В шоке от полного отсутствия у Джемитта скорби по человеку, который был так добр к нему, Нэнси, её отец и Кэрол взглянули на управляющего с отвращением.

- Думаю, - сказал мистер Дрю, - Вам лучше держать подобные мысли при себе до тех пор, пока не будет оглашено завещание мистера Сиднея. А пока для Вас найдётся работа. Во-первых, подготовьте таблички «Закрыто» и поставьте у входа. Затем составьте полный список всех продуктов, которые здесь имеются.

Джемитт вызывающе ответил:

- С чего Вы решили, что можете мне приказывать?

- Потому что, как адвокат мистера Сиднея, я за всё здесь отвечаю. И мне нужны дубликаты всех ключей.

Управляющий отступил в удивлении.

- Ладно, я сделаю всё, что Вы сказали. Но сначала мы с женой уберёмся в комнате в башне.

В ответ на это заявление Нэнси сжала руку отца, подавая знак не оставлять эту парочку одних на третьем этаже. Он понял её сигнал.

- Мистер Джемитт, моя дочь и Кэрол - если она будет в состоянии - будут сопровождать вас. Ничего не трогайте, кроме постельного белья и полотенец. Я присоединюсь к вам после того, как сделаю несколько телефонных звонков.

Глаза управляющего сузились от ненависти, но он смолчал.

- Я… я в порядке, - сказала Кэрол, вставая.

Нэнси обняла девушку за плечи, и они вместе пошли наверх. Дрожь пробежала по телу молодой девушки, когда они вошли в башню, но это длилось всего мгновение. Джемитты появились сразу за ними. Вместо того чтобы ограничиться уборкой кровати и ванной комнаты, они начали подметать и протирать пыль. Вскоре стало очевидным, что они больше стараются что-то разнюхать, чем навести порядок.

Опасаясь, что Джемитты найдут спрятанный браслет, Нэнси в конце концов не выдержала.

- Мой отец не просил вас делать это, - сказала она.

- Хм! - воскликнула женщина. – Да что он понимает в уборке? - Она продолжила спокойно работать.

- Хватит! - приказала Нэнси. - Кэрол, беги вниз и попроси отца подняться прямо сейчас.

Когда Кэрол вышла из комнаты, Джемитт сказал:

- Ну что ж, хорошо. Эмма, собери бельё и одеяло с кровати.

Когда она это сделала, Нэнси увидела, что управляющий поднял угол матраса и заглянул под него.

Поняв, что его действия не остались незамеченными, Джемитт быстро выпрямился и пошёл забрать полотенца из прилегающей ванной. К этому времени подошёл мистер Дрю, Джемитт и его жена мгновенно исчезли, спустившись по лестнице.

Но все услышали крик Джемитта:

- Кэрол, не смей больше слушаться Нэнси Дрю или её отца! Мы твои приёмные родители, и ты будешь делать то, что мы говорим! Сейчас же приступай к уборке наших спален.

Нэнси вздохнула.

- Папа, разве это не ужасно?

Он кивнул.

- Я чувствую, что впереди ещё будут неприятности, но мы должны сделать две вещи: защитить Кэрол и позаботиться об этом старинном особняке. Нэнси, как думаешь, Ханна согласится приехать сюда и остаться с тобой?

- О, папа, уверена, она согласиться, и я так рада, что ты хочешь, чтобы я осталась тут.

Адвокат улыбнулся.

- Думаю, ты нужна Кэрол.

Спустя несколько минут приехали родственники, сказав, что им позвонил Джемитт. Нэнси была рада, что среди них не было Бесс и Джорджи, потому что она не считала себя готовой справиться ещё и с этим в такой невесёлой ситуации. Миссис Фейн и миссис Марвин пришли с Питером Бонтоном. Они держались с Нэнси холодно. Джейкоб Сидней был в сопровождении человека, которого он представил как своего юриста. Все они пошли на третий этаж.

Внимание сосредоточилось на мистере Дрю. Он как часовой стоял у двери в башню и не позволял никому войти.

Двое племянников умоляли пропустить их в комнату Эйзы Сиднея, “только чтобы взять маленькие сувениры на память”, но он им отказал. Когда представилась возможность поговорить с адвокатом наедине, Джейкоб Сидней попытался выяснить, что было в завещании его двоюродного деда.

- Я не имею права сейчас обсуждать это, - ответил мистер Дрю.

Вскоре в ответ на звонок адвоката прибыл представитель шерифа. Он запечатал двери комнаты в башне, где Эйза Сидней, как он рассказал мистеру Дрю, хранил ценные бумаги.

Единственным ответом мистера Дрю на все вопросы было: “Я должен соблюдать закон и этические нормы моей профессии.

С Джемиттами, однако, у него был более долгий разговор.

- Вы несёте ответственность за эту комнату, - сказал он им. - Если печать будет сломана, вас арестуют. Окна тоже заперты и опечатаны, поэтому вы дополнительно присмотрите, чтобы никто не залез через них.

Охваченные благоговейным страхом, управляющий и его жена согласились следовать его приказам.

Наконец, мистер Дрю созвал родственников вместе в гостиной и рассказал им о планах на похороны.

- Мы встретимся здесь через два дня, чтобы прочитать завещание, - добавил он. - В два пополудни.

- Если раньше собраться невозможно, я согласен, - с ворчанием признал Питер Бонтон, и родственники разошлись.

Немного погодя мистер Дрю взял машину дочери и уехал. Нэнси пошла поговорить с Кэрол, которая находилась у себя в комнате. Девушка была убита горем.

- Я чувствую себя такой одинокой, - призналась она. - Надеюсь, мистер Сидней оставил этот дом Джемиттам. Это единственный дом, который я знаю, и он полон воспоминаний о его доброте ко мне. Я хотела бы остаться здесь, где я могу часто тебя видеть, Нэнси.

- Не беспокойся, Кэрол. В течение нескольких следующих дней я буду с тобой всё время. А наша милая экономка, Ханна Груин, приедет, чтобы побыть с нами.

- О-о, спасибо тебе, - сказала Кэрол. – Теперь я чувствую себя намного лучше.

Миссис Груин приехала на такси к обеду, и девушки спустились поприветствовать её. Она несла два чемодана, для себя и для Нэнси.

Выразив Кэрол соболезнования, она спросила:

- А что вывезли из особняка в грузовике?

Когда Нэнси и Кэрол признались, что они не в курсе, Ханна продолжила:

- Там было несколько коробок. А вот и человек, который помогал их грузить.

Из кухни к их группе направился Джемитт.

- Ханна, это мистер Джемитт, - представила его Нэнси. - Я бы хотела…

- Здесь закрыто, - отрывисто бросил он. - Разве Вы не видели объявление? Нет ни обедов, ни номеров.

Миссис Груин с достоинством произнесла:

- Меня сюда пригласили.

- Кто? – Получив ответ, Джемитт презрительно усмехнулся: - Что ж, не ждите, что моя жена и я будем Вам прислуживать.

Когда он собрался уходить, Нэнси спросила:

- Что Вы отослали отсюда в коробках?

- Вы о чём?

Нэнси объяснила, и Джемитт ответил:

- Некоторые личные вещи. Ваш отец сказал нам убираться отсюда, так что я начал собираться.

Он поспешил уйти.

- Хм! - сказала миссис Груин. - Кажется, я попала в настоящее осиное гнездо.

Нэнси кивнула в знак согласия, затем прошептала:

- Жаль, что здесь нет моей машины. Я бы могла проследить за грузовиком.

- Ты и так можешь сделать это, - сказала ей Ханна Груин. – Сюда на такси меня привёз Моуз Блейн. Я попросила его подождать на случай, если ты захотела бы забрать свою машину. Она стоит у офиса твоего отца.

- Ты прелесть! - воскликнула Нэнси. Она схватила свою сумочку, выбежала из гостиницы и прыгнула в такси. – Вы не обратили внимания, в каком направлении поехал тот грузовик? - спросила она водителя.

- Обратил. Он поехал на восток.

- Пожалуйста, поехали за ним, - попросила Нэнси.

Моуз Блейн выглядел удивлённым, но сделал, как она просила. Нэнси сказала:

- Нарушать правила не стоит, но поедем как можно быстрее.

Мужчина усмехнулся.

- Эта колымага почтенного возраста, мисс Дрю, у неё всё гремит и скрипит. Я всегда говорю, что она страдает от ревматизма.

Нэнси улыбнулась, подпрыгивая и покачиваясь на заднем сиденье. Такси так и не догнало грузовик, пока он не въехал во двор склада. Нэнси попросила Моуза подождать её у обочины. Она дождалась, когда водитель грузовика пошёл на склад, затем вышла из такси и зашла во двор. Делая вид, что коробки оказались в поле её зрения случайно, она посмотрела на маркировку. Одна коробка лежала на боку. Полужирная карандашная надпись сообщала:

ФРЭНК ДЖЕМИТТ

ЦЕННЫЕ ВЕЩИ

СПЕЦИАЛЬНЫЕ УСЛОВИЯ

"Было ли содержимое коробок собственностью Эйзы Сиднея?" – думала Нэнси, возвращаясь обратно в такси. Она попросила Моуза доставить её в офис мистера Дрю. Добравшись до него, Нэнси заплатила по счетчику, дала водителю щедрые чаевые и вышла из такси.

Он поблагодарил её, а потом сказал:

- Вы не хотите рассказать мне, что у Вас за новая тайна?

Нэнси хихикнула.

- Может быть, когда-нибудь.

Она направилась в здание офиса.

Мистер Дрю был поражён её рассказом и заметил:

- Ты отлично справилась. Когда ты вернёшься в гостиницу на собственном автомобиле, сомневаюсь, что Джемитт заподозрит, что ты следила за грузовиком - и это хорошо.

Как только Нэнси вернулась в особняк Сиднея, она пообедала, а затем поручила миссис Груин и Кэрол аккуратно заняться одним из двух аспектов дела: они должны были следить за каждым движением Джемиттов. А сама она продолжит поиски спрятанных сокровищ.

Весь день и вечер прошли без приключений и не принесли удачи в поисках. Ханна Груин помогала с готовкой еды и уборкой дома. Таким образом, она могла следить за миссис Джемитт, в то время как за появлениями и уходами её мужа смотрела Кэрол.

Нэнси не нашла больше никаких признаков витых свечей, указывающих на спрятанные сокровища. В своей спальне она сделала открытие. Под большим ковром часть пола оказалась съёмной, и Нэнси отодвинула её. К её разочарованию под ним оказалось пусто. "Интересно, это Джемитты вытащили содержимое тайника?" - подумала она.

Несколько раз, и в этот день, и на следующий, Нэнси находила Кэрол плачущей в одиночестве.

- Я ужасно себя чувствую, - призналась она наконец. - Мой дорогой настоящий друг - мистер Сидней - умер. Теперь мне придётся уехать отсюда с Джемиттами. Нэнси, я так боюсь этого.

Нэнси, как могла, успокоила девушку, но приходилось признать, что перспектива была безрадостной.

Наконец, похороны закончились, и родственники собрались в особняке "Под светом витых свечей" для оглашения завещания. Они разместились в гостиной. Джорджи и Бесс тоже приехали. Кузины приветствовали Нэнси торжественным кивком, но оставались рядом с родителями.

Мистер Дрю попросил также присутствовать Джемиттов, Кэрол и Нэнси. Нэнси стояла позади Кэрол, которая, заняв место сбоку от перешёптывающихся родственников, смущённо опустила глаза.

- Мы встретились, - начал мистер Дрю, - чтобы выслушать последнюю волю мистера Эйзы Сиднея. Этот документ был написан им всего несколько дней назад собственноручно и в двух экземплярах. Оригинал уже направлен в суд. Здесь вы видите копию. Оба документа были тщательно сверены и являются идентичными. Завещание было засвидетельствовано мистером Реймондом Хиллом, исполнительным вице-президентом филиала Национального банка Ривер-Хайтс в Смитс Ферри. Я предварил чтение этих документов таким предисловием, поскольку некоторые его положения могут удивить вас. Я могу добавить, что - хотя я назначен единственным душеприказчиком - я никогда не встречался с мистером Сиднеем до тех пор, пока он не вызвал меня, чтобы помочь составить этот документ.

Мистер Дрю открыл объёмистый конверт и развернул несколько новеньких листов бумаги.

- Мистер Хилл, Вы узнаёте это завещание?

Банкир, который никем не замеченный сидел в уголке, встал, проверил документы и кивнул.

- Это моя подпись, - сказал он. - И на каждом листе мои инициалы. Это документ, который подготовил мистер Сидней, а я засвидетельствовал.

Он сел.

- Хватит этих формальностей, читайте завещание! - потребовал Джейкоб Сидней.

Мистер Дрю наградил его неодобрительным взглядом. Затем он начал читать, а все, кроме Кэрол, напряжённо подались вперёд.

- “Я, Эйза Сидней, находясь в здравом уме, несмотря на то, что мне пошёл сто первый год, объявляю свою последнюю волю. Это завещание подготовлено мной собственноручно, заверено свидетелем и заменяет все предыдущие завещания, сделанные мной.

Во-первых, все мои долги должны быть выплачены. После этого всё моё имущество, недвижимое и движимое, будет распределено после моей смерти следующим образом:

Мои родственники и родственники моей жены, а именно: Джейкоб Сидней, Питер Бонтон, Анна Бонтон Марвин и её дочь Бесс Марвин, Луиза Бонтон Фейн и её дочь Джорджи Фейн, а также юная девушка, известная как Кэрол Уиппл, должны выбрать по взаимному согласию по одному предмету мебели из моих вещей в качестве памяти обо мне”.

- О, Нэнси, он не забыл меня! - прошептала Кэрол.

- “За исключением, - мистер Дрю сделал особый упор на эти слова, - портрета моей покойной любимой жены, о котором я распоряжусь ниже.

Далее я заявляю, что всё оставшееся имущество должно быть конвертировано в денежные средства путем продажи по наилучшей цене как можно скорее после моей смерти”.

За этим последовал список того, что надлежит продать. Перечень возглавил дом с четырьмя сотнями гектаров прилегающих земель. Затем шёл участок ценной недвижимости в центре делового района Ривер-Хайтс. Были упомянуты также два банковских счета, акции и облигации.

Мистер Дрю продолжил чтение:

- Банковские книжки, акты, расписки и некоторые ценные бумаги находятся в чёрном деревянном сундуке, обитом латунью, на крышке которого выгравировано моё имя”.

Нэнси взглянула на отца. Как она была рада, что спасла его!

- “Я заявляю, - гласило завещание, - что деньги, вырученные от продажи этих вещей, должны быть разделены на девять равных частей”.

При этих словах все родственники выпрямились и окидывали друг друга оценивающими взглядами, стараясь вычислить возможных наследников.

- "Одна из этих частей вновь должна быть разделена на семь равных частей, - торжественно продолжал мистер Дрю, растерянные родственников подались вперёд на своих стульях. – Одна из этих частей, то есть одна шестьдесят третья всего имущества, завещается Фрэнку Джемитту и его жене Эмме, учитывая те дни несколько лет назад, когда они служили мне честно и хорошо”.

На мгновение все взгляды обратились на пару. Значит, Эйза Сидней подозревал их в недавних кражах!

- “Каждая из оставшихся частей, а именно, по одной шестьдесят третьей части всего имущества, завещается каждому из моих родственников, а именно: Джейкобу Сиднею, Питеру Бонтону, Анне Марвин, Бесс Марвин, Луизе Фейн и Джорджи Фейн.

Все остальные деньги, а именно, восемь девятых денежных средств, вырученных от продажи имущества, завещаю девушке, известной как Кэрол Уиппл, которая также должна унаследовать портрет моей жены…”

Разочарованные наследники издали дружный рык неодобрения, в то время как Нэнси в испуге вскрикнула: