Maman была очень религіозна, но въ двухъ случаяхъ чувство ея не сходилось съ ученіемъ в ѣ ры, и эти несогласія всегда были для нея упрекомъ. Она не могла в ѣ рить, что со смертью душа перестаетъ любить т ѣ хъ, кого любила, и не в ѣ рила въ в ѣ чныя мученья ада. «В ѣ чныя мученья, говорила она, упирая на слово «в ѣ чныя» и растягивая его съ ужасомъ и горемъ: этого не можетъ быть». Одно изъ этихъ сомн ѣ ній она выразила въ письм ѣ своемъ. Предчувствуя смерть, она разр ѣ шила его и уб ѣ дилась въ томъ, что не умираютъ чувства. Другое сомн ѣ ніе, ежели было можно, я думаю, простится ей.
Что вторая часть письма была написана по-Французски, можетъ показаться страннымъ, но надо вспомнить воспитаніе, которое давали д ѣ вушкамъ въ начал ѣ нын ѣ шняго в ѣ ка. Притомъ у всякаго, который говоритъ одинаково хорошо на 2-хъ или н ѣ сколькихъ языкахъ, есть привычка въ изв ѣ стномъ дух ѣ и н ѣ которыя вещи говорить и даже думать на одномъ язык ѣ, a другія на другомъ.