Шелопатова еще не спала когда Ильяшевъ вернулся домой. Она немного простудилась въ этотъ день и полулежала на кушеткѣ предъ догоравшимъ каминомъ, кутаясь въ теплую кофточку и поджимая ноги, озябшія въ ажурныхъ чулкахъ.
-- Ты нездорова? спросилъ Ильяшевъ, недовѣрчиво взглянувъ на нее.
-- Знобитъ что-то, отвѣтила, улыбнувшись ему, Шелопатова.-- Я тебя ждала. Что жь, весело было въ маскарадѣ?
Ильяшевъ не тотчасъ отвѣтилъ. У него не хватило рѣшимости высказать все чѣмъ страдала его душа. Онъ не умѣлъ приступить.
-- Я не изъ маскарада, сказалъ онъ наконецъ.-- Я былъ у Полиньки Вурцъ.!
Шелопатова раскрыла на него удивленные глаза, и ни одна складка ея лица не выразила чтобъ она замѣтила бушевавшую въ груди Ильяшева бурю.
-- Такъ вотъ какъ вы проводите ночи, вѣтреникъ! сказала она шутливо, и освободивъ изъ-подъ кофточки руку, погрозила ему пальцемъ. Ильяшева слегка покоробило отъ этой шутки.
-- Ты неосторожно довѣрилась твоей подругѣ, продолжалъ онъ серіозно.-- Она нарочно зазвала меня въ маскарадъ чтобы выдать тебя. Вотъ это анонимное письмо.... отъ нея.
И онъ бросилъ на колѣни Шелопатовой смятую записку Полиньки. Шелопатова, спокойно усмѣхаясь, прочла ее.
-- Но какъ же ты попалъ къ самой Полинькѣ?
-- То что она мнѣ намѣревалась передать было такъ важно что она не соглашалась сдѣлать этого въ маскарадной залѣ, пояснилъ Ильяшевъ. Ему теперь самому казалось нѣсколько страннымъ что Полинька зазвала его къ себѣ.
Шелопатова, глядя на него большими глазами, оскорбительно смѣялась.
-- Бѣдный! такъ ты былъ у Полиньки! я не предполагала что она такъ легко сумѣетъ залучить тебя. Ну, послушай.... что жь ты тамъ дѣлалъ? я не ревнива, а только любопытна; скажи правду. Вѣдь я ей разрѣшила ухаживать за тобою.
Ильяшевъ чувствовалъ что почва подъ нимъ ускользаетъ. Онъ однако еще не видалъ необходимости отступить.
-- Мнѣ странно что ты задаешь неумѣстные вопросы, тогда какъ дѣло не въ томъ. Тебя можетъ-быть вовсе не интересуетъ что она сообщила мнѣ.... представила доказательства твоихъ сношеній съ Булухайскимъ! проговорилъ онъ глухо.
На лицѣ Шелопатовой появилась скучающая гримаса.
-- Опять Булухайскій.... сношенія съ Булухайскимъ... да возьми ты его пожалуста отъ меня, не пускай его сюда. Серіозно я тебя прошу объ этомъ; мнѣ эти вѣчныя твои неудовольствія надоѣли.
Ильяшевъ взволнованно заходилъ по комнатѣ.
-- Прогнать его? да, я прогоню его! заговорилъ онъ.-- Но я долженъ же наконецъ узнать что такое для тебя этотъ Булухайскій! Катя, я не шучу на этотъ разъ. Я видѣлъ твою записку къ Полинькѣ, и я требую чтобъ ты объяснила мнѣ что все это значитъ!
-- Какую еще записку? равнодушно-недовольнымъ тономъ спросила Шелопатова.-- Ахъ, это вѣрно по поводу того что Булухайскій обѣщалъ мнѣ устроить разводъ съ мужемъ, припомнила она.-- Я тогда писала Полинькѣ что пора мнѣ подумать о себѣ, сдѣлать что-нибудь.... обезпечить себѣ свободу.
-- Катя, ты обманываешь меня! воскликнулъ Ильяшевъ.-- Въ запискѣ есть слова.... есть намекъ котораго ты никогда не объяснишь мнѣ!
Шелопатова грустно пожала плечами.
-- Я думала что ты считалъ меня немножко умнѣе, сказала она.-- Или ты въ самомъ дѣлѣ считаешь что я могу поставить себя въ такое положеніе чтобъ какая-нибудь Полинька Вурцъ сумѣла провести меня за носъ и сыграть надо мною злую шутку!
-- Это не отвѣтъ! возразилъ Ильяшевъ.
Облако печали набѣжало на красивое лицо Шелопатовой. Она повернулась на кушеткѣ и подобрала ножки, которыя пересталъ согрѣвать потухшій каминъ.
-- Знаешь, Лёва, я одно только могу сказать: я вся, искренно принадлежу тебѣ; но я не наложу на себя никакихъ обязательствъ, не сдѣлаюсь рабой. Ни доказывать тебѣ моей любви, ни защищаться отъ твоихъ подозрѣній я не стану. Не довѣряешь ты мнѣ -- слѣди за мной, окружи меня шпіонами, но только чтобъ я не знала этого. И никогда, никогда ничего подобнаго не говори мнѣ. Унижайся если хочешь самъ, но я не стану участвовать въ этихъ униженіяхъ. Или брось меня, если не любишь и не вѣришь мнѣ -- ты относительно меня совершенно, совершенно свободенъ.
Полчаса спустя Ильяшевъ лежалъ у ногъ Шелопатовой, обнимая рукой ея колѣни и спрятавъ мокрое отъ слезъ лицо въ складкахъ ея платья.
-- Катя, я не могу, не могу тебѣ вѣрить! говорилъ онъ разбитымъ и болѣзненно звенѣвшимъ голосомъ.-- И ни бросить тебя, ни разлюбить не могу!
Прошла еще недѣля. Терпѣніе и хлопоты Ильяшеа увѣнчались наконецъ успѣхомъ: въ приказахъ по министерству онъ былъ назначенъ на весьма видное мѣсто, которое намѣтилъ себѣ съ самаго пріѣзда въ Петербургъ. Булухайскій, пріѣхавшій немедленно его поздравить, самъ весь сіялъ чувствомъ торжества и сознаніемъ своего могущества. Ильяшевъ отъ радости совсѣмъ завертѣлся: надо было сдѣлать визиты, пообѣдать кое съ кѣмъ, показать себя кое-гдѣ; подъ давленіемъ нахлынувшихъ новыхъ чувствъ онъ даже сталъ какъ-то спокойнѣе, или скорѣе разсѣяннѣе, въ отношеніяхъ къ Шелопатовой. Нужно было устроить и нѣкоторыя другія дѣла: онъ, напримѣръ, рѣшилъ непремѣнно продать Вахновку, смущавшую его мизерностью своихъ шестисотъ десятинъ, и командировалъ туда Ижемскаго, съ порученіемъ высмотрѣть мѣстность и подыскать покупщика. Нѣсколько весьма выгодныхъ биржевыхъ дѣлъ въ это самое время какъ бы мимоходомъ наплыло ему подъ руку; онъ не упустилъ ихъ. Между тѣмъ пора было подумать и о поѣздкѣ въ N--скъ, гдѣ его присутствіе было необходимо для ускоренія формальнаго раздѣла, которымъ гражданская палата вовсе не спѣшила; онъ сталъ хлопотать объ отпускѣ.
Въ одинъ свободный вечеръ, который онъ рѣшилъ провести дома, чтобъ отдохнуть отъ суеты послѣднихъ дней, Шелопатова съ папироской въ рукѣ вошла въ его комнату и сѣла противъ него въ кресло.
-- Я хотѣла бы поговорить съ тобой объ одномъ дѣлѣ, начала она, разбивая рукою голубоватый дымокъ папироски.-- Ты расположенъ меня выслушать?
-- Совершенно, отвѣтилъ съ нѣкоторымъ безпокойствомъ Ильяшевъ.
-- Дѣло очень серіозное, предупредила Шелопатова.
-- Я готовъ слушать, повторилъ Ильяшевъ.
Молодая женщина откинула голову на спинку кресла и затянулась папироской.
-- Я замышляю женить тебя, сказала она наконецъ послѣ непродолжительнаго молчанія.
Ильяшевъ поднялъ на нее удивленные глаза.
-- Ты шутишь? произнесъ онъ.
-- Нисколько; развѣ это для тебя новость? Я еще въ N--скѣ сватала тебя.
-- А, княжна Озерецкая! старая шутка! вспомнилъ Ильяшевъ.
Катерина Петровна съ неудовольствіемъ пожала плечами.
-- Надѣюсь, ты не находишь этой партіи, невыгодною? сказала она.-- У нея триста тысячъ приданаго, не говоря о связяхъ, красотѣ, и такъ далѣе. Лучше ты никогда ничего не найдешь.
-- Потому-то я и считаю шуткой: княжна никогда не пойдетъ за меня.
Шелопатова опять раздраженно повела плечами.
-- За кого же она пойдетъ? за Подобаева?
Ильяшевъ ничего не отвѣтилъ. Въ самомъ дѣлѣ въ N--скѣ у него не было конкуррентовъ. Княжну какъ-то не считали невѣстой; но тѣмъ болѣе ей слѣдовало выйти замужъ. А что такая жена была бы блестящимъ завершеніемъ зданія которое онъ строилъ изъ собственной жизни -- эта мысль уже много разъ невольно приходила ему въ голову.
-- Я тебѣ говорила какъ-то что я могу значительно содѣйствовать этому браку, продолжала Шелопатова.-- Это было давно; теперь обстоятельства стали гораздо благопріятнѣе. Ты почти такъ же богатъ, какъ она; ты, наконецъ, имѣешь блестящее положеніе....
-- Но я люблю только тебя и никого больше! возразилъ взволнованно Ильяшевъ.
Катерина Петровна усмѣхнулась.
-- Развѣ я заставляю тебя разлюбить меня? сказала она спокойно.-- Мы съ тобою крѣпче связаны чѣмъ обыкновенною любовью, и княжнѣ не удастся стать между нами....
-- Катя, ты искусительница! воскликнулъ въ волненіи Ильяшевъ.
Ильяшевъ всталъ и нѣсколько разъ прошелся по комнатѣ.
-- Ты думаешь что Соловцовъ все такъ же во всемъ будетъ повиноваться тебѣ? спросилъ онъ.
-- Еще бы я этого не думала! отвѣтила спокойно Шелопатова.
Она повернулась въ креслѣ, раскурила погасшую папироску и нѣсколько разъ пыхнула изъ нея.
-- Видишь ли, Лёва, начала она, когда онъ сѣлъ на прежнее мѣсто подлѣ нея.-- Моя услуга въ этомъ дѣлѣ не будетъ совершенно безкорыстна. У меня есть векселя на Соловцова, на довольно круглую сумму.... тридцать тысячъ. Соловцовъ не можетъ заплатить по нимъ: онъ разоренъ. А я хотѣла бы получить сполна, чистыми деньгами. Ты знаешь, я ничего не имѣю; мнѣ надо позаботиться о себѣ....
-- Слѣдовательно?... перебилъ Ильяшевъ, внимательно слѣдя за ея мыслью.
-- Векселя безнадежны, но они достаточно годны для того чтобы при помощи ихъ припереть добрѣйшаго генерала къ стѣнѣ.... продолжала Шелопатова. Когда онъ убѣдится что ему нѣтъ спасенія, я покажу ему перспективу отдѣлаться отъ всѣхъ затрудненій.... Ты понимаешь меня?
-- Мнѣ кажется, отчасти.... проговорилъ нерѣшительно Ильяшевъ.
-- Не отчасти, а надо понять вполнѣ. Ты вмѣсто него уплатишь мнѣ по его векселямъ; это составитъ всего только десять процентовъ съ приданаго княжны....
Ильяшевъ понялъ вполнѣ. Онъ съ любопытствомъ посмотрѣлъ на Шелопатову, пораженный ея изобрѣтательностью: какъ знатокъ, онъ могъ оцѣнить ее.
-- Но Соловцовъ отступитъ предъ сдѣлкой, когда она разъяснится ему: онъ слишкомъ щепетиленъ для подобнаго дѣла, возразилъ онъ задумчиво.
-- Ему некуда будетъ отступить; притомъ же и нѣтъ надобности разъяснять ему сдѣлку во всей подробности, сказала Шелопатова.-- Вообще, я беру всѣ затрудненія на себя, твое дѣло только заслужить вниманіе княжны.
-- И это не особенно легко.... продолжалъ такъ же задумчиво Ильяшевъ.-- Княжна... кто ее знаетъ, что она такое....
-- Очень мечтательная и очень слабая дѣвушка, опредѣлила Шелопатова.
Съ этого дня оба начали рѣшительно готовиться въ дорогу: отъѣздъ былъ назначенъ на недѣлѣ. Ильяшевъ безъ труда получилъ двухмѣсячный отпускъ. Катерина Петровна не добилась развода, но по поводу его Булухайскій нѣсколько разъ былъ у нея въ отсутствіи Ильяшева, а его карета нерѣдко поджидала ее во дворѣ гостиницы и привозила ее домой. Ильяшевъ, почти не бывавшій дома, не замѣчалъ этого.
Въ день отъѣзда, въ комнатѣ Катерины Петровны былъ сервированъ завтракъ на три прибора: Булухайскій непремѣнно желалъ провести послѣдніе часы вмѣстѣ съ друзьями -- какъ онъ выразился -- да на этотъ разъ и самъ Ильяшевъ смотрѣлъ на его присутствіе равнодушно. Все было очень прилично и.... немного скучно. Катеринѣ Петровнѣ не приходило въ голову брызнуть пѣной на сверкавшее снѣжною бѣлизной бѣлье Булухайскаго; она чувствовала себя въ "обществѣ" и была нѣсколько задумчива. И пѣна не била изъ бутылки: лакей осторожно и чинно подливалъ въ бокалы и безъ шуму перемѣнялъ тарелки. Булухайскій держалъ себя какъ-то напряженно-вѣжливо: онъ чувствовалъ что шалитъ, а не просто завтракаетъ, и эта мысль нѣсколько стѣсняла его.
За дверью слышался голосъ лакея, громкимъ шопотомъ убѣждавшаго кого-то, и еще голосъ, такимъ же топотомъ настойчиво возражавшаго; разговоръ становился все оживленнѣе, и наконецъ дверь въ нумеръ быстро распахнулась, и на порогѣ показался Шелопатовъ.
-- Не пускаютъ! гости! я проститься пришелъ.... съ женой.... въ кои-то вѣки увидимся опять! заговорилъ онъ, окинувъ общество подозрительно бѣгавшими глазами.-- Освѣдомился.... уѣзжать изволите!
Онъ на этотъ разъ не былъ такъ пьянъ, и даже пріодѣлся нѣсколько старательнѣе. Теперь когда его волосы были разчесаны и лицо умыто, ему никто не далъ бы на видъ болѣе тридцати пяти-шести лѣтъ.
Всѣ были сконфужены; Булухайскій даже поблѣднѣлъ на минуту -- такъ страшна показалась ему перспектива неизбѣжнаго скандала. Ильяшевъ посмотрѣлъ на всѣхъ и пожалъ плечами; только Катерина Петровна, закусивъ губу и остановивъ на непрошенномъ посѣтителѣ упорный взглядъ, казалась спокойнѣе всѣхъ.
-- Я удивляюсь оплошнности здѣшней прислуги, сказалъ вполголоса Булухайскій.
Ильяшевъ подошелъ къ Шелопатову и осторожно дотронулся до его плеча.
-- Вы хотите проститься съ Катериной Петровной? такъ нельзя ли вамъ поспѣшить, потому что мы сейчасъ уѣзжаемъ.... сказалъ онъ сдержанно.
Шелопатова это разозлило.
-- Сейчасъ уѣзжаете? это очень жаль.... Конечно, на желѣзныхъ дорогахъ не спрашиваютъ паспорта.... а можетъ-быть, у васъ есть паспортъ, Катерина Петровна? говорилъ онъ, подмигивая красноватыми вѣками на жену. Та быстро подошла къ нему.
-- Гриша, ты опять не во-время пришелъ.... Мнѣ самой хотѣлось проститься съ тобой и многое, многое сказать тебѣ.... Но что дѣлать, сегодня некогда. Я напишу тебѣ, а покамѣстъ....
Она подошла къ маленькому бюро, быстро выдвинула ящикъ, схватила оттуда что-то и сунула въ руку мужу.-- Я знаю, тебѣ нужно.... сказала она тихо.
Шелопатовъ неторопливо развернулъ нѣсколько ассигнацій.
-- Деньги? хе-хе! субсидія... чьи это? проговорилъ онъ, указывая глазами на Ильлшева и Булухайскаго. Тѣ обмѣнялись какимъ-то потеряннымъ взглядомъ.-- Великодушіе.... пожалуйте ручку поцѣловать, Катерина Петровна... продолжалъ Шелопатовъ и приблизился къ женѣ. Ильяшевъ хотѣлъ загородить ему дорогу; но Катерина Петровна остановила его глазами и спокойно протянула мужу руку; тотъ приложилъ къ ней свои мокрыя губы, и вдругъ смявъ въ комокъ ассигнаціи, съ силой пустилъ ими ей въ лицо.
-- Гриша, шалишь! проговорила, усмѣхнувшись, Шелопатова, тогда какъ на щекѣ ея вспыхнула розовая царапина.
-- Я позову лакеевъ чтобы васъ связали! вскричалъ выведенный изъ терпѣнія Ильяшевъ и сильною рукой потрясъ Шелопатова за плечо.
-- Calmez vous de grace! вполголоса остановилъ его Булухайскій.
Шелопатовъ вдругъ съ силою вырвался изъ рукъ Ильяшева. Большіе прозрачные глаза его налились кровью.
-- Не тронь! Не смѣй! прохрипѣлъ онъ, грозясь на Ильяшева стиснутымъ кулакомъ.-- Я стулъ разобью на вашихъ головахъ! Я драться буду! Ска-а-жите пожалуста! За шиворотъ!
-- Уйдете вы сію минуту или я сдѣлаю то что сказалъ? повторилъ Ильяшевъ, не обращая вниманія на его угрозы.
Катерина Петровна спокойно положила свою маленькую ручку на плечо мужа.
-- Гриша, они тебя не тронуть.... Но что ты хочешь? Я сейчасъ уѣзжаю. Ты не можешь удержать меня, да и не къ чему. Иди лучше. Право, иди.
Ея глаза равнодушно и ясно глядѣли въ его потемнѣвшіе зрачки. Лицо Шелопатова опять злобно вспыхнуло.
-- Не могу удержать? Могу! хрипло прокричалъ онъ.-- Скандалъ могу сдѣлать, полицію привести! Да не стану, не къ чему! Это правда что не къ чему! Уѣзжай! И провожать не стану! Зачѣмъ я сюда пришелъ, не знаю. Взглянуть захотѣлось... Ну, видѣлъ. Который только, разобрать не могу? Или оба вмѣстѣ? Хе, хе!
Булухайскій пожалъ плечами и отвернулся къ Катеринѣ Петровнѣ.
-- Это становится невыносимо, сказалъ онъ вполголоса.
-- Камергеръ! Ваше сіятельство! Хе, хе! Все знаю! продолжалъ хрипѣть съ какимъ-то надтреснутымъ смѣхомъ Шелопатовъ, мигая на Булухайскаго покраснѣвшими вѣками.-- Что жь вы, ваше сіятельство, француженокъ пропускаете? По вашей деликатности самые бы подходящія.... А то актриска русская, Гришки Шелопатова жена.... Стыдно, ваше сіятельство, стыдно! Вотъ этотъ,-- онъ мигнутъ на Ильяшева,-- другое дѣло: выжига! Такая же самая выжига какъ она. Съ васъ сорветъ да ему заплатитъ.... и ничего, возьметъ.
Онъ разглядѣлъ на полу брошенный комокъ ассигнацій и подшвырнулъ его ногой къ Ильяшеву.
-- Подыми, не брезгай.... я тебѣ дарю! Мнѣ жена пожертвовала, а я тебѣ дарю.... мнѣ не надо! Выпейте за мое здоровье.... въ Любани!
И схвативъ брошенную на стулъ шапку, Шелопатовъ нѣсколько нетвердою походкой вышелъ изъ комнаты.