— 485 —

Распорядившись такимъ образомъ, полковники отправи-

ась наверхъ, го, пообВдавъ, заблагоразсудихи маленько

дсхрапнуть. Но сномъ воепользовался только простодушный

Герасимъ Васильевъ. Зой же и коварный товарищъ его

кааавъ, томимый жаждою кань только замътидъ,

что Герасимъ Васньевъ заснудъ, сошелъ потихоньку внизъ

вышедъ на крыльце, Тутъ крестьяне

пади ему въ ноги, прося и моля пораоть объ нихъ— сироь

тахъ.

Видя все это изъ чулана и предугадывая, что ему безъ

Герасима Васильева не сдобровать, Петръ Михайловичъ

выбрался потихоньку изъ заточенья своего на верхъ кь

спящему Герасиму Васильеву. Разбудивъ его, несчастный

дворянинъ упадъ ему въ ноги. умоляя спасти отъ бЈды не-

миыучей. Встревоженный Герасимъ Васильевъ, высдушавъ

Петра Михайловича, зам•ьтилъ ему, какъ опасно для нихъ

обоихъ это наединћ. и что имъ не миновать Оды,

если увидитъ ихъ казакъ-полковникъ. „Неров('внъ часъ, су-

дарикъ ты мой, говоридъ Герасимъ Васильевъ

— у насъ

&Ьдь пожадуй и мою милость за поблажку дворянину уба-

юкаютъ на двухъ столбикахъ съ перекладиною, а потому,

сударикъ, постарайся сойдти такъ, чтобъ и не видали, что

ты быдъ у меня. А тамъ, что будетъ, то и будетъ; но мы,

сударикъ мой, за себя постоймъ, и твою хдВбъ-соль попо-

мнимъ.д Выслушавъ это не совсјмъ успокоительное слово,

Петръ Михайловичъ пробрался. въ чуланъ и приникъ въ

кь своей семьв, предчун надъ собою б%ду неот-

разимую.

И точно, всгЬдъ за симъ шумная ватага крестьянъ и

воинской сволочи ввалилась въ домъ и вытащила. узниковъ

изтр чулана на дворъ. Здыь вазакъ-подковникъ объявидъ,

что . по прсьб'Ь ожгибовскихъ крестьянъ онъ приказываетъ

повт.сить ихъ барина вмВстгЬ со всею семьею. Едва лишь

произнеслись эти слова, какъ звврская сводочь, бывшая на

дворћ, огласила радостнымъ воплемъ этотъ приказъ, и не-

медленно повлекла жертву такой радости„ дворянина и его

еемыо, на казни кь .РЬльскому озеру.

Имвя Ишь одну слабую надежду на могущее воспослј-

доввть заступничество отъ Герасима Васильева, Петръ Ми-

хайловичъ все бхиже и бхиже быль подвигаемъ кь мтзсту

своей лоаорной и мучительной смерти, оглядываясь ежеми-

аутно на домъ, въ коемъ остался и, быть можетъ, вновь за-

еяудъ Герасимъ Васидьевъ. Между тьмъ безиоря-

дочнаго скопища виачей зрителей подъ предводитедь-

ствоиь назака-полковника, пожедавшаго лично быть при

щЬдой семьи дворянъ, подходило уже въ Рјдь-