— 170—

люди, не подобно ему, yacTiH въ млеть, но

что, конечно, такихъ между Римско-католическими духовными

можно пересчитать. Римско-католическое духовенство вышло

отъ генериъ-губернатора съ твердымъ HawhpeHieMb упорствовэтъ,

но слова новаго начальнива произвели уже свое xHcTBie на умы

Н±КОТРЫХЪ изъ второстепенныхъ представителей этого “ .

По сви$тельству Мосолова, „ щее произве-

денное Муравьевымъ, было самое сильное. Вст увид%.ии предъ

собою челоуЬва твердаго и проницательнаго; тутъ уже не

приходилось шутить и надо было переходить въ топ или дру-

гой лагерь; но еще ждали за словами и они не

заегавили себя долго ждать .

Другой очевидецъ, Никотинъ, писалъ:

въ этотъ день РуссАе вынесли самое отрадное

впервые услышанъ быль незнакомый дотоль голосъ твердой

правительственной власти, призывавшей всев нести ей

свое посильное noc06ie въ трудной борьб съ крамолою и

общавшей строгое мятежниковъ. Голосъ этоть

не выводилъ высокихъ ноть, но каждое произнесенное слово

м±тко попадало въ цђль и запечатлђвалось въ памяти слу-

шавшихъ" 99).

И вотъ,—восклицаеть Карцовъ, — „по высочайшей вой, въ

САвер-западный край быль назначень челоуЬкъ: хота й-

СКОЛЕТ и поздно, съ твердою волею и непоколебимою уЬши-

мостью. Онъ объявилъ, чего хочеть, увазалъ, чтЬ хьлать,

ободрилъ всьхъ, нашелъ людей, суйвшихъ выполннть его

Никто не сйлъ давать ему свои непрошен-

ные сойты. Властью своею онъ не дьилс,я ни съ Е'ђмъ, все

хвлалъ самъ и одинъ бралъ на себя всю отйтственность за

Храбрыя и неутомимыя войска, по его

пошли въ л%са и болота, и тамъ сокрушили и

переловили матежныя вооруженныя банды. Тогда началось

и устройство потрясеннаго мятежемъ края, и

има Михаила Николаевича Муравьева прославляется теперь

тамъ, куда онъ йкогда явился столь грознымъ