— 120 —

Золотой уздечвой побравиваютъ;

А въ шатр'Ь полотнаномъ витази,

Названные братьа опочивъ держать.

Выло тавъ на восхохЬ враснаго солнышка,

Вставлъ Добряна мододецъ раньше вс±хъ,

Умывали студеной водой,

Утирали тонкимъ подотноиъ,

Помолидса чудну образу;

Видить Добрына за Сафатљ-фвой

БЬъ-полотнанъ шатеръ:

Въ томъ ли шатр•ђ валегъ Татарченовъ,

Злой Татаринъ, басурманченовъ,

Не пропраетъ онъ ни воннвго, ни йшаго,

Ни Ьжа.лаго добраго молодца.

СЫиалъ Добрына своего борзаш вона;

К,диъ на нет онъ потнички,

А на вовричви,

Клал Вдельцо

Брадъ вопейце мурзавецвое,

Брить винилище булатное,

И садили на добра вона;

Подъ Добрыней вонь осерваети,

Отъ сырй отфае•гса,

Выходы мечет по мВрной веД,

Высвови мечеть по с%вной вошь.

ПодъТвжаетъ Добрыня во Илу шатру

И вричить знчннмъ годосомъ:

„Выходи-ва, Татарченовъ,

Злой Татаринъ, басурманченовъ!

Стнемъ мы съ тобой чштный бой держать“.

Втапоры выходить Татаринъ изъ Ила шатра

И садитса на добра вона.

Не два ввтрв въ потв слеталиса,

Не .(B'h тучи въ неб•Ь сходили:

Слетадиса, сходидиса ди удалые витаза.

Ломалии вопьа острыа,

Ридетиись мечи ихъ булатные;