— 488

пятками пересыпнаго трепака медко-на-медио и часто-на-

часто.

Казакъ-иолковникъ, и безъ того внгЬ себя отъ

Васиной пляски, не выдержалъ при тавомъ залихватскомъ

трепавј и, ринувшись въ кругъ съ ;рикоцъ: „ой жги, го-

вори, растабарывайС, начадъ откалывать и руками и но-

гами разные выдрутасы. Глядя на него, и Герасимъ Ва-

сильевъ также вскочилъ съ м'Ьста и, притопывая ногами,

помахивалъ своимъ бумажнымъ вхЬтчатымъ пиаткомъ, при-

говаривая своему товарищу: „ходи браво, гаяди прямо,—

говори, что вольны мыс. Утодивъ восторженность свою и

утомившись порядкомъ, казакъ-иоповникъ не зналъ, какъ

и отблагода рить барченка за доставиенное инъ удоволь-

cTBie. Воспользовавшись этимъ, Герасимъ Васидьевъ пред-

дожилъ ему — ради такого веселья помиловать отца этого

разъудадаго дворянчика. кааакъ, выиушавъ

это, махнудъ рукою и сказалъ: „ну, быда не была, мио-

вать такъ миловать". Герасимъ Васильевъ даль тотчасъ же

прижазъ привести Петра Михайловича съ семьею въ вругъ,

гдеВ казакъ-полковникъ свазалъ имъ такую рВчь: „ну, дво-

рянинъ, за то что твой сынъ съумВдъ мою

казацкую душу, и за то, что товарищъ мой говорить о

что ты баринъ добрый, а не живодёръ и не собака

для своихъ врестьянъ, то батюшка нашь Царь-Государь

тебВ, черезъ насъ полковниковъ своихъ, животъ даруетъ съ

женою и ребятами“

Послек этой р•Ьчи Герасимъ Васильевъ посовьтывалъ Пе-

тру Михайловичу въ Курмышв не мгЬшкать, а немедля вы-

править себ'Ь изъ ихъ походной охранный листъ,

во насильства отъ другой могущей повстрТатьсн

шайки, и убираться домой. тВ'Ьдь этотъ молодецъ, подска-

задъ подъ шумокъ Герасимъ Васильевъ, вивнувъ на казака-

полковника, милуетъ дишь подъ одну пьяную руку; а то,

сударикъ мой, неровёнъ часъ — проспится, такъ пожалуй

не миновать теб'Ь вновь съ женою и двточками пеньковаго

ожерьедицаш

Получивъ такъ нежданно-негаданно и ц;иань и свободу,

Петръ Махайдовичъ конечно не долго раздумывадъ, тутъ

предпринять, а „тотчасъ отправился со всею сецьею кь

давнишнему знакомцу своему Нурмышскому протопопу въ

домъ. Разсказавъ, по ириход•ь своемъ, хознину и хозжйК'Ь

свои и уложивъ ослаб±вшдго отъ меду и пднски

спасителя своего Васеньку въ постель, Петръ Михайдовичъ

немедленно отправидсн было въ полковничью за

охраннымъ листомъ. Но выйдя на улицу, онъ увџда.иъ„ что

Ода приняли совершенно другой обороть, и что охранный