрэдъ! Мэри! что-жъ вы нейдете? я вѣдь съѣмъ ваши пирожки!