РЕЗУЛЬТАТЪ.
Когда кончилось богослуженіе, Кокеръ немедленно приступилъ къ дѣлу, которымъ занятъ былъ весь его умъ.
-- Итакъ, докторъ Кушингъ, началъ онъ: не было еще ни одного учрежденія, рснованнаго самимъ Привидѣніемъ, которое въ настоящее время равнялось бы пресвитеріанской церкви въ Соединенныхъ Штатахъ. Она, можно сказать, служитъ ведичайшей надеждой дли цѣлаго свѣта, потому что здѣсь, въ этой сторонѣ совершаются великіе опыты для всѣхъ грядущихъ вѣковъ. Она -- кивотъ завѣта для здѣшней націи и для всѣхъ націй вообще. Отправленіе миссіонеровъ въ чужіе края, общество распространенія въ народѣ поучительныхъ трактатовъ,-- общество покровителей моряковъ, библейскія общества,-- воскресныя школы,-- все это соединено въ ея нѣдрахъ и все растетъ и развивается въ нашемъ свободномъ государствѣ, при такихъ законахъ и общественныхъ учрежденіяхъ, какихъ до этой поры не зналъ никто изъ смертныхъ. Она ведетъ насъ прямо въ царство Божіе; намъ недостаетъ только одного единства; соединенные въ одно цѣлое, мы будемъ представлять собою самое славное и самое могущественное учрежденіе въ мірѣ. Для васъ, южной братіи, вовсе нѣтъ необходимости оставаться въ такомъ бездѣйствіи, въ какомъ вы теперь находитесь. Мы, съ своей стороны, дѣлали все, что могли, чтобъ потушить пожаръ и возстановить спокойствіе, а потому и вамъ слѣдовало бы дѣйствовать свободнѣе. Что мы дѣлали съ тѣхъ поръ, когда вы отдѣлились отъ насъ? Я полагаю, вы думали, что мы раздуваемъ огонь въ партіи аболиціонистовъ, чтобы произнесть въ ней пожаръ; но вы видите, что этого вовсе не было. Тѣмъ болѣе мы не дѣлали бы этого, находясь съ вами въ тѣсномъ союзѣ. Загляните въ наши лѣтописи, и вы убѣдитесь. Между нами были сильные и рѣшительные аболиціонисты, которые постоянно и горячо стремились къ своей цѣла. По предмету невольничества происходили сильныя волненія, и насъ противъ воли заставляли высказаться; но мы не сдѣлали этого ни въ одномъ случаѣ. Рускинъ съ своей партіей отдѣлился отъ насъ, собственно потому, что мы оставались спокойными. Правда, отъ времени до времени мы позволяли нѣкоторымъ изъ анти-невольнической партіи говорить проповѣди подъ открытымъ небомъ, или дѣлать что нибудь другое въ этомъ родѣ, но такія проповѣди ни къ чему не ведутъ: онѣ никому не вредитъ -- въ нихъ высказывается мнѣніе одного только проповѣдника. Онѣ выражаютъ не болѣе того, что выражено въ деклараціи 1818 года; а декларація эта остается неотмѣненною, какъ въ вашей партіи, такъ и въ нашей. Конечно, мы охотно говоримъ, что невольничество есть зло, "совершенно несовмѣстное съ духомъ евангелія", потому что это говорятъ наши книги; однакожь мы согласились не упоминать объ этомъ въ народѣ, полагая, что сказаннаго въ 1818 году весьма достаточно, и что молчаніе наше предотвратитъ непріятную молву и злословіе. Для доказательства истины словъ моихъ, обратите вниманіе на факты. При самомъ началѣ, въ невольническихъ штатахъ было только три пресвитерства, а теперь ихъ больше двадцати -- и до двадцати тысячъ членовъ. Одно это обстоятельство должно доказывать вамъ наше расположеніе къ дѣлу, отъ котораго зависятъ наши интересы. Не мы ли постоянно предлагали мѣры къ нашему соединенію? не мы ли унижали себя передъ вашей братіей?-- Какъ угодно, но вы должны принять въ соображеніе эти факты. Нашимъ членамъ защитникамъ невольничества и нашимъ проповѣдниками предоставлена была полная свобода дѣйствовать по своему усмотрѣнію, какъ было это предоставлено вашимъ членамъ и вашимъ проповѣдникамъ. Почему бы, кажется, не поддерживать вамъ доброе согласіе съ сѣверными собратами, несмотря на ихъ сумазбродство. Повѣрьте, мы будемъ смотрѣть на вопросъ о невольничествѣ сквозь пальцы.
-- Что касается до меня, сказалъ мистеръ Бонни: -- то я желалъ бы союза. Только бы сблизиться съ этими аболиціонистами,-- и тогда я сначала обмазалъ бы ихъ смолой и потомъ облѣнилъ перьями.
-- Въ переносномъ смыслъ, я полагаю, сказалъ докторъ Пактредъ съ мягкой улыбкой.
-- И въ переносномъ, и въ буквальномъ смыслѣ, возразилъ мистеръ Бонни, захохотавъ: -- пусть только они явятся сюда. Если они раздуютъ пламя въ этой странѣ, то первые же и испытаютъ его согрѣвающую силу. Напрасно, братія, тратите вы время и энергію въ этихъ безплодныхъ разсужденіяхъ. Они ни къ чему не ведутъ. Я чуждъ тягостной мысли, что невольничество есть грѣхъ или зло, въ какомъ бы то ни было смыслѣ.... Докторъ Кушингъ, вамъ бы слѣдовало прочитать сочиненіе Флетчера; оно, я вамъ скажу, лучше всякаго потогоннаго средства; по крайней мѣрѣ, я всегда потѣю надъ нимъ. Тутъ бездна греческой и еврейской премудрости, хоть я и ровно ничего не смыслю ни погречески, ни поеврейски. Флетчеръ переноситъ васъ къ періоду сотворенія міра, и оттуда ведетъ черезъ исторію и литературу всѣхъ вѣковъ. У него выведены на сцену и Златоустъ, и Тертулліанъ, древніе греческіе философы Платонъ и Аристотель, и всѣ, и всѣ; словомъ, кто хочетъ набраться учености, тотъ долженъ пріобрѣсть эту книгу. Я бы, право, охотнѣе согласился пробраться въ каникулярное время сквозь Ужасное Болото; но все же рѣшился одолѣть ее, и потому, сбросивъ верхнее платье, пустился въ путь и убѣдился, что вы, Кушингъ, должны пріобрѣсть эту книгу. Стоить только рѣшиться на подвигъ, и вы будете чувствовать себя гораздо лучше. Мистеръ Диксонъ, вы напрасно смотрите на меня такъ серьёзно.
Мистеръ Диксонъ не сдѣлалъ никакого возраженія.
-- По моему мнѣнію, сказалъ докторъ Пактредъ: -- вмѣсто того, чтобъ порицать учрежденіе невольничества въ обширномъ значеніи этого слова, намъ бы слѣдовало главнѣе всего обратить вниманіе на нѣкоторыя въ немъ злоупотребленія.
-- Въ чемъ же заключаются эти злоупотребленія? спросилъ Клэйтонъ.
-- Да напримѣръ, въ разъединеніи семействъ, отвѣчалъ докторъ Пактредъ: -- и въ воспрещеніи давать имъ необходимое образованіе.
-- Значитъ, вы полагаете, сказалъ Клэйтонъ: -- что невольникъ обязанъ по закону заботиться о своемъ семействѣ?
-- Да.
-- Обязанъ содержать его?
-- Да.
-- Поэтому, онъ можетъ жаловаться на нарушеніе его законнаго права; можетъ искать защиты въ судѣ?
-- Да.
-- Слѣдовательно, по вашему мнѣнію, владѣтель невольника обязанъ послѣднему возмездіемъ?
-- Разумѣется, въ томъ или другомъ видѣ, сказалъ докторъ Пактредъ.
-- И невольникъ имѣетъ возможность подтвердить законность своимъ правъ?
-- Конечно.
-- Поэтому, невольникъ можетъ имѣть право на собственность?
-- Да.
-- Наконецъ имѣетъ право образовать себя, если пожелаетъ?
-- Да.
-- Прекрасно, сказалъ Клэйтонъ: -- коль скоро существованіе невольника охраняется закономъ, коль скоро онъ имѣетъ законныя права, можетъ имѣть собственность и охранять се, получать образованіе и защищать свои семейныя отношенія,-- онъ перестаетъ быть невольникомъ; потому что невольникъ ни подъ какимъ видомъ не можетъ имѣть притязаній на подобныя вещи. Невольничество состоитъ въ томъ, когда человѣкъ становится недѣйствующимъ, безгласнымъ существомъ въ рукахъ другаго человѣка. Для уничтоженія злоупотребленій, необходимо отмѣнить систему невольничества. На этомъ сосредоточиваются всѣ мои желанія, и я прошу отъ сановниковъ пресвитеріанской церкви помощи осуществить ихъ. Теперь скажите мнѣ, докторъ Пактредъ, какія попытки были сдѣланы со стороны пресвитеріанской церкви для устраненія злоупотребленій, о которыхъ вы упомянули.
Докторъ Пактредъ не отвѣчалъ. Наступило молчаніе, продолжавшееся нѣсколько минутъ. Наконецъ докторъ Кушингъ прервалъ его.
-- Въ изустныхъ поученіяхъ, въ проповѣдяхъ, сдѣлано было поэтому предмету весьма многое.
-- И надо вамъ сказать, произнесъ мистеръ Бонни:-- что въ нашей странѣ эти поученія были принимаемы съ величайшимъ сочувствіемъ. У меня самого есть классъ, которому я читаю правила вѣры; пресвитерскіе совѣты одобряютъ это и съ своей стороны проповѣдуютъ имъ евангеліе и пишутъ для нихъ катихизисы.
-- Но, сказалъ Клэйтонъ: -- не лучше ли было бы сначала развить ихъ умственныя способности и потомъ уже вмѣнить имъ въ обязанность повиноваться словамъ евангелія? Какая польза учить ихъ тому, что бракъ есть священное таинство, если вы не дадите мужу и женѣ законнаго права сохранять вѣрность другъ другу? Мнѣ кажется жестокостью пробуждать въ человѣкѣ совѣсть по этому предмету, не предоставляя ему ни законной защиты, ни помощи.
-- Въ его словахъ много истины, сказалъ докторъ Кушингъ выразительно: -- намъ необходимо слѣдуетъ обратить на это вниманіе. Извѣстно всѣмъ, что мы обязаны проповѣдывать невольникамъ безусловное повиновеніе ихъ властелинамъ, а между тѣмъ.... позвольте, это было не дальше, какъ на прошлой недѣли. Ко мнѣ въ церковь пришла чрезвычайно набожная мулатка и спросила, что ей должно дѣлать? Ея господинъ объявилъ, что она должна сдѣлаться его наложницей; тогда какъ мужъ ея нагодился на той же плантаціи. Скажите на милость, что я долженъ былъ посовѣтовать ей? Господинъ этотъ весьма значительный, онъ въ состояніи надѣлать намъ множество непріятностей; къ тому же, сопротивленіе мулатки повело бы къ продажѣ ея другому господину, который поступилъ бы, можетъ статься, еще хуже. Я находился въ крайне-затруднительномъ положеніи. Я готовъ былъ сдѣлать для нея все лучшее; но согласитесь, что лишь только подумаетъ кто о возстаніи противъ злоупотребленій власти, предоставленной владѣтелямъ невольниковъ, какъ его въ ту же минуту назовутъ аболиціонистомъ, и на него нападетъ все общество. Вотъ въ какое положеніе поставили насъ эти сѣверные фанатики.
-- Правда, правда, сказалъ только что прибывшій мистеръ Баскумъ: -- прибавьте къ этому, что человѣкъ не можетъ всего сдѣлать. Мы и безъ того падаемъ подъ тяжестію нашей ноши... мы обязаны блюсти интересы пресвитеріанской церкви. Со временемъ все само собою придетъ въ надлежащій порядокъ. По примѣру апостоловъ, мы должны ограничиваться проповѣдываніемъ слова Божія. Міръ былъ созданъ не въ одинъ день. Въ одно и тоже время невозможно дѣлать два дѣла. Въ настоящее время мы не въ состояніи присоединить ко всѣмъ нашимъ затрудненіямъ порицаніе за такую мѣру и ложное ея толкованіе. Какъ мы предпримемъ что нибудь, имѣющее видъ ограниченія власти господина, всѣ аболиціонисты тотчасъ же подымутъ вопль и мы погибли.
-- Но, сказалъ мистеръ Диксонъ: -- не справедливо ли сначала, опредѣливъ долгъ нашъ, исполнить его, и результатъ исполненія предоставить волѣ Божіей? Неужели въ дѣлахъ подобнаго рода мы должны слѣдовать не внушенію совѣсти нашей, а чувственнымъ побужденіямъ?
-- Кто говоритъ про это? сказалъ докторъ Пактредъ: -- но, согласитесь, что можно совершать дѣла двоякимъ образомъ: благоразумно и безразсудно. Мы должны принимать въ соображеніе современныя требованія и браться только за такой трудъ, который, повидимому, назначаетъ само Божественное Привидѣніе. Я не хочу осуждать моихъ собратовъ; придетъ время, когда необходимость, и даже долгъ, принудитъ ихъ показать себя въ надлежащемъ свѣтѣ и высказаться по этому предмету откровенно; по чтобъ пріобрѣсть прочную основу, съ которой вліяніе Слова Божія будетъ имѣть благотворное дѣйствіе, необходимо еще нужно испытать и перенесть много зла. При настоящемъ положеніи дѣлъ, я полагаю, что многіе невольники дѣлаются набожными съ опредѣленною цѣлію. Братія полагаютъ, что воспитаніе не обойдется безъ затрудненій; съ этимъ согласенъ и я. Желательно было бы упрочить права невольниковъ въ отношеніи къ родственнымъ связямъ, если только можно это сдѣлать, не въ ущербъ болѣе значительнымъ интересамъ. Не надо забывать, что царство Божіе не отъ міра сего.
-- Надѣюсь, сказалъ мистеръ Диксонъ:-- Господь проститъ мнѣ, если я былъ нерадивъ въ минувшее время! Отнынѣ, чтобы другіе не дѣлали, я буду слѣдовать внушеніямъ моей совѣсти. Я буду прямо и вѣрно изъяснять чорному племени слово Божіе и поставлю на видъ дому Іуды его заблужденія. Уходя отъ сюда, я долженъ сказать нѣсколько словъ моимъ сѣвернымъ собратамъ: мнѣ не нравится ихъ нерѣшительный образъ дѣйствій. Братія въ невольническихъ штатахъ подвержены многимъ искушеніямъ. Противъ нихъ вооружено все общественное мнѣніе. Имъ нужно, чтобы сѣверные собраты стояли твердо и поддерживали ихъ. Но, увы! далеко не такъ дѣйствовали послѣдніе! Они извиняли наше страшное заблужденіе, и тѣмъ ослабили насъ болѣе, чѣмъ всѣ другія причины. Общественное мнѣніе отступаетъ назадъ. Пресвитеріанскіе проповѣдники потворствуютъ смертному грѣху. Дѣти и юноши гибнутъ, испытывая на себѣ всю силу самовластія. Наша страна наполнена тюрьмами невольниковъ и никто не заботится о жалкомъ торгѣ несчастными созданіями. Наши скоттеры утопаютъ въ невѣжествѣ и развратѣ; и въ добавокъ наши же собраты, какъ, напримѣръ, мистеръ Бонни, начинаютъ защищать это зло. Мистеръ Кокеръ защищаетъ пресвитеріанъ. Къ несчастію! Края одежды ихъ обагрены кровію невинныхъ; они, ради союза, готовы уничтожить тѣхъ, за которыхъ умеръ Спаситель. Братія! вы не вѣдаете, что творите! Вы наслаждаетесь благами жизни въ странѣ, не пораженной такимъ Зломъ. Ваши храмы, ваши училища и вообще всѣ полезныя учрежденія ваши развиваются и благоденствуютъ; тогда какъ наши не только остановились въ своемъ развитіи, но и надаютъ. Вы не чувствуете этого, потому что не живете между нами. Будьте, однако, осторожны, и помните, что развращеніе нравовъ въ одной части государства неизбѣжно заражаетъ и другую. Помните, что рано или поздно вы должны дать отвѣть за тотъ грѣхъ, который питаете въ сердцахъ своихъ и усиливаете своимъ равнодушіемъ. Молю Бога, да отвратитъ Онъ отъ васъ свой праведный гнѣвъ! Но Богъ правосуденъ, и я трепещу и за васъ, и за себя. Прощайте, братія: я долженъ отправиться въ путь. Вы не хотите слушать меня, а я не могу вступить въ ваше совѣщаніе.
Сказавъ это, мистеръ Диксонъ всталъ, съ тѣмъ чтобы удалиться.
-- Полно, полно, собратъ; не принимай это такъ серьёзно, сказалъ докторъ Кушингъ. Останься, провели съ нами этотъ день, и дай намъ побесѣдовать по христіански.
-- Я долженъ идти, отвѣчалъ мистеръ Диксонъ. Я далъ слово говорить проповѣдь сегодня вечеромъ и долженъ сдержать его. Заглянувъ сюда, я надѣялся сдѣлать что нибудь доброе, но вижу, что надежды мои не оправдались. Прощайте, братія, я помолюсь за васъ.
-- Мнѣ бы хотѣлось поговорить объ этомъ предметѣ именно съ тобой, сказалъ Кушингъ:-- пріѣзжай, пожалуйста. Въ дѣлахъ подобнаго рода весьма трудно усмотрѣть прямую дорогу.
Бѣдный докторъ Кушингъ принадлежалъ къ числу людей, которымъ суждено, подобно пловучему маяку, плавать на одномъ мѣстѣ, и измѣнять свое положеніе, по произволу морскихъ приливовъ и отливовъ. У него достаточно было любви, великодушія, набожности,-- словомъ всего прекраснаго, кромѣ способности и воли располагать своими дѣйствіями. Клэйтонъ, увидѣвъ ясно, что тутъ ничего не сдѣлать и невыиграть, тоже всталъ и сказалъ, что долѣе не можетъ оставаться, и что ему пріятно будетъ имѣть спутника въ лицѣ мистера Диксона.
-- Какой славный человѣкъ этотъ Диксонъ! сказалъ Кушингъ, проводивъ двухъ гостей.
-- Въ немъ много прекраснѣйшихъ чувствъ, замѣтилъ докторъ Пактредъ.
-- Да, сказалъ докторъ Кокеръ: -- Диксонъ былъ бы прекрасный человѣкъ, еслибъ не былъ одержимъ мономаніей. Когда онъ начинаетъ говорить объ этомъ предметѣ, я стараюсь его не слушать. Разсуждать съ нимъ и скучно и безполезно. Я переслушалъ всѣ его сужденія нѣсколько разъ.... пустая трата времени.
-- Но все же, сказалъ мистеръ Кушингъ:-- я желаю, чтобы было что нибудь сдѣлано.
-- Кто этого не желаетъ, возразилъ докторъ Кокеръ: -- мы всѣ желаемъ что нибудь сдѣлать. Но если невозможно, значитъ такъ тому и быть. Теперь займемтесь нашимъ дѣломъ внимательнѣе и вникнемъ въ нѣкоторыя подробности.
-- Да, сказалъ докторъ Пактредъ: -- вы имѣете предъ нами большое преимущество. У васъ хотя и есть такіе бѣдные, добрые люди, какъ этотъ Диксонъ, но они составляютъ такое незначительное меньшинство, что ничего не могутъ сдѣлать; они не допускаются даже въ церковныя собранія, не подаютъ ни просьбъ, ни жалобъ, и потому вы не знаете огорченій, какія испытываемъ мы. Мы не можемъ избрать старшины изъ невольническихъ штатовъ; для васъ же это возможно, какъ возможно все, что служитъ къ водворенію и сохраненію добраго согласія.