— 134—

потому я бросил его въ море, чтобы спасти хозяина отъ

отв"та на страшномъ судЬ. аА когда мы пришл ночевать ко

второму хозяину, зач%мъ ты его сына?» спросихь мо-

нахъ. Пустынникъ отв%чалъ: «сынъ этого чехов%ка, если бы

выросъ, то сдьался бы ра.збойникошъ и развратникомъ и погу-

биль бы челов%ка, а потому я и убил его». «А домъ этоть за-

чћмъ ты разрушил?» прододжаетъ спрашивать мовахъ. «Въ

этомъ деньги зарыты и люди, которые эти деньги закопал,

сидять изъ за нихъ въ тюрь“ Сюда пришель бы одинъ чело-

в%къ и поселился бы въ до“, а разбойники спаслись бы изъ

тюрьмы, пришли бы въ этоть домъ и убил бы того чехов%ка

изъ за денегъ. Теперь же они придуть, увидятљ что домъ обра-

тихся въ развалину и уйдуть. А потомъ на этомъ м%стЬ посе-

лится б%двый челов±къ и найдеть деньги. Ну, теперь ты иди

один», говорить пустынникъ монаху аи узнай Mipo. Пустынникъ

улетЬлъ и скрылся, а ионахъ пошелъ одинъ. Но это быхь не

пустынникъ, а ангелъ.

73.

Кто лучше сонь увидитъ.

Одинъ мужикъ очень хорошо жил съ цыганомъ. Условшись

они заколоть поросенка. Мужикъ говорить цыгану: акто изъ

насъ щчше сонь увидитъ, тоть поросенка и съ±сть». Закололи

поросенка, полжили въ печь и легли спать. Мужикъ встахь и

съЬъ поросенка, а цыгань спить. Встиъ цыгань утромъ и

говорить мужику: ая видтлъ бољшой сонь». «Какой?» Цыгань

сталь разсказывать: «я вид%лъ, что будто бы построишь бољшую

йстницу и в“зъ на небо кь Богу. Богъ съ женой об±дали и

меня првгпсили, да я не захотеъ». «А я, говорить мужикъ,

авихЬлъ во сн±, что тебя приглашаютъ, всталъ и съЬъ поросенка.

Говорю самъ себ%.• теперь цыгань уже сыть. Поьъ да опять и

легъ». А у цыгана на животЬ ворчало отъ голода.