О лихомъ дѣлѣ подъ Вафангоу 17-го мая г. Елецъ въ "Нов. Врем." сообщаетъ: Послѣ отступленія нашихъ войскъ изъ Вафандяна передовые отряды нашихъ войскъ занимали станцію Вафангоу, высылая разъѣзды къ Бицзыво, гдѣ по имѣвшимся свѣдѣніямъ происходила высадка японскихъ войскъ.
Начиная съ 23-го апрѣля, сотня пограничной стражи подъ командой ротмистра графа Армфельда {Портретъ его см. вып. 4-й "Ил. Лѣт.", стр. 82.} не разъ приходила въ соприкосновеніе съ японскими разъѣздами, при чемъ въ одной стычкѣ была захвачена офицерская лошадь, а ея владѣлецъ японскій поручикъ при приближеніи русскихъ перерѣзалъ себѣ горло саблей.
Желѣзнодорожная линія дѣйствовала только до Гайджоу; далѣе же всѣ стрѣлки были сняты и мѣстами испорченъ телеграфъ. Желая выяснить, насколько значительны эти поврежденія и на какое разстояніе можно проникнуть на югъ по рельсовому пути, командиръ-желѣзнодорожнаго батальона полковникъ Кашуба рѣшилъ предпринять рекогносцировку пути къ Артуру, какъ входящаго въ районъ его участка.
7-го мая вмѣстѣ съ военнымъ корреспондентомъ Борисомъ Тагѣевымъ названный полковникъ выѣхалъ на дрезинѣ со станціи Ляоянъ къ Хайчену.
Въ Гайджоу командиромъ отдѣльной Уссурійской бригады генераломъ Самсоновымъ былъ данъ полковнику Кашубѣ конвой.
13-го мая онъ съ Тагѣевымъ прибылъ въ Вафангоу, гдѣ капитанъ генеральнаго штаба Криницкій, только-что вернувшійся съ рекогносцировки, сообщилъ, что не встрѣтилъ нигдѣ значительныхъ силъ японцевъ и только тѣснимый ихъ большими разъѣздами принужденъ былъ отступить.
Вечеромъ 14-го мая было получено извѣстіе, что полтора японскихъ эскадрона двигаются отъ Бицзыво на Ванвелинъ для нападенія на станцію желѣзной дороги.
Сейчасъ же сотня и учебная команда пограничной стражи отправились впередъ наперерѣзъ японцамъ, которые, узнавъ о движеніи сотни, быстро повернули и ушли обратно.
15-го мая вечеромъ полковникъ Кашуба съ прапорщикомъ Тагѣевымъ отправились на ст. Пуландянъ для развѣдки, есть ли тамъ непріятель, и направились туда скрытно оврагами черезъ каменноугольныя копи въ сопровожденіи сотни.
Выславъ впередъ разъѣ8дь, сотня на слѣдующій день начала движеніе отъ ст. Вафандянъ на Пуландянъ, гдѣ на седьмой верстѣ была встрѣчена огнемъ спѣшившихся японскихъ разъѣздовъ за заборами деревни Чандюшань. Оставивъ полусотню въ резервѣ и разсыпавъ два взвода и учебную команду въ цѣпь, полковникъ Кашуба въ сопровожденіи графа Армфельда и Тагѣева направился въ деревнѣ для выясненія силъ и расположенія противника, тѣмъ временемъ цѣпь перестрѣливалась съ японцами и отходила постепенно къ развертывавшимся пѣхотнымъ частямъ на горѣ за деревнею.
Какъ только офицеры наши выѣхали на желѣзнодорожную насыпь, со всѣхъ сторонъ по нимъ пошли стрѣлять залпами, оставивъ цѣпь и сосредоточивъ весь огонь на полковникѣ Кашубѣ. Съ насыпи было ясно видно, что непріятель стоитъ густыми цѣпями трехъ ротъ съ одной въ резервѣ; въ тоже время съ праваго фланга японцевъ отдѣлился эскадронъ и, слѣдуя оврагомъ, намѣревался обойти нашъ тылъ.
Такъ какъ ротмистру Максимову, находившемуся за деревней, не было видно этого движенія, то полковникъ Кашуба послалъ Тагѣева предупредить Максимова о начатомъ обходѣ. Тагѣевъ, осыпаемый градомъ пуль, исполнилъ порученіе и вернулся обратно, причемъ нашелъ полковника Кашубу уже впереди за деревней, занятой сначала японцами.
Подъ адскимъ огнемъ всѣхъ частей японской пѣхоты полковникъ разсматривалъ въ бинокль непріятеля и опредѣлилъ его силы въ батальонъ пѣхоты и три эскадрона. Кромѣ того Тагѣевымъ, проскакавшимъ впередъ, была усмотрѣна еще одна часть, которая оказалась впослѣдствіи пулеметною ротою. Поручикъ пограничной стражи Скрынниковъ съ лѣваго фланга и вахмистръ Кулаковъ съ праваго настолько приблизились со своими разъѣздами къ японцамъ, что свободно пересчитали число ихъ въ цѣпи.
Выяснивъ совершенно опредѣленно силы противника и потерявъ одного коня убитымъ въ разъѣздѣ Кулакова, полковникъ Кашуба счелъ свою задачу законченною и приказалъ графу Армфельду отводить разсыпанную сотню къ коноводамъ. Какъ только японцы замѣтили сѣрыхъ коней пограничной стражи, подводимыхъ спѣшеннымъ людямъ, они тотчасъ открыли залповый огонь, которымъ проводили сотню, пока она не скрылась за деревнею. На этотъ огонь сотня отвѣчала только пѣснями и направилась къ Вафандяну. Японцы двигались по пятамъ за нею, не рискуя очевидно атаковать ее, и держались въ полутора верстахъ.
Пройдя за Вафандянъ, сотня остановилась, сдѣлала привалъ и сварила себѣ чай.
Японцы также остановились и выслали разъѣзды.
То справа, то слѣва на сосѣднихъ вершинахъ показывались ихъ отдѣльные всадники, но какъ только замѣчали, что ихъ хотятъ захватить, поворачивали вспять.
Японцы заняли Вафандянъ и дальше не продвигались, выставя конное охраненіе.
Въ 11 часовъ вечера сотня гр. Армфельда прибыла въ Вафангоу, гдѣ присоединила къ себѣ только-что прибывшую полуроту изъ Вафандяна съ капитаномъ Крыловымъ.
Ночью японскіе разъѣзды зашли съ сѣвера въ тылъ нашему отряду у Вафангоу и, наткнувшись на секреты пограничной стражи, затѣяли съ ними перестрѣлку. Очевидно противникъ, раздраженный постояннымъ безпокойствомъ, которое ему съ 23-го апрѣля причинялъ гр. Армфельдъ, порѣшилъ съ нимъ покончить. Съ этою цѣлью вышеупомянутый отрядъ изъ батальона и 5 эскадроновъ ринулся на разсвѣтѣ 17-го мая на ст. Вафангоу.
Между тѣмъ на эту же станцію съ сѣвера отъ Сеньючена двигалась бригада генерала Самсонова.
Генералъ не подозрѣвалъ о близости японцевъ и возможности боя съ ними и даже выслалъ къ Вафангоу своихъ квартирьеровъ, которые прибыли въ тотъ моментъ, когда сотня пограничной стражи уже завязала перестрѣлку съ энергично наступавшимъ непріятелемъ.
Квартирьеры присоединились къ пограничникамъ. Бой разгорѣлся въ 8 часамъ утра, въ особенности на лѣвомъ флангѣ, гдѣ ротмистръ Максимовъ съ полусотнею въ теченіе 2 1/2 часовъ удерживалъ противника и занялъ деревню, откуда и продолжалъ перестрѣлку. Донесеніе о произведенной наканунѣ рекогносцировкѣ, отправленное къ начальнику 8 отряда стражи подполковнику Панаеву, не было еще передано генералу Самсонову.
Видя безпомощное положеніе пограничниковъ и возможность ихъ погибели, полковникъ Кашуба и прапорщикъ Тагѣевъ рѣшили дать знать генералу Самсонову о наступленіи японцевъ и, имѣя въ своемъ распоряженіи дрезину, на которой можно было быстрѣе передать донесеніе, быстро отправились на сѣверъ и въ двухъ верстахъ отъ Вафангоу встрѣтили заставу приморскихъ драгунъ, которая, узнавъ о боѣ, двинулась къ мѣсту его на рысяхъ.
Встрѣтивъ отрядъ генерала Самсонова далѣе въ трехъ верстахъ и передавъ ему о происходившемъ у Вафангоу, полковникъ Кашуба вернулся на дрезинѣ въ Вафангоу. Въ двухъ верстахъ отъ нея къ югу кипѣлъ уже горячій бой съ японской пѣхотой. Тогда 4 и 6 сотнямъ казачьяго полка было приказано перейти на лѣвую сторону желѣзной дороги, такъ какъ получено было донесеніе, что на команду квартирьеровъ полка идетъ японская кавалерія, 4-я сотня съ права потри двинулись на рысяхъ черезъ узкій переѣздъ; 6-я сотня въ виду большой насыпи продвинулась еще южнѣе.
Пройдя это дефиле идеально, точно на смотру, 4-я сотня выстроила фронтъ на право и ударила въ лѣвый флангъ японскому эскадрону съ пиками на перевѣсъ.
Передъ этимъ утромъ японскіе всадники гнали передъ собою небольшую группу пограничниковъ съ корнетомъ Рибасовымъ. Японскій маіоръ, размахивая саблей, кричалъ по-русски: "Оборванцы, куда вылѣзете!" и, подскакавъ къ Рибасову, рубанулъ его сзади, но промахнулся. Тогда корнетъ пригнувшись ударилъ майора по шеѣ, и тотъ, обливаясь кровью, упалъ замертво съ коня, которымъ овладѣлъ Рибасовъ.
Пока четвертая сотня одна отчаянно рубилась съ японцами, силы ея не были равны, такъ какъ она была не полная, а японскіе эскадроны численностью много превосходили наши. Но въ тотъ моментъ, когда былъ уже замѣченъ перевѣсъ на сторонѣ японцевъ, когда много нашихъ раненыхъ валялось на землѣ, а лошади ихъ носились по лощинѣ, шестая сотня, перебѣгая черезъ полотно южнѣе четвертой, мигомъ выстроила фронтъ, вѣеромъ развернула лаву и, какъ стрѣла изъ лука, съ тылу ударила на японцевъ.
Не прошло и трехъ минутъ, какъ по разнымъ направленіямъ забѣгали японскія лошади безъ всадниковъ и изъ всего эскадрона только пяти человѣкамъ удалось прорваться черезъ охватившее ихъ кольцо къ пѣхотѣ, спускавшейся со склоновъ горъ.
Увидя все это, японскіе пулеметы открыли ужасный огонь.
Когда получено было донесеніе, что на сотни, изрубившія эскадронъ, идутъ трд новые японскіе эскадрона, казакамъ былъ поданъ аппель и сборъ, и они стройно въ порядкѣ отступили къ нашей позиціи, гдѣ уже генералъ Самсоновъ направлялъ въ боевую линію полки и выставилъ на позицію конную батарею.
Накрапывалъ мелкій дождь, вдали по гребнямъ горъ были видны густыя колонны японской пѣхоты, спускавшіяся къ вашей позиціи.
Несмолкаемая трескотня пулеметовъ и бѣглый ружейный огонь пачками были такъ часты, что сливались въ одну непрерывную дробь.
Видны были наши конныя части, подымавшіяся на лѣвомъ флангѣ на крутой холмъ: это были приморскіе драгуны со своимъ храбрымъ командиромъ полковникомъ Вороновымъ во главѣ.
Возлѣ нашей батареи, еще не открывавшей огня, стоялъ на красивомъ гнѣдомъ конѣ генералъ Самсоновъ и спокойно въ бинокль наблюдалъ за дѣйствіями противника, выслушивая ежеминутныя донесенія запыхавшихся ординарцевъ на взмыленныхъ лошадяхъ. Подлѣ него методически записывалъ въ книжку подробности развивавшагося боя военный корреспондентъ Тагѣевъ. Тутъ же стояли полковникъ Кашуба, шт.-капитанъ Казакевичъ и инженеръ путей сообщенія Лебедевъ, прибывшій для осмотра пути.
Японцы открыли по этой группѣ такую ожесточенную залповую стрѣльбу, что прислуга начавшей огонь нашей батареи могла дѣйствовать только на колѣняхъ.
Раздался первый артиллерійскій выстрѣлъ; не успѣлъ смолкнуть трескъ разрыва его шрапнели надъ японскою колонной, какъ послѣдовалъ другой, третій и началась канонада. Снаряды наши рвались замѣчательно удачно и видно было, какъ у японцевъ образовались цѣлыя бреши и какъ они, точно муравьи, почти послѣ каждаго выстрѣла расползались по склонамъ и затѣмъ снова собирались.
Дивизіонъ, составленный изъ 1 эскадрона приморскихъ драгунъ и охотничьей конной команды Восточно-Сибирскаго стрѣлковаго полка, подъ общей командой ротмистра Шверубовича, все время находился на правомъ нашемъ флангѣ и задерживалъ сильнымъ огнемъ наступавшія части противника.
Замѣтивъ, что одну нашу сотню настигаютъ два эскадрона японцевъ, охотничья команда, руководимая шт.-капитаномъ Войтомъ, обстрѣляла ихъ такимъ сильнымъ огнемъ, что заставила эскадроны повернуть обратно съ потерею до 70 человѣкъ убитыми и ранеными.
Огонь японцевъ началъ стихать, это было около трехъ часовъ пополудни, и наконецъ совершенно прекратился; они отошли и заняли дефиле въ пяти верстахъ къ югу отъ Вафангоу, при чемъ генералъ Самсоновъ приказалъ отряду отойти на двѣ версты назадъ и занять позицію, такъ какъ ближе удобной не было.
Съ наступленіемъ сумерекъ японцы стали подбирать своихъ раненыхъ и убитыхъ, при чемъ съ нашей стороны имъ въ этомъ препятствія не было.
Потери японцевъ, никакъ не ожидавшихъ нарваться на нашу артиллерію, были по показаніямъ китайцевъ 500 человѣкъ; по собственному признанію 300; изъ перехваченнаго нами донесенія видно было, что былъ изрубленъ эскадронъ 13 драгунскаго полка и выбыло изъ строя 170 человѣкъ 14 полка, кромѣ того много потерь было въ пѣхотѣ. Наши потери были: тяжело раненъ поручикъ фонъ-Мейеръ {Портретъ его см. вып. 4-й "Ил. Лѣт.", стр. 47.} и легко подпоручикъ Брандтъ {Портретъ его см. вып. 5-й "Ил. Лѣт.", стр. 73.}, нижнихъ чиновъ убито трое, тяжело ранено 9, легко 23, лошадей убито 17 и ранено 23.
Это молодецкое дѣло должно быть поставлено въ особую заслугу участвовавшимъ въ немъ полкамъ, такъ какъ 1) оно было совершенно внезапнымъ; 2) произошло въ крайне неблагопріятной для насъ обстановкѣ, такъ какъ непріятель находился на командующихъ высотахъ, а нашей батареѣ пришлось сняться съ передковъ въ лощинѣ и 3) большой перевѣсъ въ силахъ былъ на сторонѣ противника, у котораго кромѣ кавалерійскихъ частей былъ еще и полкъ пѣхоты.
Въ этомъ дѣлѣ особенно отличились войсковой старшина Желтухинъ (бывшій лейбъ-драгунъ) {Портретъ его см. вып. 5-й "Ил. Лѣт.", стр. 67.}, ротмистры пограничной стражи графъ Армфельдъ и Максимовъ, штабсъ-капитанъ Войтъ, ротмистръ Приморскаго полка Шверубовичъ, того же полка разжалованный изъ ротмистровъ рядовой Чоглоковъ (раненъ) и вольноопредѣляющійся Муковъ (оба получили знаки отличія военнаго ордена, а о первомъ будетъ возбуждено ходатайство о возвращеніи чиновъ).
Въ этомъ дѣлѣ было замѣтно стремленіе выбивать у насъ офицеровъ, такъ какъ по генералу Самсонову все время дѣйствовали пулеметы. Надо также отмѣтить сильное моральное дѣйствіе пикъ на непріятеля. Китайцы потомъ передавали, что японцы имъ жаловались, говоря, что уговора биться на пикахъ не было.
* * *
Въ дѣлѣ подъ Вафангоу, 17-го мая, особенно отличились казаки 8-го сибирскаго полка, переколовшіе почти весь японскій эскадронъ. Вотъ что говорится объ этомъ доблестномъ подвигѣ въ приказѣ войскамъ сибирскаго военнаго округа и сибирскому казачьему войску:
"Командующій манчжурской арміей телеграфировалъ: "Сейчасъ навѣстилъ прибывшій въ Ляоянъ раненыхъ въ дѣлѣ съ японцами у ст. Вафангоу 17-го мая, среди которыхъ десять казаковъ 4-й и 6-й сотенъ 8-го сибирскаго полка; нѣсколько человѣкъ ранено холоднымъ оружіемъ. Съ особою радостью сообщаю атаману сибирскихъ казаковъ о доблестномъ поведеніи названныхъ сотенъ, лихо атаковавшихъ въ конномъ строю противника, одинъ эскадронъ котораго почти весь переколотъ и изрубленъ;взято девятнадцать лошадей. За это молодецкое дѣло по Высочайше предоставленной мнѣ власти я наградилъ знаками отличія Военнаго ордена 4-й степени вахмистра Ивана Великанова, урядниковъ: Михаила Самсонова, Владиміра Кузьмина, п риказнаго Ивана Замотаева и казака Марка Сазонова. Генералъ-адъютантъ Куропаткинъ ".
"Объ этомъ радостномъ извѣстіи о подвигѣ сибирскихъ казаковъ и о первыхъ гергіевскихъ кавалерахъ сибирскаго войска душевно радъ объявить по войскамъ сибирскаго военнаго округа, сибирскому казачьему войску и семьямъ молодцовъ георгіевскихъ кавалеровъ".
Подписалъ: командующій войсками округа и войсковой наказный атаманъ сибирскаго казачьяго войска, ген.-лейт. Сухотинъ.