165

Трудно сказать, что постигло бы опять

оставшуюся лицомъ кь лицу съ пылавшимъ зло-

бой Ага-Магометь-ханомъ, если бы кинжаль

не пресТкъ 4 1797 г. нить жизни этого нуж-

наго Ирану челойка, причинившаго столько зла

при осуществдент «историческихъ задачъ»

Теперь бросимъ самый б'ђглый взглядъ на то,

кань pycckit протекторать сберегалъ отъ

и Дагестана.

Уже на годъ посјй 3aR.rwqeHiH трак-

тата, полномочный министръ при турецкомъ

дворТ, Булгаковъ, дђлалъ относи-

тельно безпокойствъ и Име-

Обь онъ не обязанъ быль и не

имТлъ права дТлать (по трактату

1783 г. и Кучукъ-Кайнарджтскому мирному до-

говору 1774 г.); же и эти

не могли уберечь, такъ какъ рус-

номъ и кумачемъ, а никакъ не въ воинскихъ подвигахъ (!).

«Какъ только эти pycckie узнали, что наши счастливыя вна-

мена двинудись сюда, они тотчасъ же вернулись въ свою

скверную землю». ДалгЬе, говорится о высокомъ

торое принадлежить въ Иранв, и что, «по

кь теб'Ь въ нашемъ ничего не было вром'Ь милости и

добра. А 0, что тогда случилось (paaopeHie Тифлиса)— отъ

тебя произошло» и т. д. Въ концћ, «стать на

путь службы», и явиться за милостей лично или

прислать одного изъ сыновей. Въ противномъ случа•ћ, пусть

не пеняетъ.