Москва, 20 ноября 1848 г.
Здоров ли ты, друг? От Шевырева я получил экземпляр "Одиссеи". [Первый том "Одиссеи" в переводе Жуковского вышел осенью 1848 г. с пометою "1849 год".] Ее появленье в нынешнее время необыкновенно значительно. Влияние ее на публику еще вдали; весьма может быть, что в пору нынешнего лихорадочного своего состоянья большая часть читающей публики не только ее не разнюхает, но даже и не приметит. Но зато это сущая благодать и подарок всем тем, в душах которых не погасал священный огонь и у которых сердце приуныло от смут и тяжелых явлений современных. Ничего нельзя было придумать для них утешительнее. Как на знак божьей милости к нам должны мы глядеть на это явление, несущее ободренье и освеженье в наши души.
О себе, покуда, могу сказать немного. Соображаю, думаю и обдумываю второй том "М[ертвых] Д[уш]". Читаю преимущественно то, где слышится сильней присутствие русского духа. Прежде чем примусь сурьезно за перо, хочу назвучаться русскими звуками и речью. Боюсь нагрешить противу языка. Как ты? Дай о себе словечко. Поклонись всем, кто любит меня и помнит.
Весь твой Н. Гоголь.
"Письма", IV, стр. 231-232.