Канонъ образомъ и ори какихъ обстоятельствахъ было оставлено Инкоу, г. Елецъ (въ "Нов. Вр.") разсказываетъ на основаніи показаній очевидцевъ -- принца Хайме Бургонскаго, градоначальника Инкоу, и въ то же время вашего консула кол. сов. Гроссе и доктора Кинеля.
Два дня продолжался кровопролитный бой у Дашичао. Все населеніе Инкоу взобралось на крыши и, вооружившись биноклями, лихорадочно слѣдило за всѣми перипетіями упорной борьбы. Благодаря удобной для наблюденія конфигураціи мѣстности, изъ Инкоу ясно были видны даже мѣста паденія снарядовъ и ихъ разрывы, а громъ орудій заставлялъ дребезжать стекла международнаго города. Когда сгущался сумракъ, бой принималъ совсѣмъ феерическій характеръ и вспышки огней, и громоносный ревъ пушекъ напоминали собою миѳологическую борьбу разгнѣванныхъ титановъ.
Двухдневное сраженіе подъ Дашичао увѣнчалось для. насъ полнымъ успѣхомъ: мы сбили нашимъ огнемъ нѣсколько японскихъ батарей. Къ вечеру 11-го іюля въ теченіе почти трехъ часовъ они не могли уже отвѣчать ни однимъ выстрѣломъ на нашу канонаду и японцы отступили. Но намъ не пришлось пользоваться плодами своей побѣды въ силу выполненія общей програмы стратегическаго плана генералъ-адъютанта Куропаткина, и въ ночь на 12-е іюля войскамъ было приказано медленно отходить къ Хайчену.
Оно же явилось сигналомъ къ очищенію Инкоу, что и было передано адъютантомъ командира перваго корпуса въ тотъ самый моментъ, когда всѣ члены русской колоніи радостно поздравляли другъ друга съ желанной побѣдой. Послѣдній поѣздъ, съ которымъ всѣ они должны были покинуть Инкоу, былъ назначенъ къ отходу въ часъ ночи на 12-е іюля, поэтому весьма понятно, что всѣ отправились на легкѣ, оставивъ все свое имущество подъ покровительствомъ французскаго консула.
Съ нимъ уѣхали принцъ Хайме Бурбонскій, офицеры, какъ занимавшіе въ Инкоу административныя должности, такъ и лечившіеся отъ ранъ и болѣзней, полиціймейстеръ Адеркасъ, военно-полицейская команда, чины управленія градоначальника и служащіе и артельщики русско-китайскаго банка. Два батальона Семипалатинскаго полка и одинъ 23-го стрѣлковаго полка, составлявшіе гарнизонъ Инкоу, выступили походнымъ порядкомъ. 12-го іюля утромъ на домѣ градоначальника г. Гроссе, который, какъ часовой, остался одинъ на своемъ посту, не желая покинуть его до послѣдней крайности -- вмѣсто флага городского управленія взвился консульскій.
Вслѣдъ за этимъ къ нашему консулу явилась депутація отъ иностранцевъ, проживающихъ въ Инкоу, съ вопросами: принимаетъ ли г. Гроссе на себя отвѣтственность за порядокъ въ городѣ и сохраняетъ ли за со- бою свою власть.
Нашъ консулъ отвѣчалъ утвердительно, и тогда къ нему явились in corpore консулы просить назначить представителей полиціи въ городѣ, чины которой были набраны изъ китайцевъ. Тогда г. Гроссе назначилъ двухъ: одного служащаго въ "Old Srandart Compagnie" и другого въ одномъ изъ банковъ.
Почти цѣлый день японцы не являлись, и только въ пять часовъ пополудни показался ихъ первый разъѣздъ изъ пяти драгунъ при унтеръ-офицерѣ.
Ихъ встрѣтили у городскихъ воротъ депутація отъ китайцевъ со знаменами, иностранцы, а также и германскій консулъ Бандинель, нацѣпившій ра фракъ японскій орденъ.
Какъ только первые японскіе мундиры появились въ улицахъ Инкоу, русскій флагъ спустился на нашемъ консульствѣ, красивомъ зданіи въ стилѣ палатъ бояръ Романовыхъ; на его мѣстѣ взвился французскій, и консулъ союзной намъ державы тотчасъ же переѣхалъ въ домъ.
Японцы были уже освѣдомлены о его мѣстоположеніи нѣкіимъ негоціантомъ Бутенсомъ, выѣхавшимъ къ нимъ на встрѣчу и проводившимъ до воротъ разъѣздъ, и тотчасъ же ими были выставлены два часовыхъ у воротъ консульства и два у морской таможни. На ней г. Гроссе предложилъ совсѣмъ флагъ не поднимать, и лишь при появленіи непріятеля былъ поднятъ китайскій флагъ, который тотчасъ былъ замѣненъ японскимъ въ 12 часовъ дня 13-го іюля, уже по прибытіи японскаго отряда.
Одинъ всадникъ изъ японскаго разъѣзда былъ посланъ увѣдомить своихъ, что городъ очищенъ русскими войсками, и только вечеромъ въ него вступилъ полуэскадронъ, а на другой день -- батальонъ пѣхоты.
Въ честь японскихъ офицеровъ иностранная колонія съ англійскимъ консуломъ во главѣ устроила большой обѣдъ, на которомъ присутствовали и дамы въ бѣлыхъ платьяхъ.
Японскія власти вскорѣ арестовали французскаго вице-консула г. Крейтлера за его пререканія по поводу арестованныхъ французскихъ подданныхъ, и не хотѣли признавать его консуломъ, такъ что, по отъѣздѣ г. Гроссе, на второй день пребыванія японцевъ въ Инкоу, нѣсколько дней все имущество русской колоніи оставалось брошеннымъ на произволъ судьбы, пока наконецъ инцидентъ не быль улаженъ и консулъ не вступилъ опять въ исправленіе своей должности.
Во время пребыванія въ городѣ г. Гроссе японцы не дѣлали ему никакихъ притѣсненій и только разъ часовой, при его возвращеніи вечеромъ домой послѣ объѣзда полицейскихъ постовъ въ городѣ, не хотѣлъ его пропустить, но, получивъ въ отвѣтъ, что идетъ офицеръ, сейчасъ же далъ ему дорогу.
Справедливость требуетъ отмѣтить, что японскія войска вели себя совсѣмъ пристойно и никакихъ безпорядковъ и грабежа не учиняли.
Зато, когда нами были оставлены станція и зданія русскаго поселка, на нихъ тотчасъ же накинулись толпы китайцевъ и растащили, все, что только можно было унести, оставивъ только стѣны домовъ.
Англійскій консулъ Литль былъ настолько безтактенъ, что предложилъ г. Гроссе войти въ сношеніе съ японцами и принять на себя охрану города, на что, конечно, получилъ отказъ.
Въ "Харб. Вѣстн." приведены интересныя подробности о занятіи японцами Инкоу:
Русское консульство въ Инкоу, съ котораго снять русскій флагъ при извѣстіи о наступленіи японцевъ.
При приближеніи японцевъ надъ городомъ поднятъ былъ китайскій національный флагъ "Луи-чи" съ изображеніемъ дракона и на встрѣчу японцамъ вышли представители кантонской, шандунской и мѣстной гильдіи, въ сопровожденіи милиціи и музыки. Японскій военачальникъ благодарилъ за встрѣчу и сейчасъ же объявилъ жителямъ, что они должны относиться къ японцамъ, какъ къ дружественной націи, и смотрѣть на японскихъ солдатъ, какъ на своихъ защитниковъ. Однако, замѣтивъ развѣвашійся въ городѣ китайскій флагъ, японскій генералъ на слѣдующій же день приказалъ его убрать и замѣнитъ флагомъ Восходящаго солнца, объявивъ, что Инкоу впредь будетъ находиться подъ управленіемъ Японіи. Китайцамъ это не понравилось.
Мѣстныя китайскія общества, какъ уже сказано,устроили японцамъ обѣдъ, пригласили всѣхъ офицеровъ. Во время обѣда японцы безпрерывно кричали свой "банзай", но китайцы плохо поддерживали этотъ тостъ, чѣмъ вызывали удивленіе японцевъ. Замѣтивъ не ловкость, одинъ изъ китайцевъ провозгласилъ "Ваншоу" (многая лѣта) героямъ войны.Японцамъ очень понравился этотъ тостъ, и одинъ изъ японскихъ офицеровъ отвѣтилъ на него рѣчью, въ которой замѣтилъ, что если китайскій "ваншоу" окрѣпнетъ, то тогда японскій "банзай" окажется безсильнымъ. Обѣдъ продолжался съ 6-ти до 10-ти часовъ вечера. Среди офицеровъ находилось много юношей, не достигшихъ еще совершеннолѣтія и называющихъ себя военными практикантами. Подъ вліяніемъ китайскаго ханшина и вина японцы къ концу пустились въ откровенность. Одинъ изъ нихъ обратился къ хозяевамъ обѣда съ вопросомъ, какъ, по ихъ мнѣнію, окончится воина? Одинъ изъ китайцевъ отвѣтилъ, что Японія уже достигла большихъ успѣховъ и что онъ сомнѣвается, сможетъ ли Россія доставить въ короткое время на театръ военныхъ дѣйствій достаточное количество войскъ. На это японскій офицеръ замѣтилъ, что Японія имѣетъ въ настоящее время въ Манчжуріи и на Квантунѣ до 700,000 (?) человѣкъ. Русскіе располагаютъ арміею не болѣе 300--350 тысячъ человѣкъ, изъ коихъ не менѣе 200.000 должны нести службу охраны желѣзнодорожныхъ линій (!?). При такомъ превосходствѣ силъ, японцы успѣютъ-де вытѣснить изъ Манчжуріи русскихъ до того времени, пока они успѣютъ сосредоточить достаточно силъ. Относительно Портъ-Артура японскій офицеръ замѣтилъ, что Японія подвозитъ къ нему все больше и больше войска и, пожертвовавъ 50--60 тысячъ солдатъ, навѣрно возьметъ его въ свои руки. Когда бесѣда приняла слишкомъ откровенный характеръ, вмѣшались другіе офицеры и просили не вѣрить болтливому японцу, указывая на его опьяненіе.
Объ эвакуаціи Инкоу г. Апушкинъ въ "Правит. Вѣст." сообщаетъ:
Второй день въ сторонѣ Дашичао гремѣли пушки и мы прислушивались къ грому ихъ съ замираніемъ сердца.-- "Рѣшалась судьба нашего милаго города,-- говорилъ мнѣ влюбленный въ него "старожилъ Инкоу" -- А. Д. Дабовскій, переводчикъ съ англійскаго интересной книги Е. Алабастера -- "Замѣтки и комментаріи на китайское уголовное право". Нѣкоторые, преимущественно, англичане влѣзли даже на крыши домовъ, чтобы увидать сраженіе. Конечно, кромѣ маленькихъ бѣлыхъ клубковъ дыма отъ разрыва шрапнелей въ голубомъ безоблачномъ небѣ они ничего не увидали.
Вечерѣло. Канонада какъ будто стихала. Было 8 часовъ, и мы въ этотъ обычный часъ садились за обѣдъ, когда является американскій консулъ и поздравляетъ нашего милѣйшаго хозяина, градоначальника города, В. Ф. Гроссе съ большою побѣдою русскихъ. Слѣдомъ за нимъ явились прямо съ позицій англійскій военный агентъ и неутомимый корреспондентъ "Русскаго Инвалида" П. П. Красновъ, проскакавшій въ этотъ день чуть не 90 верстъ. Оба они утверждали, что мы отстояли позиціи -- и дѣло было блестящее.
Мы начали обѣдъ въ самомъ радужномъ настроеніи.
И вдругъ рѣзкій звонокъ телефона прервалъ оживленную рѣчь. Въ этихъ дребезжащихъ пронзительныхъ звукахъ было что-то зловѣщее, тревожное... Нервность руки, вертѣвшей гдѣ-то ручку телефона, сообщилась, какъ будто, всему аппарату.
Гроссе бросился на зовъ и вернулся къ намъ спокойный, но серьезный.
-- Приказано немедленно эвакуировать Инкоу. Наши войска отходятъ за Дашичао.
Это былъ громъ въ ясномъ небѣ... И мы не хотѣли ему вѣрить. Столько разъ грозили намъ эвакуаціей, столько разъ оказывалось это ложною тревогою. Такъ, вѣроятно, будетъ и теперь.
По пришло подтвержденіе и надо было собираться. Гроссе съ твердостью заявилъ, что онъ остается въ качествѣ русскаго консула, пока это будетъ возможно. Съ нимъ остаются его секретари, гг. Зиновьевъ, Брей, Стромиловъ, и начальникъ джоночной таможни г. Степановъ. Всѣ остальные должны уѣзжать.
Сборы были недолги. Архивы, кассы, наиболѣе цѣнныя вещи, все это давно уже было вывезено изъ Инкоу. Остальное лежало въ чемоданахъ. Мы жили "на бивакѣ", но хорошо, ни въ чемъ не нуждаясь, потому что въ Инкоу все можно было достать.
На станціи стоялъ готовый къ отправленію поѣздъ. Мы размѣщались въ одномъ изъ вагоновъ и, не вѣря въ совершающійся фактъ эвакуаціи, шутили, что завтра вернемся обратно.
-- Нѣтъ, это серьезно,-- сказалъ англійскій военный агентъ.-- Слышите вы эти непріятные звуки. Они знакомы мнѣ по Трансваалю. Это вынимаютъ костыли, снимаютъ стрѣлки и рельсы.
Дѣйствительно, тишину прекрасной лунной ночи нарушали рѣзкіе звуки мотыгъ и кирокъ по стали рельсъ, и сухіе удары по дереву шпалъ. Падь полотномъ дороги копошились согнутыя фигуры людей, которые въ свѣтѣ лунной ночи казались черными фантастическими существами.
По Ляохе изъ города несся смутный гулъ. Мы вслушивались въ него, пытались различить отдѣльные въ немъ звуки. Воображенію легко могли рисоваться картины народнаго стихійнаго волненія. Въ восьмидесяти-тысячномъ китайскомъ населеніи Пикоу таило^іЈ конечно, не мало ферментовъ броженія, и мы не говорили, но про себя таили нѣкоторое опасеніе за участь Гроссе и другихъ. Только вѣра въ его мужество, въ твердость его характера, замѣчательное умѣнье обращаться съ китайцами и въ популярность его среди нихъ нѣсколько насъ успокаивала.
Въ началѣ второго часа ночи поѣздъ тронулся. Путь освѣщала горящая станція. Когда на разсвѣтѣ отъ нея осталась груда золы, мусора и обгорѣлыхъ бревенъ, тронулись въ походъ на Хайченъ и батальоны семипалатинскаго полка.
А на утро жители Инкоу читали расклеенное по стѣнамъ домовъ объявленіе отъ градоначальника, которымъ населеніе ставилось въ извѣстность, что Инкоу оставляется русскими властями и войсками потому, что Россійское Императорское Правительство не желаетъ подвергать этотъ трактатный городъ всѣмъ случайностямъ и ужасамъ войны.