Въ "Matin" было напечатано основанное на свидѣтельствѣ очевидца боя -- англійскаго морского аташе, находившагося въ этотъ день вмѣстѣ съ адмираломъ Того на броненосцѣ "Миказа" -- слѣдующее показаніе этого офицера: "изъ-за трехъ минуть,-- только трехъ минуть -- русская эскадра не прорвалась къ Владивостоку".
28-го іюля, адмиралъ Витгефтъ вышелъ со всей эскадрой изъ порть-артурскаго рейда. Онъ поднялъ флагъ на "Цесаревичѣ" и отдалъ приказъ всѣмъ судамъ, безъ исключенія, слѣдовать за "Цесаревичемъ" -- въ боевомъ порядкѣ.
Море было бурное, погода пасмурная; японскую эскадру, сторожившую въ открытомъ морѣ, русскіе замѣтили только черезъ нѣсколько часовъ послѣ выхода изъ порта. Первыя орудія грянули около семи часовъ утра. Японцы первые открыли огонь, на громадномъ разстояніи (по словамъ офицеровъ съ "Цесаревича"), Только спустя нѣкоторое время -- русскіе отвѣчали на огонь. Эскадра шла впередъ на всѣхъ парахъ.
Тѣмъ не менѣе, скоро началась ожесточенная стрѣльба. Японцы цѣлились преимущественно въ "Цесаревича". На него обрушились цѣлыя массы снарядовъ. Однимъ изъ первыхъ снарядовъ переломало сигналы на мачтахъ. Несмотря па сильный огонь, "Цесаревичъ" все подвигался впередъ. Онъ уже врѣзался въ линію японскихъ судовъ; за ними слѣдовали "Аскольдъ" и "Новикъ" -- указывая другимъ судамъ путь слѣдованія. Въ это время снарядъ попалъ въ руль, и вслѣдъ за этимъ адмиралъ Витгефть упалъ, сраженный на адмиральскомъ мостикѣ.
Тогда "Цесаревичъ" измѣнилъ свое направленіе и стадъ кружиться въ самомъ центрѣ японской линіи судовъ. На бакбортѣ были подняты сигналы: "Витгефтъ, сраженный на смерть, передаетъ командованіе Ухтомскому".
Несмотря на это, "Цесаревичъ", управляясь однѣми машинами, продолжалъ подвигаться впередъ, а вслѣдъ за нимъ пробивались "Аскольдъ", "Новикъ" и два миноносца. Броненосецъ почти уже прорвался сквозь японскую линію.
Японскій флотъ во время этого боя также сильно пострадалъ и ослабъ. "Миказа" -- былъ сильно поврежденъ; одна изъ его башенъ больше не дѣйствовала, кромѣ того семафоры сигнализировали, что два крупные судна были приведены въ почти полную боевую негодность. Два крейсера также сильно пострадали. Адмиралъ Того увидалъ, что передъ невѣроятнымъ упорствомъ русской эскадры, которая рѣшила во что бы то ни стало пробиться,-- ему придется уступить. Онъ рѣшилъ стянуть флотъ и отступить къ Сасебо.
Того продиктовалъ уже приказъ объ отступленіи своему адъютанту. Въ такихъ случаяхъ, въ японскомъ флотѣ, какъ и во многихъ другихъ европейскихъ флотахъ,-- принято сперва сигнализировать: "я имѣю передать приказъ" и подождать до тѣхъ поръ, пока со всѣхъ судовъ отвѣтятъ: "понято".
Итакъ, начальникъ штаба адмирала Того далъ сигналъ всѣмъ японскимъ судамъ: "Передаю приказъ"; одинъ за другимъ послѣдовали отвѣты: "понято".
Въ эту самую минуту, когда рѣшалась участь боя, когда начальникъ штаба собирался продиктовать приказъ объ отступленіи къ Сасебо,-- адмиралъ Того со своего мостика замѣтилъ пріостановку той части русскихъ судовъ, которыя еще не пробились черезъ японскую линію. Какъ, по невидимому приказу суда описали кривую и какъ будто направлялись къ берегу. Дѣйствительно, адмиралъ Ухтомскій отдалъ ничѣмъ не объяснимый приказъ вернуться въ Портъ-Артуръ.
Безстрастное лицо адмирала Того вздрогнуло отъ радости. Онъ все понялъ сразу и, не двигаясь, перемѣнилъ приказъ:
-- Передать миноносцамъ,-- скомандовалъ онъ,-- чтобы они произвели ложную атаку.
Миноносцы перешли въ наступленіе. Но русская эскадра уже повернула, и суда адмирала Ухтомскаго на всѣхъ парахъ летѣли къ Портъ-Артуру. За японской эскадрой осталась побѣда.
На "Миказа" раздался взрывъ криковъ радости.
Быль отданъ приказъ слѣдовать за русской эскадрой, не стрѣляя по ней. И двѣ эскадры. обѣ разбитыя, поврежденныя, шли другъ за другомъ медленно, не производя ни одного выстрѣла.
Всѣ японскія суда были повреждены. Вотъ почему японцы не могли преслѣдовать ни "Цесаревича", ни "Аскольда", ни "Новика". Вотъ почему блокада Портъ-Артура не была дѣйствительна въ продолженіе нѣсколькихъ недѣль.
Большинство японскихъ судовъ принуждены были идти чиниться въ Нагасаки, Іокогаму и Сасебо, и обновить тамъ свое вооруженіе.
Такимъ образомъ, если бы адмиралъ Ухтомскій подождалъ нѣсколько минутъ отдать приказъ объ отступленіи,-- то этотъ приказъ отдалъ бы адмиралъ Того, освободивъ проходъ русскимъ судамъ. Еще минуть 10,можетъ быть даже не болѣе трехъ -- и всѣ русскія суда прорвались бы вслѣдъ за "Цесаревичемъ".
Нѣсколько минутъ рѣшили участь сраженія.
